Тропа к семи соснам - Луис Ламур

Ред Ривер Риган смотрел на Дака, и в ледяных голубых глазах читался вопрос.

- У него был шанс. Он ведь сам напрашивался.

Бейл кивнул.

- Он... он всегда нарывался на неприятности. Все время задирался.

Кэссиди понял, что сейчас у него есть предлог уехать, и он им воспользовался.

- Наверное, - сказал он, - мне лучше уехать и повидать босса. Он будет недоволен.

Бейл снова кивнул.

- Да, лучше поговорить. Может, он и не будет так уж сильно сердиться, как ты думаешь. Особенно, если взял тебя, а ты быстрее Фрейзера.

Попрыгунчик заменил стреляную гильзу в барабане, вышел на улицу и, подойдя к Топперу, вскочил в седло. Бейл отвернулся, и Попрыгунчик тут же развернул жеребца и поехал вверх по каньону к пустующему дому и каменной осыпи. В его планы не входило быть пойманным в расщелине. И в то же время он сознавал, что бросил вызов всей банде. Они теперь должны будут убить его или убраться из этих мест, потому что он обнаружил их тайное убежище. Через несколько минут после того, как бандиты узнают о случившемся, они догадаются, кто он. Ну, он всю жизнь испытывал свое счастье - испытает еще раз.

Белый жеребец взобрался вверх по осыпи, и на вершине Попрыгунчик дал ему передохнуть. Потом взобрался в седло и уехал.

Городок Семь Сосен гудел. На шахтах был день получки, и ребята собрались повеселиться и отвести душу. К тому времени, как усталый конь Попрыгунчика подъехал к конюшне, город гулял вовсю. В салуны люди набились до дверей, а улица звенела от криков и громких песен. Слышалось треньканье по крайней мере трех пианино, то и дело сквозь гул хриплых голосов прорывался визг скрипки. Нередко раздавались одинокие выстрелы, но никто даже не оглядывался посмотреть, кто стрелял и зачем - то ли от желания покуражиться, то ли с более серьезными намерениями. Семь Сосен, как Боди, да и другие западные города, гордился тем, что каждое утро на его улицах находили труп.

Пони Харпер облокотился о конец стойки и холодными, внимательными глазами следил за публикой. Сегодня он заработает много денег, однако какая-нибудь шальная пуля может разбить одну из новых, позванивающих подвесками люстр, а ему это было совсем ни к чему. Стучали фишки, шуршали карты, щелкало шариком колесо рулетки, принося и унося целые состояния.

Грей уже должен быть здесь. Пора заняться делом, ведь сейчас самое время: лучшего места объявить о найденном золоте, чем в салуне, наполненном полупьяными шахтерами, и не придумаешь. Харпер презрительно улыбнулся. Это послужит уроком Харрингтону и убьет сразу двух зайцев. Его шахта закроется, потому что все рабочие убегут на новое месторождение, а большое количество шахтеров-старателей поможет скрыть их истинные цели.

Прекрасная идея: якобы обнаружить золотые россыпи, разбросать вокруг немного золотого песка, а самим под видом добычи от разработки богатой жилы предъявить собственное золото... украденное у Харрингтона!

Золото есть золото, и как только слитки будут переплавлены, никто не догадается, откуда оно. А они отольют свои слитки, проставят на них свое клеймо, и даже если Харрингтон что-нибудь заподозрит - а он не заподозрит никто ничего не докажет.

В салун вошел человек - высокий, спокойный, в потрепанной одежде старателя, но с двумя револьверами на поясе. Лоб Пони Харпера прорезала морщина. Человек был ему незнаком, и вдруг он догадался.

Этот человек - Бен Локк.

Джесс много рассказывал о брате. Джесс хорошо владел револьверами, и все это знали, но он постоянно хвастался, насколько лучше стреляет Бен. Одного взгляда на этого человека - тонкого и гибкого, как рапира, и такого же смертоносного, хватило, чтобы понять: если он выбрал себе цель, он от нее уже не отступится.

Харпер оставил свой пост в конце бара и неторопливо пробрался сквозь толпу к Локку. Тот не почувствовал его присутствия.

- Добро пожаловать в Семь Сосен, молодой человек! - приветствовал его Пони. - Вы здесь впервые, не так ли?

- Нет, не впервые. - Голос был низким и холодным.

- Извините, - легко ответил Харпер. - Я не хотел вас обидеть. Если я чем-то могу быть полезным, сразу же дайте мне знать.

Локк оглянулся, их глаза встретились. Пони Харпер неожиданно для себя вдруг обрадовался, что этому молодому человеку неизвестны определенные вещи.

- Где я могу найти Попрыгунчика Кэссиди?

Харпер ощутил миг торжества.

- Кэссиди? - Он поднял брови. - Вы имеете в виду того парня, что оказался на месте ограбления дилижанса? Да он ведь работает на "Наклонном Р". Ганменом.

- Он сегодня в городе?

- Вероятно. Я его не видел. - Харпер осторожничал. - Меня зовут Харпер. Я владелец этого заведения.

Молодой человек смерил его безразличным взглядом.

- Меня зовут Локк, - ответил он. - Здесь жил мой брат.

- Джесс. Я хорошо его знал. Прекрасный парень!

Бен Локк с минуту молча глядел на Харпера.

- О вас он такого мне не говорил.

Пони Харпер разозлился. Манеры Бена Локка раздражали его и оскорбляли чувство собственной важности. Он настолько привык к знакам внимания и уважения, которые ему оказывали в последнее время, что почти возненавидел этого хладнокровного молодого человека, только что приехавшего в город и, судя по всему, равнодушного к нему и его уязвленным чувствам. Именно такое отношение, хотя и не так явно выраженное, заставляло Харпера испытывать острую неприязнь к Джессу. В этом братья были очень схожи: их обоих отличала спокойная уверенность, которая раздражала самодовольных людей вроде Харпера.

- Это-то и плохо! - взорвался он. - У него не было причин не любить меня! И кто он был такой, чтобы судить о других?

В голосе Харпера прозвучало нескрываемое презрение, и он тут же пожалел, что дал волю чувствам. Его враждебность к Джессу стала теперь очевидной. Однока Харпер мало верил в умственные способности окружающих и надеялся, что этот молодой человек не долго останется его врагом, если повести дело правильно.

- О! - он помахал ручкой. - Забудем об этом. Я здорово жалел, что Джесса так вот застрелили, здорово жалел, да и все мы тоже. Дело было так, - Харпер немедленно дал понять Бену, что у него стопроцентное алиби, я, Харрингтон и шериф первыми появились на месте преступления. На тропе мы встретили этого парня, Кэссиди, который ехал в сторону города. Он сказал, что ваш брат жив, но когда мы прискакали, то увидели, что он мертв. С того времени, как к нам присоединился Кэссиди, выстрелов мы не слыхали, добавил он.

- Считаете, что его убил Кэссиди? - резко и требовательно спросил Локк.

Глаза Харпера спрятались за толстыми веками.

- Я такого не говорил и не скажу. Появился Попрыгунчик, мы поехали и нашли вашего брата мертвым. Странно, что Кэссиди так быстро оказался там после ограбления. К тому же Такера, - добавил Харпер, - убил ганфайтер. Такер и сам умел стрелять, но тот, кто его уложил, стрелял намного быстрее.

- Понятно, - Локк поставил стакан на стойку. - Кажется, - сказал он ровным голосом, сузив глаза, - мне надо поговорить с этим Попрыгунчиком Кэссиди.

- Вам не надо будет ждать, - хрипло сказал Харпер. Он был больше, чем удовлетворен. - Вон он стоит в дверях.

Бен Локк повернулся лицом к человеку, которого называли самым известным ганфайтером в скотоводческих районах. К человеку, который, как и Хайкок, был живой легендой. На другом конце шумной, заполненной людьми комнаты он увидел холодные, пронзительные голубые глаза, твердый подбородок, бронзовое, красивое лицо под широкими полями черного сомбреро. Два подвязанных револьвера с белыми рукоятками, два револьвера, выстрелы которых сделали их хозяина одним из самых опасных и почитаемых людей своего времени.

Локк отступил от бара на свободное пространство. Он взглянул вдоль стойки на Попрыгунчика, стоявшего в дверях, и отчетливо сказал: - Кэссиди, я хочу поговорить с вами!

Глава 7

Тень петли

Попрыгунчик бросил на высокого юношу изучающий взгляд, затем кивнул.

- Ну, конечно! Хотите поговорить здесь или где-нибудь еще?

Бен Локк подошел к нему, снова обратив внимание на спокойные голубые глаза, проницательные и холодные, и внезапно понял, что Кэссиди не ищет с ним ссоры. Готовый к любым неприятностям, он не будет навязывать их.

- Где хотите, - сказал Локк. - Говорят, вы последний, кто видел моего брата живым.

- Верно, - Попрыгунчик расслабился, догадавшись, кто стоит перед ним. Несмотря на слухи, он не ждал со стороны Локка ничего плохого. - Когда я поехал искать доктора, он был жив, хотя и тяжело ранен. Кто-то воспользовался моим отсутствием и застрелил его.

Сплетни о случившемся ходили по всему городу, и каждый пересказывал их на свой манер, поэтому существовало не менее полудюжины версий, и ни одна из них не была похожа на другую. Более того, некоторые слухи распространялись специально, чтобы скомпрометировать Попрыгунчика и вызвать к нему подозрения.

- Вряд ли я стал бы утверждать, что ваш брат жив, если бы был уверен, что его убили. Ведь никто, кроме меня, даже не подозревал, что он остался в живых после ограбления, - отчетливо и намеренно громко произнес Кэссиди, чтобы опровергнуть направленные против него сплетни.