Слёзы гарпий - Елена Сергеевна Зарубова

Элизабет отвернулась. Я крепко сжал её ладонь.

– Милая, где он? Где Томми?!

– Он не смог, Звой. Кома не выпустила его из своих цепких лап! Мы с дедушкой похоронили Томми три месяца назад.

– Я так и не видел твоего дедушку вживую, – я потёр глаза трясущимися руками. – Ты не могла бы принести мне немного воды?!

– Да, конечно, – Лизи с готовностью встала, – я спрошу у доктора, можно ли тебе попить. С тобой, кстати, дедушка побудет.

Я повернулся к окну. Возле открытой рамы стоял Виктор и смотрел в небо, облокотившись о подоконник. Одет он был так же, как и в моих снах: строгий дорогой костюм серого цвета с выглядывающим из кармана платком. Я оторопел.

Старик тяжело опустился на стул возле моей койки и окинул меня подозрительным взглядом. Правда, он улыбался.

– Звой, это мой дедушка. Виктор, – тихо проговорила Лизи. – Он всю жизнь путешествует по миру и является известным экстрасенсом и гипнотизёром. Он живёт в другом штате, много лет увлекается историей и древнегреческой мифологией. У него просто нет свободного времени. Но когда дедушка узнал о беде, то сразу примчался на помощь. А когда мы узнали, что врачам придётся тебя отключить от аппарата, то он стал дежурить возле тебя сутками напролёт. Если бы не его поддержка, то я бы сошла с ума.

Элизабет всхлипнула и поспешно вышла из палаты. Я протянул Виктору руку, и он тут же ответил крепким рукопожатием.

– У меня всего один вопрос, – произнёс я. – Как?!

Виктор довольно кивнул и принялся ходить из стороны в сторону вдоль кровати, потирая седую бороду.

– Существует теория, мой друг. Она такова: если пациенту в коме в течение длительного времени создавать условия максимального эмоционального напряжения «во сне», то в момент искусственно созданной кульминации событий происходит выброс сознания в реальность. Главные условия успеха: пациент должен верить в происходящее и ему нельзя умирать во сне. Всё, что происходило в твоей голове, было жестокой борьбой со смертью в реальности. Каждый выигранный тобой день там продлевал твою жизнь. Ты словно феникс, возродившийся из пепла…

Я с опаской разогнул левую ногу в колене и уставился на Виктора.

– Да, сынок. Нога в порядке. Теперь. Врачи предположили, что во время аварии могло произойти… ммм… Обратное смещение поясничного отдела, благодаря чему всё встало на свои места.

– О, чё-ё-ёрт! Я могу ходить?! А сам валялся в койке?! Я даже не знаю, как тебя благодарить за твои мозговые штурмы…

В палату вошла Элизабет и протянула мне стакан воды. Это была самая вкусная вода в моей жизни. Ничего нет прекраснее свежей питьевой воды! В это время Виктор закашлялся и торопливо прикрыл рот платком. Пролив на себя воду, я отставил стакан в сторону. Обессиленный Виктор вновь присел на стул. Я прищурился, мучительно вспоминая, где я это видел. Тем временем профессор пришёл в себя и бодрой походкой направился к дверям палаты.

– Простите, – произнёс нам он с порога. – Ох уж, эта мерзкая старость… Не буду вам мешать, дети. Увидимся дома, Лизи.

Элизабет погладила меня по щетинистому подбородку и вдруг всплеснула руками.

– Ох, дедушка! Забыл свою флягу с водой!

Опередив Лиз, я схватил со стула миниатюрную флягу изумрудного цвета, выточенную в форме гарпии – чудовищного существа из древнегреческой мифологии. Мои глаза едва не вылезли из орбит. Пока Элизабет относила старику забытую им – случайно или нарочно – вещь, я спустил ноги с кровати и с величайшим наслаждением пошевелил пальцами. Не верю я в совпадения. Скорее всего, сначала профессор пытался спасти Томми… Но что-то пошло не так. Томми погиб в моём сне. Возможно, я как-то почувствовал его смерь. Но у старого гипнотизёра те же симптомы, что я видел, валяясь в коме. Я устало вздохнул. Ладно, разберёмся с этим чуть позже. Главное – я здесь…

Глава 11

Пять дней спустя я уже вылезал из такси у своего дома под бурные аплодисменты гостей. Во дворе всё было готово к празднованию столь знаменательного события: накрытый в зоне барбекю стол ломился от яств, а на мангале жарился шашлык. Под взрыв ароматного шампанского и восторженные вопли собравшихся я приблизился к крыльцу родного дома, на котором меня уже поджидал Виктор.

– С возвращением, сынок! – профессор положил ладонь мне на плечо и дружески сжал. – Мы все тебя очень ждали.

В его фразе мне послышался какой-то плохо скрытый подтекст. Я настороженно ступил на крыльцо и внезапно наткнулся взглядом на валяющуюся там вещицу. Я с трепетом взял в руки погремушку.

– О, Боже!

Нервно прижав игрушку к себе, я моментально забыл о гостях и влетел в коридор первого этажа.

Из гостиной не спеша вышла моя Элизабет. Она прижимала к себе спящего мальчика четырёх или пяти месяцев от рождения, укутанного в красивый голубой конверт из одеяльца. Я медленно подошёл, не в силах оторвать взгляда от младенца и молился лишь о том, чтобы на нервной почве не отказали ноги. Волна счастья захлестнула меня, и я от волнения покраснел.

– Вы с Томми спасли не только меня. Вы спасли нашего с тобой сына. Я хотела тебе сказать эту новость перед той злосчастной поездкой, но…

– Прости, прости меня!!! – я не решился грохнуться на колени лишь из боязни разбудить маленького ангелочка в конверте. – После той авиакатастрофы я забыл, что моё счастье – это ты! Я был жалким эгоистом! Я люблю тебя и нашего сына… и всегда буду любить!!! Ты сделала меня самым счастливым человеком на земле!

…Крепко держа в одной руке свой походный рюкзак, другой я крепко прижимал к сердцу спящего сына. Элизабет и Виктор о чём-то непринуждённо беседовали возле огромного чёрного джипа профессора. Я аккуратно положил ребёнка в коляску и передал дежурство в надёжные руки Элизабет.

– Надеюсь, что раскопки на греческом острове пойдут на пользу твоему здоровью, дедушка, – Лизи чмокнула профессора в щёку. – Не задерживайтесь в оливковом раю надолго. Мы будем очень скучать.

– Говорят, – загадочно произнёс Виктор, – что в недрах острова проистекает древний источник, дарующий молодость. Боюсь, что по приезду ты не узнаешь меня, дорогая!

Весело усмехнувшись, я поцеловал жену и сел в машину, наблюдая за тем, как жена прогуливается с коляской у дома. Джип взревел и тронулся с места. Виктор бросил в мою сторону озорной взгляд.

– Совсем забыл. С тобой тут кое-кто хочет познакомиться. Я старался обрисовать его образ как можно точнее… Мне кажется, что ты узнаешь его.

Я молниеносно обернулся. На месте заднего сиденья в прикрученной к кузову машины клетке сидел красивый тёмно-бурый беркут. Ричи.

– Ричи!!! – заорал я радостно, пялясь на птицу. – Это ты!!!

Ричи внимательно осмотрел меня и издал тихий гортанный звук. Видимо, буйный неуравновешенный тип вызвал его доверие.

– Как только