Куда приводят благие намерения - Скоропадский

нарваться на ещё одного демона для полноты картины, чтобы тот наверняка донес о её присутствии. С полной готовностью к провалу Вики обернулась, уже готовясь сдаваться, обречённо пожимая плечами и неожиданно сталкиваясь с красными глазами.

— Вики? — Люцифер вышел из-за угла, вид его был потрёпан, действительно сложно было прикинуть сколько часов демон провёл на ногах в решении проблем.

Застёгнутые пуговицы, помятая рубашка и несильно взлохмаченные волосы говорили многое, больше, чем невозмутимость на его лице. Демоническая улыбка была не такой лёгкой, как тогда, в зале, и тем не менее он был расслаблен. Возможно такую вольность Люцифер позволял себе не так уж и часто, как минимум не при всех, но разве я на крошечную долю принадлежала к тому узкому кругу?

— Где этот чёртов Тайлер? — видя отсутствие друга и задумчивость на девичьем лице он раздражительно произнёс, случайно касаясь женской руки, лишь на мгновение остановившись, чувствуя сильную энергию отца, но, почувствовав спокойствие Вики, откинул эти мысли.

— Он показал, куда идти и… — но договорить наследник не дал. Его день и без того был слишком насыщенным.

— Нет, Вики, я чётко обозначил, что ему нужно сделать, но этот кретин опять меня не услышал, — его глаза недобро блеснули, намечалась очередная разборка.

— Всё нормально, я не маленькая девочка, не стоит так преувеличивать, Люцифер, — намеренно заострила тон на имени демона, приподнимая руки вверх, алкоголь окончательно выветрился.

И, возможно, Люцифер сейчас был более, чем прав, и это чудо, что с ней ничего не случилось, и, будучи не совсем трезвой, Вики добралась сквозь тысячи коридоров к нужной лестнице, но, в силу ситуации, ей принимать это не хотелось. Ещё с подросткового периода она была через чур самостоятельной, очень редко принимая помощь и не желая вовлекать кого-либо в свои проблемы.

— Это не преувеличение, но думай так, как тебе хочется, — он поджал губы, призывая водоворот, настроение было испорчено, желания к общению ни он, ни она не испытывали. Поэтому на такой ноте пара молча попрощалась, каждый витая в собственных мыслях.

Разглядывать ночную Венецию желания не было. Безусловно этот город был прекрасным сам по себе и славился своими каналами, чем привлекал множество туристов, вот только ломота в ногах давала о себе знать. С непривычки долгое ношение высоких каблуков приносило неимоверный дискомфорт, даже если вы бессмертная и без пяти минут Серафим.

И всё же мягкая улыбка сорвалась с губ, разглядывая чудесный ночной канал, по которому одиноко плыла лодка в свете фонарей, безудержно освещая очередную пару, которая, возможно, в будущем станет крепкой семьей, а быть может распадётся на следующий день после помолвки. Справедливости ради, быстро переместилась в Рай без особого желания, наслаждаясь оставшимися часами первого дня. На сегодня с неё было достаточно как приключений, так и новых знакомств.

Оставалось ещё не так уж и мало, хотя, по сравнению с двумя годами жизни на земле, весьма немного. Заметив свет на веранде, прикинула обстановку и дальнейший план действий. Судя по горящему торшеру в кабинете отца, что с лихвой проглядывался сквозь полупрозрачные шторы, было ясно, ангел не спал, но это было даже хорошо, поскольку в окно можно было залететь без какого-либо препятствия, а выключенный свет — это всегда своего рода жеребьёвка, далеко не всегда улыбающаяся в твою сторону.

Приняв душ, а после переодевшись в лёгкий брючный костюм, девушка собрала влажные волосы в хвост, затягивая его тугой резинкой и разглядывая собственное потрёпанное отражение. Взяв первую попавшуюся книгу в руки, лежащую на комоде, покрутила перед лицом, начиная новую главу. Но сорок минут такого чтения дали понять, концентрация на тексте была нулевой, то ли от количества алкоголя, а быть может из-за переизбытка мыслей, засевших в голове. Не став и дальше пытаться прочесть известное произведение, Вики закрыла старый переплёт, убирая книгу в прикроватную тумбочку.

Пробравшись на кухню, налила себе воду с лимоном с мыслями о том, что может быть это хоть немного приведёт в норму мысли, помогая отвлечься. На веранде всё также горел свет и, если раньше девушка думала, что садовники собирают рабочий инвентарь, закрывая очередную смену, то сейчас, заметив на часах пол первого ночи, удивилась, выходя на открытое пространство.

Женщина расслабленно сидела на второй ступеньке лестницы, закинув ногу на ногу, разглядывая свои любимые белоснежные и нежно-голубые лилии, которые именно в этот летний период цвели. И её невозмутимость была чем-то новым, в руках Ребекка крутила какую-то вещь, тихо рассуждая вслух. Хотелось бы верить, что всё произошедшее несколькими часами ранее несерьёзная ссора, но такие перемены почему-то говорили за себя.

Меньше всего Вики хотелось развода родителей, но, будучи достаточно взрослой, она понимала, как это важно не быть с тем, с кем не хочешь находиться рядом, а уж тем более продолжать исчерпавшие себя отношения. Поэтому, чтобы не произошло, она готова была поддержать мать.

— Папа подарил этот браслет? — подойдя ближе, девушка разглядела бриллиантовое серебро с маленькими звёздами по краям и едва заметную гравировку, где не было чётко понятно написанное.

Женщина от неожиданности отпрянула, сдерживая себя от того, чтобы спрятать браслет, вводя в заблуждение, поэтому, обернувшись, сжала в руках дорогую сердцу вещь, невозмутимо улыбнувшись так, словно несколько часов назад она в очередной раз не убедилась в том, какую ошибку совершила когда-то давно и в какую западню угодила именно сейчас.

— Нет, это было моим ещё до нашего знакомства, — она бережно провела рукой по застёжке, словно это было самым дорогим, что у неё было, убирая вещицу в карман своих льняных брюк.

Возможно до психолога или аналитика чужого настроения и эмоций Вики было далеко, но, как самый близкий родственник Пятого Серафима Ребекки Уокер, она не могла не выделить подавленность матери, в добавок её холодные сапфиры — глаза теперь имели какую-то небывалую ранее обречённость. Возможно, в мыслях Вики было, что именно так на неё действовала их с отцом ссора, не осознавая, что это самое последнее, что может волновать мать.

— Сильно поругались? — девушка медленно уселась в садовый стул, стоящий в двух метрах от матери.

— Ты слышала? — она удивлённо нахмурила брови, но тут же догадалась, в явном прозрении кивая. — Ну конечно, ваза, — всё ещё надеясь, что дочь не застала весь их разговор от и до.

Хотя, если судить логически, будь это действительно так, и дочь услышала то, что не должна была, только не сейчас, дом бы окутали тучи гнева и непонимания ещё тогда, более пяти часов назад. А сама юная Уокер так бы сладко не попивала воду из полупрозрачной