Жажда безумия (ЛП) - Пирс Р. К.

Через мгновение ко мне подходит Тори.

— Алиса, — говорит она, мягко встряхивая ее за руку. — Ты в порядке?

Данн и Честер пробегают мимо нас, не замедляя бега, и уносятся вдаль за монстром. Надеюсь, они смогут догнать его и, если не поймать, то хотя бы убить.

Алиса в ответ стонет, и мой взгляд падает на ее раны. На ее груди несколько длинных царапин от когтей, покрасневших и воспаленных от инфекции. Учитывая, как быстро раны от этих теневых существ гниют и нарывают, я бы сказал, что они относительно свежие, но без лекарств они станут намного хуже. На ее плече свежие проколы, кровь медленно стекает по руке, а вокруг горла образуется слабый синяк.

— Выглядит довольно неприятно, — говорю я, обмениваясь взглядами с Тори, указывая на ее плечо.

— Это всего лишь царапина, — шепчет Алиса в знак протеста, закрыв глаза.

— Ты, наверное, потеряла немало крови, — резко говорит Тори. — Почему ты не сказала, что снова поранилась?

Алиса делает несколько медленных вдохов и кривит лицо, когда пытается пошевелить рукой.

— Потому что ты не моя мама.

Я фыркаю от смеха, который быстро маскирую кашлем. Она забавная, даже на грани потери сознания. Кто эта любопытная девочка и почему я ее раньше не видел?

— Нам нужно увести ее отсюда, — говорю я, глядя в лес, где исчезло чудовище. Никаких следов моего близнеца или Честера. — У тебя есть место, куда мы можем пойти?

Тори открывает и закрывает рот.

— Честер живет неподалеку, но там вряд ли хватит места для всех нас.

Я пожимаю плечами.

— Данн и я будем в порядке. Но нам нужно промыть ее раны и дать лекарство, пока инфекция не усугубилась.

Алиса снова стонет, морщась от боли, и я жалею, что не могу ей помочь. Я хотел бы сделать что-нибудь, чтобы облегчить ее страдания, но потерял все свои запасы, когда мы бежали от последней группы монстров, напавших на нас. Единственное, что я унес с собой — это мой меч, и, если бы не он, я бы погиб.

— Потерпи еще немного, Алиса, — говорит Тори. — Скоро будет лучше.

Алиса кивает, но больше ничего не говорит. Мне хочется сказать Тори, что она может пойти за монстром, а я останусь и присмотрю за Алисой, но через несколько секунд появляются Данн и Чешир, выглядящие подавленными.

— Этот ублюдок сбежал, — вздыхает Данн, проводя рукой по своим всклокоченным волосам. — Мы пытались.

— Ничего страшного, — говорит Тори. — Главное, что мы остались живы. Уверена, у нас будет еще возможность поймать его, когда будем лучше подготовлены.

— Как она? — нежно спрашивает Чес, приседая рядом со мной, чтобы осмотреть Алису.

В моей груди вспыхивает ревность, когда я вижу, как его глаза блуждают по ее телу, но не могу объяснить, почему. Я даже не знаю ее. Насколько знаю, они могут быть вместе, но это маловероятно. В таком случае он остался бы с ней, пока остальные пошли за монстром.

— Ей нужны лекарства, — говорю я резким тоном. — Нам нужно обработать ее раны, но сначала мы должны убраться отсюда.

— Мы можем снова использовать твой дом, чтобы спрятаться, Чес? — спрашивает Тори. — Мы не останемся надолго, только пока Алиса не наберется сил, чтобы двигаться.

Чес сжимает челюсти, а затем снова вынужденно улыбается.

— Почему бы и нет? Похоже, я все-таки не смогу уклониться от этой миссии по возвращению Страны чудес.

Вернуть Страну чудес? Это ли имела в виду Алиса, говоря, что ей нужны ответы? Она собирается спасти мир и уничтожить тьму? Пока что дела у нее идут не очень хорошо, но я ничего не говорю. Я тоже держу свои вопросы при себе, откладывая их на более подходящий момент. Сначала спасти Алису, а потом задавать вопросы.

— Возьми мой меч, Данн, — говорю я, поднимая Алису на руки. Я встаю, прижимая ее к груди, а Чес поднимает с земли ее рюкзак. Затем я жду, пока они пойдут вперед.

Тори была права в одном. Дом Чеса недостаточно большой, чтобы пятеро из нас могли уютно разместиться, но он позволит нам спрятаться. Следуя его инструкциям, я осторожно несу Алису по винтовой лестнице на небольшую площадку с полноразмерной кроватью и аккуратно укладываю ее.

— У тебя есть мазь Элиора? — спрашиваю я Чеса, который стоит у верха лестницы, пока я приступаю к работе. Дело не в том, что я хочу находиться рядом с Алисой, чтобы проводить с ней больше времени, хотя, конечно, не жалуюсь, но лечение травм всегда давалось мне легко. Данн не самый изящный человек в мире, и я уже потерял счет, сколько его ран мне пришлось лечить за эти годы. — Или лекарство от инфекции.

— Посмотрю, что смогу найти, — говорит он, прежде чем исчезнуть внизу.

— Алиса, — говорю я, похлопывая ее по руке. — Это Дион. Ты меня слышишь?

Она открывает глаза и поворачивает голову в мою сторону. Ее щеки покраснели, и когда я прижимаю ладонь к ее лбу, чувствую, что у нее поднимается температура. Она горит.

— Мне нужно снять с тебя рубашку, чтобы промыть раны, — говорю я. — Или я могу ее разрезать. Решай сама.

— Разрежь. Она все равно в клочья.

Я киваю в знак согласия, и на моем лице появляется улыбка, когда я тянусь к кинжалу на ее бедре. Быстрым движением я разрезаю переднюю часть ее рубашки, отодвигая ткань, чтобы обнажить красивую фарфоровую кожу и кружевной черный бюстгальтер, покрывающий ее грудь. Я внимательно осматриваю ее раны, но, когда мой взгляд скользит ниже, мой член оживает.

Я займусь этим позже. Использовать беспомощных девушек — не моя сильная сторона, и я бы предпочел, чтобы она умоляла меня о моем члене, когда будет в полном сознании.

Когда Чес возвращается с мазью и лекарством в руках, его глаза расширяются от увиденного.

— Если ты хотел уединения, ты мог просто попросить, Дион, — говорит он, ставя бутылки на кривой столик рядом с кроватью. — Хотя я не против посмотреть шоу.

Я сердито смотрю на него.

— Как будто я позволил бы тебе смотреть.

Он бросает на меня любопытный взгляд, поднимая брови, и я почти слышу вопросы в его голове. В прошлом мы всегда были дружны, но я знаю, что он слышит резкость в моем тоне. Вероятно, это написано на моем лице. Мне не нравится, когда он рядом с Алисой, и пока я здесь, я сделаю все, чтобы он держался на расстоянии. В любом случае, это, вероятно, в ее интересах. Чешир всегда был непредсказуем.

Я наконец расслабляюсь, когда он разворачивается и исчезает внизу, и все свое внимание обращаю на Алису. После очистки ран на ее плече я наношу мазь. К счастью, у нее в рюкзаке есть бинты, и я помогаю ей принять несколько ложек лекарства от инфекции.

— Спасибо, Дион, — бормочет она, когда я подтягиваю ей одеяло до подбородка. — Ты очень добрый.

Если бы она знала, какие грязные мысли проносятся в моей голове о том, что я бы с ней сделал, если бы она не была ранена, она, возможно, так бы не думала, но я все равно улыбаюсь.

— Не за что. Отдыхай, Алиса. Я буду внизу, если тебе что-нибудь понадобится.

Тори

Видеть Диона и Данна и знать, что они все еще живы, греет мое сердце, но также заставляет меня еще больше бояться оставаться здесь, в доме Чеса. За один день я из одинокой девушки превратилась в окруженную тремя чудаками и посторонним человеком, тогда как все, чего я хотела — это побыть в одиночестве. Пока я рядом с ними, то буду каждую секунду дня беспокоиться о том, все ли с ними в порядке. И если кто-то из них поддастся тьме, мне придется вновь пережить невыносимую боль, с которой я уже сталкивалась бесчисленное количество раз.

Я не могу потерять еще кого-то. Я не смогу этого вынести.

Мой единственный выбор — уйти, что я и пыталась сделать с тех пор, как спасла жизнь Алисы. Теперь, когда Чес, Дион и Данн, похоже, согласились побыть вместе некоторое время, мне не придется беспокоиться, что она сбежит и погибнет. Они сохранят ей жизнь. Если повезет, они будут сражаться вместе с ней.

Но я не могу остаться.

Я стою у входной двери, когда Дион спускается вниз, пытаясь убедить себя выскользнуть из дома и не оглядываться. Чес ушел за едой, так как в доме не хватает провианта, чтобы накормить собравшуюся здесь толпу, а Данн уснул, растянувшись на диване. Я его не виню. Мои мышцы болят, я отчаянно нуждаюсь в отдыхе, но, если не хочу свернуться калачиком на травяном полу, мне придется найти другое место для сна. Еще одна причина уйти.