Год 50-й: Расти из пепла - Василий Коростелев

Внезапно меня как осенило:

– Мужики, вот вы жалуетесь на плохую жизнь, а что вам вообще в городе делать, шли бы в сельскую местность жить, воздух чистый, вода родниковая, зверья в лесу полно…

– Нет, нам тут как то привычней, – сказал «кулинар», – да и как обустроишься, если мы пахать-сеять не умеем, повадок лесного зверя не знаем, да и дом себе толком построить не сможем. То ли дело здесь, сейчас стали золото и серебро скупать, дают, правда, мало, за сто грамм золота литр воды или пять картофелин дают, заработок верный, мы под обломками шаримся, на месте каждого дома можно найти на десяток картофелин.

– А я бы поехал, – неожиданно подал голос самый старый бродяга, – только вот возьмете ли с собой? – он горько улыбнулся.

Да, дед староват, наверное, ровесник дяди Изи, но я не спешил отказывать.

– Старик, ты наверно еще до катастрофы родился?

– Да, я выжил, а до катастрофы в армии сапером уже год отслужил.

Стоп.

– Дед, а ты знаешь, что такое мины?

– Да я тебе и говорю, бестолочь, сапером служил. ТМ[10] и МОНки (мины) ставил с закрытыми глазами!

– Ну, дед, ты нам подходишь, – я похлопал старика по плечу. – Жди нас на этом же месте послезавтра с утра, а вы как хотите ребята, может еще надумаете, жизнь у нас тяжелая, но еды хватает (тьфу-тьфу…), хотя и работать надо в поте лица.

– Разговор свернулся, бродяги укладывались спать, ну и мы с Юрой задремали, оставив караулить Митьку, а то еще неизвестно, что бродягам на ум придет. Во второй половине ночи я сменил Митьку и увидел, что старик тоже не спит, он не приставал ко мне с разговорами, а только сидел молча, и смотрел на полную луну…

Утром мы доехали до Рогожской заставы, здесь располагался пост, и собирали плату за въезд.

– Что везем? – деловито спросил охранник.

– Соль на продажу, шесть мешков.

– Пошлина с шести мешков, два килограмма.

– Это и за место на рынке? – спросил я наивно.

– За место еще заплатишь четверть мешка, – охранник смотрел на меня со снисходительным презрением, я отвернулся.

Вот моль пузатая раз из села, так и недочеловеки для него. Справившись с собой, состроил робкую рожу лица:

– Скажи, мил человек, а как мне найти Каца Бориса Моисеича?

– Это доктора, что ли? Да вон дом за площадью пятиэтажный.

– Спасибочки, господин-начальник, – сказал я, часто кланяясь в пояс.

Площадь у заставы была довольно чисто убрана, во всяком случае, завалов не было, по площади ездили велосипедисты, да и вообще я заметил, что велосипед в центральном районе являлся популярным способом передвижения у горожан. Несколько телег, встретившиеся нам по пути, явно принадлежали торговцам. Дом, в котором жил Борис Моисеевич, был почти целым, то есть полностью не разрушенными оказались два подъезда, из окон которых торчали железные обрубки труб, во дворе нас встретила странная личность с пропитым лицом, треухом (шапка такая) на голове и древним АКСом в руках.

– Тпру (это он лошади), куда прете, кого надо?

– Нам к Борису Моисеевичу.

– А, к дохтору, а по какой надобности?

– Вон соль ему привезли, долг отдать хотим.

– Ну, вон на третьем этаже, окна справа, проезжайте.

– На указанном этаже находилась только одна мощная железная дверь и на наш стук, в приоткрытую щель осторожно высунулась лысая голова с острым носом.

– Борис Моисеевич, мы от дяди Изи, у нас к вам дело, – сходу пропел я.

– Пароль? – строго вопросила лысая голова.

– Да штоб я так жил, как тети Симин племянник!

– Узнаю Изин юмор, – сказал доктор, снимая цепочку с двери.

– Тетя Сима, моя покойная родственница. Так по какому делу приехали молодые люди? – спросил доктор, пропуская нас в комнату.

Оглядевшись (богато живет племянничек), почти без задержки начинаю:

– Дядя Изя сказал, что человек, начеканивший вот эти монеты – тут я достал из кошеля золотой кружечек с отчеканенным профилем усатого вождя, – хочет большой крови, и у него есть для этого силы и средства, о которых не знают его конкуренты. Короче, Борис Моисеевич, нам необходимо встретиться с лидерами группировок, скажем так, не очень любящих Паука.

– Доктор задумчиво потер блестящую лысину, зачем то посмотрел во двор (окно с настоящими стеклами!), и спросил:

– А в чем же будет мой гешефт? Я, как доктор, при любой власти выживу, ссориться с Пауком не вижу смысла.

Лукавит падла, сам живет на территории конкурентов Паука, пользуется их покровительством, наверняка часто гуляют одним столом и… Тут ход моих мыслей прервал Юра:

– Борис Моисеевич, возможно вы и будете полезны клану СБ, но элитарным врачом при Пауке не станете, наверняка такой врач уже существует, судя по обстановке квартиры, сейчас же вы пользуетесь большой благосклонностью хозяина местной группировки, а после боевых действиях, которые смею вас уверить приведут к полной победе Паука, квартирка может быть экспроприирована, так что подумайте, к тому же ваши труды мы можем, ну чисто символично, оплатить мешком соли, вы же видели, во дворе наша телега и если мы придем к консенсусу, то сорока килограммовый мешок соли ваш.

(Красиво излагает, вошь ему за воротник…)

– Хорошо ребята, – сказал доктор, обводя рассеянным взглядом роскошную обстановку своей квартиры.

– Вы меня убедили, и я со своей стороны постараюсь повлиять на решение Марата принять вас. Вы, наверное, соль на рынок продавать поедете? А я пока с Маратом переговорю, думаю, часа через четыре он вас примет, так что, не мешкая, сдавайте соль, покупайте, что вам нужно и быстренько сюда. Во дворе вас будут ждать и проводят к пахану.

– Рынок находился недалеко от дома доктора, через двадцать минут после разговора мы остановились у больших решетчатых ворот рынка и, уплатив положенную пошлину, оказались на большой площадке, огороженной проржавелой металлической сеткой. К нам подскочил маленький человечек в одежде неопределенного цвета с белесым бельмом на глазу.

– Ах, господа хорошие, – затараторил он, – помогу за долю малую сыскать – обменять товар самого высокого качества по самым привлекательным расценкам. Быстро и выгодно.

Мы отмахнулись от прилипалы, и он раздосадованный отвалил. Да, продукции на рынке хватало. Причем каждая группа товаров располагалась в одном определенном месте, и у каждого продавца имелись гири, так что проезжая вдоль рядов мы смогли быстро обменять соль на интересующие нас товары. Купили мыла, зажигалок, два рулона шелка, мешок редкого у нас кукурузного зерна и два мешка пшеничной муки, в оружейном ряду обменяли десять килограмм соли на патроны для ПК и автоматов, ну и подарки женам естественно тоже прихватили, на этом наша соль закончилась, а мы оказались в ряду, где продавали рабов.

– Сколько раб стоит в переводе на соль? – спросил я у важного бородатого работорговца.

– Смотря, какой раб, цена колеблется от килограмма до трех мешков.

Смотреть на несчастных нам не хотелось, тем более соли уже не было, зато созрел план по увеличению народонаселения наших поселков, вот в следующий раз приедем…

Ну ладно, не будем загадывать…

Глава 5

Марат принял нас после обеда в большой комнате его нового, крепкого, одноэтажного кирпичного дома, в воздухе еще витал запах вкусной пищи. Это был человек средних лет, с лунообразным лицом и узкими щелочками вместо глаз. Сидя в высоком богатом кресле за большим столом, он с интересом разглядывал нас, садиться не предлагал, а просто спросил:

– Ну и кто вы будете, гуси-лебеди? И о каком таком вопросе жизни и смерти пел доктор?

– Ну, если по порядку, – начал я, – мы представители нескольких поселений юго-восточного тракта, лично я хозяин села Степаново. А от моего имени будет говорить мой старший товарищ Юрий.

– Ух, ты, как официально, – съязвил Марат.

– Ну, говори… Юрий.

– Марат, ваш конкурент Паук затевает полномасштабную военную операцию по захвату власти во всем Полисе, пока у него было такое же вооружение, как и в других группировках, соблюдался хоть какой-то паритет, теперь мы располагаем сведениями, что в течении трех недель он получит оружие качественно отличающееся от вашего, после чего начнет операцию по захвату власти в городе.

– От кого получит, и откуда эти сведения?

– Его рейдеры нашли небольшой арсенал, рядом с нашей территорией, – не моргнув глазом, врал Юра, – и по выходу на тракт у них произошло боевое столкновение с нашими дружинниками, в результате часть рейдеров отступила, но нам удалось захватить их командира, ну и попытали малого, что они в наших краях забыли…

– Кто был старший рейдеров? – резко бросил Марат.

– Да какой – то Макинтош, что ли? Собственно его имя нас не интересовало.

– А место, место схрона вы знаете?

– Только приблизительно, бедняга не выдержал пыток, но мы знаем направление и время, когда они будут перевозить оружие.

– Да… Все же Паук может перенести время выемки оружия, почему, кстати они его сразу не забрали? – спросил Марат.