Живой Журнал. Публикации 2001-2006 - Владимир Сергеевич Березин

Об этом писали многие газеты. Можно скептически относится к этому, но бесспорно одно — энергетика взгляда из глубины пробуждает в нас положительные эмоции, желание любить и делать добро". Тётенька эта абсолютно языческого вида, креста на ней нет, и обсуждать мы её не будем. Тем более, что среди песен на кассете какая-то вдова пыхтит вместе с домовым — это другая тётенька, то которая поёт, но очень художественно изображает. Это обстоятельство перебивает разговор о лирике любовной, и остаётся только гражданская, да про зверушек…

В одном великом литературном произведении персонаж носился по чужой гостиной и бормотал стихи собственного сочинения:

Жил на свете таракан,

Таракан от детства,

И потом попал в стакан,

Полный мухоедства…

Место занял таракан,

Мухи возроптали.

"Полон очень наш стакан", —

К Юпитеру закричали.

Но пока у них шёл крик,

Подошёл Никифор,

Бла-го-роднейший старик…

А много лет спустя, другой поэт, не капитан, правда, но человек повоевавший, написал чудесное стихотворение о таракане:

Таракан сидит в стакане.

Ножку рыжую сосёт.

Он попался. Он в капкане.

И теперь он казни ждёт.

Он печальными глазами

На диван бросает взгляд,

Где с ножами, с топорами

Вивисекторы сидят…

И здесь есть история про таракана. Впрочем, совершенно современная. Читатель ждёт уж рифмы "розы" или хотя бы "таракан-стакан". На вот, возьми её скорей:

Друзья, в нашем доме

Живёт таракан.

Он ходит по стенам,

Залазит в стакан.

Какую-то гадость

На донышке пьёт

И сразу "умнеет",

Безумно орёт.

Качает в квартире

Народу права.

И полчища рыжих

Кричат вслед: "Ура!"

На приступ фужеры

И рюмки берут,

И ночь напролёт

Алкоголики пьют.

На стенках бутылок

Горючий нектар.

Ну, мойте посуду,

Закройте свой бар!

Нет, есть в этом в этих стихах, а это именно стихи избранные, и гражданская лирика. Нельзя не процитировать хотя бы одно стихотворение полностью:

ВАМ НЕ СТЫДНО

Вам не стыдно пить из чашки

У ребёнка молоко,

Воровать его рубашки

И снимать с него пальто?

Отбирать у нищих крошки,

Догола их раздевать

И, играя на гармошке,

Байки людям напевать.

Вам не стыдно Мать-Россию

На панели распинать

И наследство малых деток

Пропивать и раздавать?

Вам не стыдно перед миром,

Перед Родиной своей?

Стали вы страшней вампиров,

Присосались жадно к ней.

Господа, а вам не страшно:

По счетам пора платить!

Будет очень неприятно

О прощении просить.

Это настоящая нутряная лирика. Потому что это народные песни, не гладкие и выверенные, а именно немузыкальные песни. И не надо врать, что мы их не слышали — они одного разлива со знаменитым "Эх, яблочко, куды котисся…", в них нет прелести, но есть что-то другое. Это такое психотерапевтическое выговаривание народа — сотнями похожих текстов.

Это — наше.

17 марта 2002

История про портреты

Я вот ездил в одну маленькую, но гордую республику. Там есть один маленький, но гордый министр. Сидит под своим собственным портретом — причём в том же костюме, что и на портрете. А напротив, тоже в полный рост, портрет жены. Масло маслится на солнце, сверкает. Такое впечатление, что жена сейчас выйдет из дверки и сядет напротив мужа. Я всё хотел разгадать эту психологию.

Каково этому министру сидеть в окружении таких портретов. Под сумрачным взглядом жены решать дела внешней политики.

21 марта 2002

История про вкус славы

Я уже рассказывал про звук славы. Теперь я расскажу про её вкус. Я жил в заграничном городе К., жить было в этот момент довольно тоскливо, да к тому же западные люди мне два месяца не платили денег по причине загадочной банковской ошибки. Ну, в общем, всё плохо. И тут ко мне в Институте славистики подходит ко мне незнакомая женщина и по-русски говорит: "Вы — Березин?". Сурово так. "Ну, я" — отвечаю. "Это вы написали статью о Твардовском в "Новом мире"? спрашивает она ещё более грозно. "Я", — отвечаю.

И понимаю, что мало того, что денег нет, а есть хочется, так ещё бить за что-то будут.

А действительно, написал я статью о Твардовском, большую, юбилейную, и из каких-то соображений её заказали мне, человеку стороннему, хотя понятно, что такое Твардовский для "Нового мира". И вот, думаю, что-то людям не понравилось.

Пауза.

Наконец, эта женщина, оказавшаяся впоследствии издательницей Б., а это, собственно, была она и говорит: "Хорошая статья. Правильная. Знаете, что? Приходите ко мне сегодня в гости. У нас будет студень". И тогда я понял, каков вкус славы. Она имеет вкус русского студня, сваренного на немецкой кухне.

21 марта 2002

История о "фэри"

Вот, узнал из рекламы, что "фэри" можно помыть 5923 тарелки. Сакральное знание, однако.

21 марта 2002

История про трамваи Хармса

У Хармса много чего происходит в трамваях — "Там всё приспособлено для сидения и стояния. Пусть безупречен будет его хвост и люди, сидящие в нём, и люди, идущие к выходу". Все говорят друг другу "ты", а как раскроются двери, из нутра трамвая пахнет тепло и вонюче. Трамвай особый городской зверь. В чреве трамвайного кита два человека беседуют о загробной жизни. И, правда, ехал у Хармса какой-то человек, там и помер — от ненасильственной смерти. Едут в трамвае Ляпунов и Сорокин, купивший электрический чайник. В окнах трамвая проплывают Биржевой мост, Нева и сундук.

Покинув гостеприимное трамвайное брюхо, граждане тут же валятся под автомобили, а зеваки падают с тумб.

Наследником трамвайной темы стал Гребенщиков.

22 марта 2002

История о банных сообществах

Ну, чтобы разбавить мои алкоголические умствования, вот история о сообществах, в частности банных. Для подтверждения собственных мыслей. Длинное подтверждение, однако.

Виктору Орловскому

У высокого крыльца бани народ собирался уже к шести часам. Продажа билетов начиналась в восемь, но солидные люди, любители первого пара и знатоки веников, приходили, естественно,