Кафедра 2 - Игорь Лахов

— Думаете, они об этом не знают? — рассмеялась Наталья Альбертовна. — Но если начнут по всей столице ревизии проводить, то вскоре утонут в бумагах. К тому же такая неразбериха с объектами недвижимости в Петербурге начнётся, что город просто встанет. Так что, Родион, нет поводов волноваться. Приведите все бумаги в порядок…

— Знать бы ещё, как это делается.

— Я вам помогу. Или Вера может.

— А она справится?

— Вообще-то, — с лёгким вызовом вклинилась в разговор девушка. — Я иду на диплом с отличием. К тому же умею не только голодным посетителям еду подносить, но и вместе с матерью разбираю финансовые дела «Бригантины».

— И очень хорошо помогает мне в этом, — подтвердила Наталья Альбертовна. — Многие сокурсники Веры уже с прошлого года подрабатывают. Пора и моей дочери себя самостоятельностью испытать. Но я в ней уверена.

— А почему бы и нет? Давай поработаем вместе, Вера.

— Уверен, что стоит именно «вместе»?

— Ну не попробуем, не узнаем.

Глава 8

Ещё немного поболтав с Натальей Альбертовной, мы с Верой поехали ко мне домой. Оставшись со мной наедине, девушка внезапно замкнулась. Переживает, что сорвётся? По приезде, недолго думая, вызвал её на откровенный разговор.

— Вер, дела пока подождут. Давай о себе рассказывай. Я же вижу, что тебя что-то гнетёт.

— Не «что-то», — вздохнула она. — Многое. Я ведь помню, откуда ты мою душу вытащил. Там было зябко, тоскливо и хотелось убивать. А потом опять оказалась в родном мире. Но радости это не принесло. Два страшных чувства боролись во мне: ненависть к людям и дикое желание секса с тобой.

— Ну, последнее я бы не назвал такой страшной участью, — попытался я шуткой немного разрядить обстановку.

— Нет, Родин. Ты не понимаешь, насколько меня выворачивало эмоционально и физически. Лучше монашкой всю жизнь прожить, чем такие мучения испытывать. В последне время отпустило… Но сейчас ты снова рядом и боюсь, что всё вернётся.

— Не вернётся, Вера. Ты теперь обыкновенный человек. Начинай на мир смотреть проще.

— Проще не получится, — горько усмехнулась девушка. — Изменилось всё. Я чувствую человеческую фальшь. Подруги — идиотки. Родители тоже уже не те люди для подражания и восхищения, что были ранее. Нет, я постепенно снова начинаю любить их. Только понимаю, насколько слаб даже отец. Все слабы, кроме тебя. Но и ты уже не тот. Слегка загадочный весёлый студент исчез. Вместо него я вижу хищника. Ты — опасность с вежливой улыбкой. И страшно разбудить в тебе зверя.

— Вера, ты сама зверь, — взяв за руку, я серьёзно посмотрел в её глаза. — Зверь из моего прайда. А за своих я любой твари горло порву. И не такая уж и слабенькая. Химеры, которые тебя чуть не убили, а потом своими жизнями помогли воскресить, очень хорошо чувствовали человеческие эмоции. Особенно негативные. Кажется, этот, пусть и неполноценный, Дар останется в тебе надолго, если не навсегда. И ещё я хочу попросить у тебя прощения. Не встреться мы, ничего этого не случилось бы.

— Знаешь, Родион… По идее, должна тебе в лицо ногтями вцепиться, но не хочу. Во-первых, уже перебесилась. А во-вторых, даже благодарна. И не за спасение, а за новую Веру Матье. Предложи кто сейчас забыть всё и снова стать прежней наивной Верочкой-веселушкой, я бы отказалась. Мне нравится эта лёгкая внутренняя мрачность. Есть в ней своя притягательная глубина. И я хочу быть в твоей стае… Хочу и боюсь одновременно.

— Значит, добро пожаловать, — улыбнулся я. — Жаль, что на совместный секс нам рассчитывать больше не приходится. Но боевая подруга — тоже хорошо. Начинаем работать?

— Теперь самое время, Родион. Спасибо, что выслушал и понял. Приступим к составлению вариантов договоров.

После этих слов она подошла к моему рабочему столу и уставилась на бумаги, хаотично разбросанных по нему.

— Это что: просто так валяются или разложены в определённом порядке?

— Да какой там порядок! — отмахнулся я. — Бюрократия столичная расслабиться не даёт. Всё шлют и шлют какие-то счета с предписаниями. Свали всё в одну кучу. Я потом разберусь. Пока лень. Бесят.

Вера хотела последовать моему совету, но внезапно, взяв один листок в руки, нахмурилась.

— Родион, а этот счёт ты оплатил?

— Вряд ли. Сказал же, что потом.

— Поздравляю. Ты сам у себя отнял сто двадцать семь рублей и сорок пять копеек. Здесь бешеные пени за просрочку набегают. Это же имущественный налог!

— Да? — неприятно удивился я.

— «Два»! — раздражённо ответила Вера и сунула мне под нос другую бумажку. — Вот это тоже посмотри! Послезавтра она превратится в насос по выкачиванию из твоего кармана денег.

— С хрена ли?

— Понятно… С документами, смотрю, совсем не дружишь, предприниматель-недоучка.

— Вообще-то я имею иное направление в образовании, — слегка задетый за живое огрызнулся я. — Мне больше тварей убивать нравится, чем вот это всё… Хотя с парочки чиновников кожу тоже снял бы с удовольствием.

— Ладно, не злись, — примирительно улыбнулась Вера. — Давай-ка я для начала вот этот бардак в порядок приведу, а потом уже и над договорами с Берштейнами подумаем.

— Нет, дорогая…

— Просто «нет», без «дорогой», — перебила меня девушка.

— Хорошо. Со старыми документами неделю возиться надо, а с Берштейнами у меня встреча через два дня.

— Вообще-то тут дел на пару дней. Я в новом состоянии могу пару суток спокойно не спать, поэтому запри меня здесь и спокойно наслаждайся жизнью до утра. Только родителей предупреди, а то они и так за меня жутко волнуются.

— Предупрежу. У меня же теперь и телефон имеется! — похвастался я. — Скоро ещё в нескольких квартирах установлю. А зачем запирать?

— На всякий случай. Вдруг луна на меня романтически подействует и сама не замечу, как в твоей койке окажусь.

— Не дёргайся по пустякам. Вера, если ты до сих пор со мной заигрывать не стала, значит, и дальше не будешь. Ну, а если сорвёшься… Я же такой аномальной привязанности не имею. Поверь, отобьюсь как-нибудь. Заодно с открытыми дверями проверим, насколько ты себя контролируешь.

— Как скажешь, — равнодушно пожала плечами Вера. — Но я тебя предупредила.

— А я тебя услышал. Сейчас принесу бутерброды и печенье, чтобы не голодала. Чай, кофе?

— Чёрный кофе без сахара, — усмехнулась она. — Кажется, мы поменялись ролями, и теперь ты мой официант.

— Сей момент, госпожа Матье, — шутливо склонив голову и щёлкнув каблуками ботинок, произнёс я. — Не извольте беспокоиться.

После небольшого перекуса Вера выгнала меня из кабинета, прямо сказав, что непрофессиональное любопытство её раздражает, и объяснять каждый столбец цифр не намерена.

Не стал мешать работать. Тем более, что мне