Всплытие невозможно - Сергей Зверев

Адмирал Пак Нам Чхоль прохаживался вдоль гигантского стола в кают-компании флагманского фрегата «Сохо». На карте Японского моря по-прежнему стояли модельки кораблей. Старший лейтенант Ким Ен Джун застыл по другую сторону стола, избегая встречаться взглядом с адмиралом. Ведь казавшийся удачным план по захвату секретной российской субмарины был провален. Пусть и не по вине опытного командира боевых пловцов, а из-за сообразительности и осторожности командира «Щуки».

Старлея всего около часа тому назад доставили на «Сохо», и, как он понимал, всю ответственность за неудачу операции адмирал попытается свалить на него. Но, к удивлению Ким Ен Джуна, этого не произошло.

Пак Нам Чхоль еще раз измерил кают-компанию шагами, а затем остановился, уперся двумя кулаками в столешницу и негромко произнес, словно бы неудачной операции в прошлом и не было:

– В результате радиоперехвата нами получена и расшифрована следующая информация. Секретная российская субмарина находилась в надводном положении неподалеку от учебной цели. О приближении цунами экипаж не знал, заметил его слишком поздно и попытался уйти на глубину. Стихия подхватила подводную лодку. Сейчас она лежит на мелководье возле острова Шо, – адмирал указал место на карте, где это случилось. – На глубине около шести метров, возможно, занесенная песком. Есть не очень серьезные повреждения, но самостоятельно всплыть подлодка не может. Из Владивостока на помощь уже вышли крейсер и мощный буксир. Судя по всему, русские хотят стянуть субмарину с мели и транспортировать ее во Владивосток. И это шанс, старлей, еще один шанс для вас и ваших людей.

– Русские уже связывались с нашим руководством по поводу субмарины?

– Да. Они поставили нас в известность, что их подлодка потерпела крушение вблизи наших территориальных вод. Правда, точных координат не сообщили.

– Каков был ответ, товарищ адмирал?

– Предсказуемый. В том духе, что мы окажем всяческое содействие в случае надобности и задействуем корабли Восточного флота в поисках лодки.

– Как отреагировали на это русские?

– Опять же предсказуемо – поблагодарили, но сказали, что справятся собственными силами, – и адмирал глянул на старшего лейтенанта, явно ожидая встречных предложений.

Ким Ен Джун думал недолго.

– Разрешите, товарищ адмирал, – проговорил он и взял в руки метеосводку. – Синоптики обещают, что низкая облачность продержится до второй половины завтрашнего дня. У меня есть план, но осуществить его надо до наступления ясной погоды, иначе русские при помощи спутников обнаружат лежащую на мелководье субмарину и будет поздно.

– Я слушаю и готов предоставить в ваше распоряжение все, чем располагает Восточный флот, – несколько нервно произнес адмирал Пак Нам Чхоль, ведь его карьера и судьба висели сейчас на волоске. Он получил от Любимого Руководителя важное задание и не имел права его провалить.

…Солнце еще не успело взойти, как из базы Вонсан в море одновременно вышли три десятка небольших полупогруженных катеров, используемых 137-й эскадрой ВМФ КНДР для высадки солдат сил специального назначения с моря. Это уникальные катера – такие есть далеко не во всяком флоте. Благодаря чрезвычайно низкой посадке они практически не видны радарам противника. Выходя на глиссирование, эти катера развивают огромную скорость – свыше сорока узлов. Они неслись по предрассветному Японскому морю, лавируя среди качавшихся на волнах обломков строений, вырванных с корнем деревьев.

Флагманский фрегат «Сохо» рассекал ночь. В иллюминаторах кают-компании горел яркий свет. Адмирал Пак Нам Чхоль по своему обыкновению прохаживался вдоль огромного стола. Модели кораблей покоились в ящичках, а карта была сложена пополам. Тщательно подбирая английские слова, адмирал обращался к сорокалетнему мужчине славянской внешности, сидевшему в торце стола. Щеки похищенного северокорейскими спецслужбами российского инженера Александра Доморадова покрывала короткая густая борода. На лбу еще проступали следы ссадин. Руки он держал сомкнутыми в замок на коленях. А перед ним лежали чистые листы бумаги и карандаш.

– Господин Доморадов, – растягивая слова, говорил по-английски Пак Нам Чхоль, – я не совсем понимаю вас. Сперва вы согласились на сотрудничество, а теперь снова уперлись.

– Тогда была другая ситуация, – глядя исподлобья на адмирала, напомнил Александр. – Вас просто интересовали характеристики подлодки, особенности ее конструкции. Я рассказал то, что знал. Теперь же вы собрались захватить нашу лодку и ее экипаж. А это совсем другое дело. В таком я участвовать не собираюсь.

Адмирал пожал плечами:

– Это все слова, господин Доморадов, – красивые, смелые, но только слова. Лишь только мы дали вам послабление, вы тут же забыли, в какой ситуации оказались. На родине уверены, что вы погибли, и ваше будущее только в наших руках. Если вы не хотите быть полезны нам, то какой смысл нам вас удерживать? Вы просто перестанете существовать. Я же предлагаю вам будущее.

– В вашей-то стране с ее идеями «чучхе»? – криво улыбнулся Александр.

– Если вы намекаете на то, что мы живем небогато, то это неправда, – вскинул голову адмирал. – Те, кто приносит стране большую пользу, живут хорошо. Взять хотя бы ученых-ядерщиков или ракетчиков. У них отдельные научные городки, куда не проникнет ни один посторонний, европейские стандарты жилья, западные товары. К их услугам самые красивые женщины. Если вы согласитесь сотрудничать с нами, причем искренне, все это будет касаться и вас.

– Мне нравятся женщины европейского типа, – ответил Доморадов. – И жить за высоким забором мне не по нутру.

– Зачем же вы так? – усмехнулся корейский адмирал. – Наши возможности почти безграничны. Когда обучите наших специалистов, у вас будет право выбора – остаться у нас или же перебраться в другую страну. Штаты, Британию, Германию я вам обещать не могу, но чем плоха Аргентина или, скажем, Эквадор? Вашу работу мы оплатим в долларах. Сможете открыть свой бизнес или же жить на проценты.

Доморадов смотрел мимо адмирала, думая о чем-то своем. Пак Нам Чхоль явно терял терпение.

– У вас есть десять минут, – жестко сказал он, глянув на наручный хронометр. – Или вы сотрудничаете с нами в деле подъема российской мини-субмарины, или о вас больше никто и никогда не услышит. – Сказав это, адмирал покинул каюту, на стальной двери щелкнул замок.

Доморадов сжал кулаки, посмотрел на чистые листы бумаги.

Пак Нам Чхоль вернулся ровно через десять минут – глянул похищенному инженеру в глаза. Во взгляде адмирала Доморадов прочитал то, что следующих предложений уже не будет. Последнее было сделано.

– Я подумал, господин адмирал, – Доморадов подчеркнуто назвал Пак Нам Чхоля господином, а не товарищем, как это было принято в КНДР. – Я согласен.

– Я так и знал – вы человек разумный. Слушаю ваше предложение.

– Для подъема подлодки потребуется немного – мощный самоходный земснаряд. Но действовать придется оперативно, запасы воздуха на «Щуке» ограничены.

Семья северокорейского рыбака, сумевшая взобраться на плававшую сорванную крышу дома, радостно махала руками, думая, что это спешит помощь от родного государства. Мать прижимала к себе грудного ребенка, вглядываясь в приближающиеся катера. Верный пес надрывно лаял, привлекая внимание к терпящим бедствие. Он даже прыгнул в воду и поплыл к катерам. Но ни один из них не замедлил ход. Плавсредства, разделившись на две группы, пронеслись мимо, огибая полузатопленную крышу, и растворились в тумане, уйдя в направлении острова Шо.

– Почему нас не подобрали? Мы же погибнем! Неужели они не видят – с нами ребенок? – со слезами на глазах спросила женщина.

– Не бойся, они обязательно вернутся, – сказал муж. – Вернутся и спасут нас. Просто, наверное, где-то поблизости есть еще люди, которым помощь нужна больше, чем нам. Мы все же не в воде, у нас есть опора под ногами. Так что не думай о плохом.

Следом за полупогруженными катерами с военно-морской базы Вонсан вышло огромное судно, предназначенное для подъема затонувших кораблей. На нем было все необходимое для работы: гидромонитор для размывки донного песка и ила, мощный подъемный кран. За ним, взятая на буксир, тянулась баржа. Неповоротливая махина шла полным ходом, держа курс на остров Шо.

Два форштевня могучего катамарана уверенно резали мутную после цунами воду Японского моря. Моряки старались не смотреть на то и дело мелькавшие среди волн трупы – ведь такой взгляд или пара слов сожаления о погибших могли дорогого стоить, заметь это один из корабельных офицеров. Да и стукачей среди моряков рядового состава на корабле хватало. Об этом знал каждый.

Сирена надрывно вздыхала, оповещая о приближении громадины в густеющем тумане. Рулевой напряженно всматривался вперед. Белесые клубы снес ветер, и он четко увидел мужчину и женщину с грудным ребенком и собаку, стоявших на полузатопленной крыше. Крышу рулевой не сразу рассмотрел, сперва ему показалось, что люди и пес стоят среди волн. Но время на то, чтобы замедлить ход, уйти в сторону и, спустив шлюпку, подобрать терпящих бедствие, еще оставалось.