Похищена Братвой - Мари Фокс

Мое сердце начинает колотиться, чувство облегчения, которое я чувствовала всего несколько минут назад, полностью испаряется. Мысль о том, что кто-то намеренно испортил мою машину, не имеет никакого смысла, зачем кому-то нападать на меня? Я не какая-то важная персона с врагами. Я с трудом сглатываю, пытаясь успокоиться, глядя на него.

— Это не имеет смысла. У меня нет никого, кто мог бы... — Я останавливаю себя, нервно оглядываясь по сторонам, пустота шоссе внезапно кажется гораздо более одинокой.

Артем делает шаг ко мне, выражение его лица смягчается, как будто он пытается меня успокоить. — Я уверен, ты в замешательстве, — говорит он тихим и спокойным голосом. — Доверься мне. Кто бы это ни сделал... они хотели получить доступ к тебе. Наедине.

Мне нужно мгновение, чтобы его слова дошли до меня, и когда это происходит, мое сердце уходит в пятки. В его голосе теперь что-то другое. Что-то холодное и расчетливое. Я смотрю на него, понимание приходит слишком поздно. Это было не просто совпадение. Это было запланировано. У меня перехватывает дыхание, и я делаю шаг назад, но его глаза следят за каждым моим движением. Эта когда-то успокаивающая улыбка исчезла, сменившись ухмылкой, которая пробирает меня до глубины души.

Он подходит ближе, его голос понижается до тихого шепота. — Они хотели, чтобы ты была уязвима, София.

Моя кровь стынет в жилах, когда я обдумываю ситуацию. Он не какой-то полезный незнакомец. Он тот, кто это сделал. Он причина, по которой моя машина сломалась. Теперь я с ним наедине.

Не думая, я разворачиваюсь на каблуках, готовая бежать, мое сердце колотится в груди. Я не успеваю уйти далеко. Его рука выбрасывается вперед, крепко сжимая мою руку, прежде чем я успеваю сделать еще один шаг. Я пытаюсь вырваться, но он слишком силен, его пальцы, словно железные обручи, сжимают мое запястье.

— Отпусти!? — кричу я, паника накатывает на меня. Я дергаю свою руку, мой пульс стремительно учащается, когда я изворачиваюсь и поворачиваюсь, отчаянно пытаясь освободиться. Его ухмылка становится шире, и вот тогда я вижу это — иглу в его другой руке, сверкающую на солнце.

— Нет!? — снова кричу я, но прежде чем успеваю что-либо сделать, чувствую острый укол в шею. Укол короткий, но эффект мгновенный. Тепло распространяется по моим венам, медленно и коварно, и мои конечности начинают тяжелеть.

Я борюсь, пытаюсь оттолкнуть его, пытаюсь двигаться, но мое тело как будто не отвечает. Мои ноги подгибаются, и я тянусь, чтобы удержаться, но мне не за что ухватиться. Мое зрение начинает расплываться, мир опасно наклоняется. Я теряю контроль.

— Что... что ты делаешь? — Мой голос едва слышен, слова невнятно сливаются, пока я пытаюсь бороться с наползающей тьмой.

Лицо Артема нависает надо мной, его усмешка все еще на месте, хотя теперь она больше похожа на улыбку хищника. Холодная. Расчетливая. — Скоро все закончится, София, — говорит он, его голос звучит далеко, как будто он доносится с другого конца туннеля. — Просто расслабься. Ты ничего из этого не вспомнишь.

Я снова пытаюсь кричать, биться, бороться, но мое тело подводит меня. Тепло распространяется быстрее, увлекая меня вниз в густой туман. Мои колени подкашиваются, и я падаю в его объятия. Мир вращается, звуки вокруг меня становятся слабее, отдаленнее. Я слышу, как мое сердцебиение беспорядочно стучит в ушах, но даже оно начинает затихать, заглушаемое толстым одеялом бессознательности.

Я протягиваю руку, мои пальцы едва касаются гравия подо мной, когда я скольжу дальше в темноту. Артем сжимает меня сильнее, когда он опускает меня на землю, его голос теперь не более чем бормотание, когда он говорит что-то, что я не могу полностью расслышать.

Последнее, что я вижу, прежде чем все потемнеет, его лицо, спокойное и неподвижное, как будто это был просто еще один день. Просто еще одно задание. А потом — ничего. Ни звука, ни света. Только тишина.

Глава 9 - Максим

Дверь скрипит, когда я толкаю ее, входя в темную спальню, Артем следует за мной по пятам. Единственный свет исходит от одинокой тусклой лампочки, свисающей с потолка, отбрасывающей длинные, жуткие тени на холодный бетонный пол. Мой взгляд останавливается на фигуре, лежащей без сознания посередине кровати — Софии. Она раскинулась в своей спортивной одежде, выглядя маленькой и хрупкой на суровом фоне этого места.

Артем идет в угол, его тяжелые ботинки эхом разносятся в тишине, а я стою мгновение, наблюдая за ней. Она начинает шевелиться, ее веки трепещут, когда она медленно приходит в сознание. Моя челюсть сжимается. Это дочь Кейса Престона, его кровь, его наследие, и все же, глядя на нее сейчас, я не вижу ничего от него. Она другая. Даже невинная.

Меня это бесит.

София тихо стонет, ее тело шевелится, когда она приходит в себя. Она моргает, сбитая с толку, ее рука слабо упирается в холодный пол, когда она пытается сесть. Когда ее глаза наконец фокусируются, они останавливаются на мне. Страх в них появляется немедленно, проблеск ужаса, который растет, когда она всматривается в свое окружение.

— Г-где я? — запинается она, голос ее дрожит. Ее взгляд мечется между мной и Артемом, который спокойно стоит у двери, скрестив руки, и наблюдает. — Зачем… зачем ты это делаешь?

Я наклоняю голову, прищуриваюсь на нее. Почему? Вопрос терзает меня, потому что правда прямо перед ней, но она выглядит такой невежественной. Такой не осознающей мир, который создал ее отец. Она совсем не похожа на него, по крайней мере, внешне. Это не меняет того, кем она является.

— Это из-за твоего отца, — говорю я, голос холодный, резкий. Резкость в моем тоне резче, чем я предполагал. Я сделай шаг вперед, возвышаясь над ней, пока она смотрит на меня широко раскрытыми, испуганными глазами.

Ее губы дрожат. — Мой отец? Какое он имеет отношение к этому?

Меня охватывает волна гнева. Как она может быть такой наивной? Как она может не знать? Кейс Престон ответственна за смерть моего отца, за бесчисленное множество других, и вот его дочь - сидит на холодном полу, смотрит на меня широко раскрытыми невинными глазами, как будто она не имеет к этому никакого отношения.

Мои руки сжимаются в кулаки по бокам, и я опускаюсь на колени, становясь на ее уровень. — Он сделал больше, чем