Жажда безумия (ЛП) - Пирс Р. К.

Сейчас уже поздно об этом думать, Алиса. Я упрекаю себя, когда мы останавливаемся в нескольких метрах от широкого ствола дерева, в котором вырезана дверь. Никаких петель или ручек, только гигантский прямоугольник с окном вверху.

— Ты здесь живешь? — я наклоняю голову в сторону, и он кивает. — Но это же даже не настоящая дверь.

Он от души смеется, да так, что его плечи дрожат, и он делает шаг вперед к дереву.

— Ох, Алиса, — говорит он. — Ты еще ничего не поняла? В Стране чудес вещи не всегда такие, какими кажутся.

Я открываю рот, чтобы возразить, но слова застревают в горле, когда Чес протягивает руку, хватает невидимую ручку, поворачивает запястье в воздухе и открывает дверь. Я ожидаю увидеть пустое внутреннее пространство дерева, в котором могут комфортно стоять только два человека, но когда дверь распахивается шире, я вижу жилое помещение приличных размеров, гораздо более широкое, чем само дерево.

Что за черт?

Я делаю шаг влево, убежденная, что увижу какое-то продолжение, свисающее с задней стороны ствола дерева, но там ничего нет. Какая бы оптическая иллюзия или магия ни позволяла целому дому существовать внутри дерева, размер которого в разы меньше его, это сбивает меня с толку. Этого не может быть. Это невозможно. Но, тем не менее, это так.

— Дамы вперед, — говорит он, предлагая мне пройти в дверь, и, не задумываясь, я прохожу внутрь.

В круглой комнате пол покрыт травой. Она достаточно просторна, чтобы разместить диван, обеденный стол со стульями и несколько тумбочек. Деревянная лестница спиралью поднимается по стене, ведя на второй этаж над нашими головами. Все просто и старомодно, но удивительно.

— Присаживайтесь, — предлагает Чес, закрывая дверь и оставляя нас внутри дерева. Он указывает на диван. — Ни одна из мебели больше не кусается, я избавился от нее некоторое время назад.

Хочется верить, что он шутит, но после того, что видела, я не сомневаюсь в этом.

Бросив рюкзак на пол рядом с диваном, я сажусь на один конец, а Тори присоединяется ко мне через секунду, настороженно положив лук на колени. Вероятно, она спит с ним на случай, если ее атакуют посреди ночи.

Чес тянет один из маленьких столиков и садится на его край, переводя взгляд с Тори на меня.

— Итак, ты здесь, потому что Мэверик попросил тебя помочь спасти Страну чудес?

Я киваю, к счастью, он хотя бы слушал по дороге сюда. Не нужно повторять.

— И ты думаешь, что сможешь избавить мир от этих монстров? — он наклоняет голову, рассматривая меня. — Тьма настолько сильная, что никто в этом царстве не смог противостоять ей.

— Да.

Мои слова вызывают тяжелую паузу, делая воздух густым и душным.

— Ну, я не хочу быть вестником плохих новостей, — говорит он с вздохом, — но я думаю, что это ужасная идея и пустая трата времени. Тебе следует вернуться домой, Алиса, пока у тебя еще есть шанс уйти.

Когда наши взгляды встречаются, я ошеломлена и не могу поверить в то, что слышу. Чеширский кот должен был стать моим ответом, когда Тори отказалась мне помочь, но даже он не поддерживает мое желание спасти их мир. Что, черт возьми, не так с этими людьми?

Они действительно так легко сдались? Они довольны тем, что живут в укрытии, пока монстры не убьют их одного за другим?

— Что? — вставляет Тори. — Ты не собираешься ей помогать?

— Разве ты не собиралась бросить ее, как только пришла сюда? — Чес бросает ей вызывающий взгляд. — Я так и думал. Ты так же хорошо, как и я, знаешь, что это самоубийство.

Я ожидаю, что Тори будет спорить, согласится со мной, что еще есть шанс спасти их мир, но она молчит. Конечно, она с ним согласна. Она и не хотела мне помогать, но каким-то образом все равно втянулась в это. Ни один из них не верит, что я смогу это сделать. Они считают, что Страна чудес безнадежна.

— Вы ошибаетесь, — говорю я ровным тоном, пристально глядя на Чеса. — Невозможное происходит каждый день. То, что шансы невелики — не значит, что их нет вовсе.

— Я всегда восхищался твоей храбростью и состраданием, Алиса, — говорит он, наклоняя голову в мою сторону. — Но твоя логика оставляет желать лучшего. Противостоять тьме — это смертный приговор, просто и ясно. Ты не выйдешь сухой из воды.

Вспыхнув гневом, я наклоняюсь вперед на диване, сокращая расстояние между нами.

— И ты тоже, если мы ничего не сделаем.

Напряжение сгущает воздух вокруг нас, затрудняя дыхание, но я продолжаю горячо смотреть в глаза Чесу, пока мои планы быстро не начинают таять на моих глазах. Я вернулась к исходной точке, не имея никакого плана, и если ни Тори, ни Чес не согласятся мне помочь, то, полагаю, я останусь одна.

Поднимаясь на ноги, почти сравнявшись с ростом Чеса, когда он сидит, я прищуриваюсь, глядя на него.

— Ты ошибалась, Тори, — говорю я, не оборачиваясь. — Чеширский кот не подходит, но я найду того, кто подходит.

Это не страшный удар, но я надеюсь, что он будет болезненным. Я надеюсь, что Чес поймет, как меня раздражает его нежелание помочь. Может быть, он одумается. А может быть, и нет.

В любом случае, я не собираюсь оставаться, чтобы это выяснять.

Ослепленная кипящей во мне яростью, я хватаю свой рюкзак с пола и направляюсь к двери. Повторяя действия Чеса, я тянусь к невидимой ручке и чувствую, как мой пульс учащается, когда что-то твердое и невидимое касается моей кожи. Я поворачиваю ручку и открываю дверь, оставляя их обоих позади, и ухожу в лес.

Я не могу быть единственным человеком в этом мире, готовым противостоять монстрам, и найду чудо-существо, у которого осталось достаточно веры, чтобы помочь мне.

Глава 11

Тори

— Прости, что я ошиблась в тебе, — говорю, избегая взгляда Чеса и поднимаясь на ноги, чтобы последовать за Алисой. Она не единственная, кто разочарован его реакцией. Я действительно думала, что он будет более заинтересован в помощи ей. Похоже, что вся надежда на этот мир все-таки потеряна.

Я не должна идти за ней. Не снова. Я выполнила свою часть сделки, приведя ее к Честеру, но мысль о том, что она блуждает без цели по Стране чудес, вызывает у меня тошноту. Она обязательно заблудится через несколько секунд и, скорее всего, погибнет. Как бы она ни раздражала меня, я не хочу, чтобы она умерла. По крайней мере, пока. Но если я буду продолжать гоняться за ней и спасать ей жизнь, то могу передумать.

Пробегая через дверь, которую она оставила открытой, и выходя из ствола дерева, я обыскиваю лес в поисках каких-либо следов ее присутствия, но ничего не нахожу.

— Алиса! — зову я, и мой голос эхом разносится по лесу. Ответа нет. — Блядь.

Я бросаюсь бежать, следуя по клетчатой тропе в противоположном направлении от того, по которому мы пришли, в надежде, что она будет достаточно разумна, чтобы не возвращаться прямо в тюремную камеру, где мы нашли Чеса. Следовать за ней — ужасная идея, и я это знаю, но что-то во мне не дает остановиться. Не дает мне развернуться и позволить ей исчезнуть.

Может быть, я действительно надеюсь, что ее решимость спасет нас всех, и отпустить ее означает снова сдаться перед судьбой нашего мира? Или она сумела понравиться мне? Я стараюсь не зацикливаться на этом, ускоряя шаг и просматривая яркие цвета леса в поисках каких-либо следов блондинистых волос. Наверняка она не могла уйти далеко.

— Алиса!

Через несколько минут, не увидев ее, я поворачиваюсь и возвращаюсь к дому Чеса, на этот раз медленнее. Я прищуриваюсь, вглядываясь в линию деревьев, в поисках каких-либо следов ее присутствия.

Невозможно, чтобы она исчезла так быстро. Она не может быть далеко.

Но дурные мысли начинают брать верх, оттесняя ту небольшую надежду, которая у меня есть, что найду ее. А что, если она ушла слишком далеко? Что, если несколько секунд стоили мне шанса найти ее? Что тогда?

Мне все равно не должно быть дело. Она взрослая, пусть и едва. Она может сама о себе позаботиться. Она всего то однажды чуть не умерла. Наверняка, она научилась быть более осторожной и не бросаться на встречу неприятностям при первых признаках появления монстра.