Воин Доброй Удачи - Р. Скотт Бэккер

Краем скальперы называли границу земли шранков.

– Как я и говорил, – поддакнул Галиан. – При таком темпе…

– Как только минуем Меорнскую Глушь, – заявил Акхеймион со всей уверенностью, на какую был способен, – пойдем по следам Великого Похода. Путь для нас будет расчищен.

– А Казна? – спросил Галиан с коварным нажимом, что всегда вызывало неприятие у Чародея. – Она там, где ты говоришь?

Акхеймион ощутил изучающий взгляд Мимары сбоку. Хорошо, если не слишком обличающий.

– Вернетесь князьями.

Клирик первым услышал крики. Звуки доносились издалека, слабые, как хрип в старческой груди. Люди переглянулись, чтобы убедиться – не показалось ли. Земля дыбилась холмами и оврагами, но сколь бы крутыми ни были склоны, зеленый полог над головами оставался беспрерывным и оттуда на лесную подстилку сочился тусклый золотисто-зеленоватый свет. В таких условиях было совершенно невозможно определить ни расстояние до криков, ни направление, откуда они исходили. Затем раздался раскат грома, настолько неестественный, что мог быть только магическим. Скальперы все разом взглянули на Клирика – реакция, порожденная предыдущими походами, предположил Акхеймион.

– Космь, – произнес нечеловек, прочесывая глазами окружающий мрак. – Деревья играют со звуками… – Он прищурился. – И с нами.

– Тогда нужно освободиться от их игр, – сказал Акхеймион.

Бросив быстрый взгляд на Капитана, он начал бормотать что-то непонятное, погружая пальцы в мягкую жижу реальности.

Не обращая внимания на удивленные взгляды, Друз поднялся в воздух и двинулся вверх.

Миновав нижний ярус, он отталкивался руками от сухих ветвей, преграждавших путь его чудесному взлету. Живот скрутило. Даже после стольких лет, после стольких Заклинаний тело сопротивлялось невозможному. Руками Чародей защищал лицо от хлестких веток кроны. Он чувствовал себя втянутым в борьбу с листвой, опутанным ее сетью, но вот наконец покровы будто разлетелись…

Резкий порыв ветра. Прямые лучи солнца. Акхеймион зажмурился от яркого света, подставив солнечным ласкам изрезанные морщинами щеки.

Он едва смог выбраться поверх крон, настолько гигантскими были деревья. Побродив среди пышных куп, Друз выбрал наиболее удобную позицию для обозрения. Повсюду, насколько хватало его старческих глаз, теснились могучие кущи листвы, колышущейся на ветру то глянцем зелени, то серебристой изнанкой до самого горизонта. Если бы не повторение лиственным покровом холмов и оврагов под ним, можно было бы уподобить его морским волнам.

Крики стали яснее, но направление определить не удавалось, пока он не заметил уголком глаза магическую вспышку – на севере. Вдали виднелись голые скалы, чьи изгибы очертаниями напоминали молодую женщину, задремавшую на боку. Чародей быстро прошептал Заклинание Прозрения, и воздух перед ним заколебался, увеличивая неясные образы. И вот он различил…

Людей. Скальперов. Бегущих среди деревьев вдоль отвесного склона.

Они бежали стремительно, как дети, растянувшись цепочкой, мелькая среди могучих стволов, то и дело пропадая в тени. Роща узловатых дубов поднималась с середины отрога и походила на чудовищ, которые оседлали скалы, стиснув их корнями, пучки которых, смыкаясь, вились по камням, словно жилы. Там, среди них и сгрудились скальперы, в панике оглядываясь назад. Некоторые уже начали рискованный спуск…

На уступе вдруг появилась вторая партия скальперов, далеко позади первой, на бедре скальной девы. Акхеймион сначала подумал, что за ними кто-то гонится вдоль уступа, но потом понял, что они спасались бегством от кого-то в лесной чаще позади них – и бежали прямо на Шкуродеров. Беглецы заколебались на мгновение, потом закричали, рты их выглядели черными провалами в бородах. Добежать до товарищей в дубовую рощу они никак не успевали, понял Друз, преследователи были уже близко, чересчур близко. Оцепенев и только мигая, старик смотрел, как они принялись спрыгивать вниз… крошечные человеческие фигурки летели с кручи, исчезая в зарослях внизу. Падение каждого Друз ощущал нутром.

И вот появились из сумрака их преследователи, захлестнув своей массой тех немногих, что решили сразиться напоследок.

Шранки. Беснующаяся лавина.

Белые лица, искаженные криками. Какофония людских и нечеловеческих воплей наполнила все вокруг. Люди рубили массу белолицых, спотыкались и падали. Один скальпер со всклокоченными волосами, очевидно туньерец, размахивал двумя огромными топорами, забравшись на торчащий, как выставленный палец, каменный столб. Он порубил первую волну нападающих и даже успел проредить вторую, но тут в его ничем не защищенные ноги вонзилось несколько черных дротиков. Он пошатнулся и, оступившись с камня, покатился вниз.

У чародея от жалости перехватило дыхание. Вот так погибали скальперы. Бесславно. Выброшенные на обочину цивилизации. Жуткая смерть, не просто насильственная. Никому не ведомая. Никем не оплаканная.

Укрывшимся в дубовой роще, похоже, удастся спастись. Дюжина скальперов теперь висела, цепляясь за корни, осмелившись на почти отвесный спуск. Большая часть стояла на краю, сбрасывая вниз свое добро. Потом один из них просто сделал шаг с уступа… и двинулся дальше по воздуху, пошатываясь и раз чуть не упав. Схоласт школы «Мисунсай», догадался Акхеймион. Пафарас. Тут слишком высоко, чтобы использовать землю, и глупец пытался сыграть на отзвуке уступа, который выдавался на добрую половину высоты скалы. Даже с такого расстояния был ясно виден его Знак.

Ущербы… Друз видел тех самых людей, которые пытались разделаться с ними, – смотрел, как они умирают.

На склоне откоса шранки с алчным торжеством пожирали тела павших. Другие кинулись вслед за оставшимися скальперами к середине склона, отдельные – вдоль уступа, пока основная масса – по соседним склонам. Акхеймион, не в силах ничем помочь, мог только наблюдать, как многие в отчаянии прыгали в пропасть, а остальные вступали в безнадежную схватку.

Хотя несколько стойких членов его отряда продолжали с рыком сражаться, мисунсаец поджег уступ. Даже на таком расстоянии от его магических возгласов дрожали края невидимой защиты. Перед хрупкой фигурой мисунсайца выросла рогатая голова, настолько огромная, что солнечный свет отражался от каждой черной чешуйки, хоть и окутанной дымом: голова Дракона, страшная магическая защита анагогиков. Золотистое пламя вырвалось из его пасти, плеснув по ощетинившемуся острыми сучьями уступу, расчистив целые полосы среди лесных зарослей, превратив и шранков, и людей в горящие тени. Хор воплей заполнил все пространство до самого небосвода.

Скальперы, уцепившиеся за корни, пытались прикрыть голову хоть одной рукой от града пылающих веток. Голова Дракона наклонилась, и очередной поток пламени пронесся по устланной дымящимися трупами земле. Шранки с воем отступили, скрывшись в спасительной глубине леса. Последовала недолгая пауза. Старец из Мисунсая пытался удержать свою магическую опору, затем оступился и просто упал…

Акхеймион застыл в нерешительности. Все крики смолкли. Очаги пожара тлели повсюду, на всем протяжении уступа, от них тянулись длинные струи черного дыма. Остальные заросли на много миль вокруг колыхались под порывами ветра.

– Пора возвращаться…

Чародей едва не испачкал свою накидку из волчьей шкуры от неожиданности. Клирик завис в воздухе на расстоянии вытянутой руки позади него, но старик не заметил ничего, ничего не почувствовал.

– Кто? – выкрикнул он, придя в себя. – Кто ты?

Если то, что адепт из школы «Мисунсай» водил компанию со скальперами было странным, то что говорить о нечеловеке?

Тем более маге Куйя?

– Шранки. Огромное количество, – проговорил ишрой, его нестареющее гладкое лицо белело под лучами яркого солнца. Космь за его спиной до самого горизонта беспокойно металась. – Нужно предупредить остальных.

Пора назад в сумрак, к душным испарениям почвы и мхов.

Клирик начал описывать увиденное, но смешался, когда нахлынули воспоминания. Акхеймион подхватил нить повествования, стараясь сохранять невозмутимость, хотя сердце у него в груди все еще колотилось.

– Проклятые Ущербы! – воскликнул Поквас, сверкая глазами от воображаемой бойни. – Так им и надо. Получили по заслугам!

– Ты упускаешь самое главное, – сказал Галиан, глядя на Акхеймиона со всей серьезностью.

– Покс прав, – раздался голос Сомы. – Туда им и дорога!

Он посмотрел по сторонам, ухмыляясь.

– Я за то, чтобы их догнать, – воскликнул Поквас. – Подкосим и в тюки свяжем. – Он взглянул на Сому и рассмеялся. – Окажем такую честь! На их собственной шку…

– Глупцы! – фыркнул лорд Косотер. – Ничего делать не станем. Ничего!

Чернокожий гигант повернулся к Капитану, вытаращив глаза от возмущения. У лорда Косотера, который тоже был в ярости, напротив, они сузились до предела.