Греческий огонь - Никос Зервас

Сценарий новогоднего шоу-концерта

Красная площадь,

31 декабря 200.. года

Автор сценария, режиссёр и продюсер -

I. Khanuckain

Режиссёр радостным кабанчиком вертелся вокруг Ивана. А тот полностью погрузился в сценарий.

— Читайте, юноша, изучайте! — мурлыкал полуголый продюсер, похаживая вокруг с бокалом чего-то мутного и ледяного. — Ну, сильнейшая вещь. Как видите, завязка обманчиво тривиальна: накануне Нового года колдун похищает красавицу. Но минуточку! Это не древний заплесневелый Кощей. Это пострашнее. Это его продвинутый внук — юный чернокнижник Кощейка. И что же он делает? Хи-хи, он совершенно очаровывает ди-и-ивную внучку Деда Мороза, девственно чистую Снегурку — эдакую русскую фотомодель в сарафане, с золотой косой до пупа. Для затравки шикарно, шикарно!

Он весело затрясся, играя мохнатыми складками тела. Иван перевернул страницу.

ИВАН. Вставайте, люди русские!

МУРОМЕЦ. Чего тебе надобно, парень?

ИВАН. Опозорили недруги Русь Святую!

ХОРОМ. Украли нашу мечту ненаглядную!

Ханукаев, потирая ручки, облизнулся. Закатил крупные, в тёмных прожилках глаза.

— Однако, хи-хи, не всё потеряно в этой стране. На сцену выходит положительный герой. Такой продвинутый русский тинейджер по имени Иван. У Ивана есть два верных корефана — Илюха Муромский и Серёга Волк. Втроём они отправляются выручать Снегурку.

ИВАН. Ляжем за землю русскую, парни.

СЕРЫЙ. Не вопрос, Ванюха.

ИВАН. Окропим родные хлеба поганой кровью.

ИЛЮХА. Без базара, мужики.

— Под ногами русских героев путается всякая нечисть. Им строит козни мощная Баба-Яга, а также Соловей Разбойник, недетский такой Леший и прочие злодеи, — продолжал продюсер, медленно вращая головой, его лысина влажнела от удовольствия. — Роли злодеев исполняют звёзды первой величины! У каждого злодея — своя музыкальная тема. Разумеется, Иван всех преодолевает, добирается до Кощеева замка — и бах. Кульминация. Великое галактическое сражение: Иван против Кощейки!

Иван удивился: неужели перепев старинной сказки? Ханукаин будто почуял:

— Юноша, смотрите. Я оживляю затасканный русский сюжет лучшими западными технологиями. Великолепные, просто нездешние костюмы и декорации. Бродвейская хореография. Мощнейшие спецэффекты, лазеры и потоки пламени. Будет успех, тотальный успех. У нас волшебный треугольник ролей: красивый интеллектуальный маньяк, беззащитная невольница и отвязный блондин-избавитель. Понимаете, это Шекспир, это выше Шекспира… Страстно влюблённые подростки, как в «Ромео и Джульетте», Вы чувствуете? Насилие, варварство — как в «Отелло»! На базе русской сказки замешано! Фольклор, язычество, этническая аутентичность, и всё на Красной площади, осознаёте? Шоу начнётся сразу после «Горячей линии» господина президента. Президент будет нашим зрителем!

— Отличный сценарий, — сказал Ваня, откладывая текст.

— И твоя роль самая главная! — сложив ладошки, закивал продюсер. — Сиди-сиди, сейчас принесут мороженое.

— Друзья! Если все счастливы, давайте подпишем контракт! — подскочил рыжий Малкин.

Ванька опустил взгляд на страницу и сердце сладко зашлось:

«Исполнитель получает вознаграждение в размере 25 000 евро»…

Профессор Краплин не обманул Царицына, получается даже больше, чем было обещано! И, главное:

«Аванс в размере 30 % от общей суммы вознаграждения выплачивается в день подписания настоящего Договора».

Но тут взгляд зацепился за мелкий курсив:

«Заказчик не несёт ответственности в случае ущерба, нанесённого здоровью Исполнителя или гибели Исполнителя, происшедшей в результате несчастного случая в ходе работ по исполнению настоящего Договора по вине Исполнителя или третьей стороны».

— Любопытно, — хмыкнул Ваня озадаченно.

— Обычная практика, — отмахнулся Малкин. — Так пишут в контрактах. Предположим, на репетиции ты загляделся на хорошенькую статистку, свалился со сцены и сломал себе ногу. И что, Ханукин должен отправляться за решётку? Поверь, дружочек, в любом договоре есть такая строчка. А если поранишься слегка — вообще нет проблем, вылечат бесплатно. У тебя же страховка будет!

Ваня кивнул. Помощник протянул ему чёрную коробочку, в которой желтело на бархатной подушечке старомодное перо с костяной ручкой.

— Это амулет, — без улыбки сказал продюсер. — Оно досталось мне от дедушки. Я называю его «Перышко Синей птицы». Контракты, подписанные этим пером, неизменно приносят успех.

Ванька взял перо. Ни одна ворона не каркнула за окном.

Ехали за город.

— На студию, скорее на пробы! — восклицал Изя Ханукаин, взмахивая рукавами верблюжьего пончо.

Микроавтобус, весь в неоновых лучах, резал подмосковную темень, вспугивая пьяных пешеходов и оставляя в лужах алые стёжки туманистых задних огней. Зазвонил телефон. Царицын чуть пригнулся, стесняясь старомодной модели.

— Ванюш! Куда пропал?! Мы тебя ищем, — родной голос Петруши Тихогромова.

— У меня дела, — прикрывая рот, прошептал Ваня. — Не волнуйтесь.

— Что случилось, брат? Тебе помощь нужна?

— Помощь? Нет, не нужна. Я нашёл деньги, — усмехнулся Царицын. — Скажи казачкам, пусть заказывают любые модели велосипедов. Завтра всё будет, как я обещал.

Привезли куда-то за город.

По мягким советским коврам, мимо сильно потемневших крымских пейзажей они прошли здание насквозь и очутились в огромной пристройке, напоминавшей выставочный зал, набитый самой невообразимой всячиной: из-под крыши свисали копчёные туши, удавленницы и мешки с цементом, в дальнем углу зеленела синтетическая берёзовая роща, среди ветвей белели колонны дорического ордена, гипсовые афродиты и забавные, мастерски сработанные баллистические ракеты из папье-маше.

На коврах пировали кочевники.

Курительницы обильно курились, жаровни жарили вовсю, вдоль стены бегала на скользящем тросике настоящая вороная кобыла.

— Добро пожаловать в наше артистическое кочевье, — Ханукаин по-хозяйски распахнул ручки, — Вот моя передвижная фабрика мечтаний. Тут всё есть — кумиры-мумиры, звёзды-блёзды и прочая крутизна, как выражается ваше продвинутое поколение. Вон там, видите, со стаканчиком? Это Мегера Лядвинова, богиня. А на балконе? Тот, с расстегнутой ширинкой, — великий Матвей Похабенский. Звёзды первой величины, дружок… И ты с ними в одной команде!