Правда о спящей красавице - Марина Серова

Ирину обнаружили на автобусной остановке в субботу, около семи утра, куда она пришла пешком. Стало быть, в ночь с пятницы на субботу Рудковой дома не было. Если она поздно вечером куда-то ушла, то куда, с кем? Скорее всего, не с Петей. Если бы у Ирины был другой поклонник, кроме Черпакова, ее подружка Наталья знала бы об этом. Может, все же Рудкова поехала в пятницу за город, по своим риелторским делам, и там с ней что-то произошло? Как еще можно объяснить, что она оказалась около дачного поселка Поповка, но в нем самом не засветилась?

Еще немного поразмышляв, я пришла к выводу, что профессия риелтора – не такая уж безопасная. Агентам по недвижимости приходится встречаться с незнакомыми людьми на чужой жилплощади. Через их руки проходят крупные денежные суммы… Осознав все это, я решила, что завтра, прямо с утра, займусь отработкой третьей профессиональной версии.

Глава 6

За утренней чашкой кофе я бегло пересмотрела все свои версии, в результате чего лишь укрепилась во мнении, что сегодня в первую очередь надо посетить риелторскую контору «Пенаты». Я уже спускалась по лестнице, когда мне позвонил Архипов.

– Да, Дмитрий, я вас слушаю, – ответила я на ходу.

– Доброе утро, Татьяна, я звоню вам, чтобы напомнить – вы обещали сегодня заехать к Ирочке!

– Заеду, – подтвердила я.

– Она вас ждет. – И клиент отключился.

Я подумала, что лучше сначала заехать на полчасика к Рудковой, чтобы в течение дня больше не отвлекаться на «сеансы психотерапии», и вернулась домой. Дело в том, что я забыла распечатать фотографии, которые собиралась показать Ирине. Минут через сорок я вновь вышла из дома, села в машину и – на всякий случай – позвонила Рудковой.

– Да, Татьяна Александровна! – ответила моя «пациентка».

– Здравствуйте, И… – я едва не назвала ее по имени, но вовремя прикусила язычок, – извините, что была вынуждена прервать наши «сеансы». Вот как раз сейчас у меня появилось «окно», так что я могу подъехать к вам.

– Я вас жду! – с воодушевлением произнесла Ирина.

Стоило мне переступить порог квартиры, как Рудкова принялась пересказывать мне свой последний сон. Я уж и забыла, что просила ее записывать сновидения, поэтому была не готова что-либо комментировать. Зато слушала я свою «пациентку» очень внимательно и то и дело кивала головой, делая вид, что все эти подробности очень важны для лечения амнезии. Когда же она замолчала, ожидая ответной реакции, я спросила:

– Значит, говорите, в своих снах вы ощущаете себя ребенком?

– В последнее время – да, – подтвердила моя «пациентка». – Причем мною все командуют, помыкают…

– Мозг самым неожиданным образом преломляет во сне впечатления и события различной давности, – «сумничала» я, подумав, что все Иринины проблемы идут из глубокого детства. И вот – первым делом – из покрытого туманом прошлого всплывали воспоминания, в которых присутствовали детские образы.

– И что означают мои сны? – Ирина явно ждала, что я немедленно разберу их по косточкам.

Конечно, я могла бы рассказать Ире о ее проблемах с матерью и отчимом – и была бы, по сути, права. Но «разве то, что человек может узнать, – именно то, что он должен узнать?» – я не могла пренебречь этим советом гадальных двенадцатигранников.

– Знаете, мне надо все это проанализировать, чтобы понять, как лучше использовать закодированную в снах информацию для вашего лечения, – отболталась я. – А пока посмотрите, пожалуйста, вот эти фотографии. Может быть, какие-то места покажутся вам знакомыми?

Я достала из сумки фотографии и передала их Рудковой. Она начала разглядывать снимки по очереди. Только ни один из них особенно не заинтересовал девушку, даже тот, на котором были изображены окна ее квартиры в доме на Пушкинской улице.

– Хотя вот это место мне вроде бы знакомо, – Рудкова отыскала в середине стопки фотографию, сделанную мною по методу случайного выбора. – Если я не ошибаюсь, там за углом бассейн?

– Правильно, – подтвердила я. – И… и очень хороший бассейн, лучший в городе. Называется он «Дельфин». Вы, наверное, бывали в этом районе – уже после выписки из больницы?

– Не уверена… А это далеко отсюда?

– Пять или шесть остановок на троллейбусе в сторону центра, – пояснила я.

– Нет, так далеко я не забиралась. Здесь рядом есть хороший супермаркет, в котором я покупаю продукты, а через две остановки – торговый центр. Я вчера там плащ и сапожки купила. Скоро осень, а у меня нет теплой одежды и обуви. Вообще-то я другие ботильоны присмотрела, но моего размера не оказалось. Тридцать седьмой – самый ходовой.

– Точно, – подтвердила я, – по себе это знаю.

Мы немного поболтали о нашем, девичьем, а потом Рудкова вдруг резко изменила тему разговора.

– Татьяна Александровна, а почему вы показали мне именно эти фотографии? – Ирина сузила глаза, ожидая моего ответа. Казалось, будто она догадывается, что мне о ней многое известно.

– Эти фотографии сделаны в разных районах города и без какой-то определенной системы, – ответила я со всей присущей мне непринужденностью. – А показала я вам их для того, чтобы пробудить в вашем сознании различные ассоциации. Кстати, вы работали с именами?

– Честно говоря, нет. Вчера, вскоре после вас, пришла Димина тетка, а потом и он сам приехал. Знаете, у меня создалось впечатление, что Таисия Петровна откровенно сватает меня за своего племянника, и делает это, скорее всего, с его подачи. Ну неужели они не понимают, что мне сейчас совсем не до этого?! Я должна все вспомнить! Это для меня сейчас – самое главное. Возможно, у меня уже есть муж… или жених… Ну, уж родители у меня точно должны быть! Вероятно, они волнуются, места себе не находят, а я ничего не предпринимаю, чтобы их отыскать – не могу! Татьяна Александровна, наверное, мне все-таки следует пойти в полицию, – то ли спросила у меня, то ли утверждающе заявила Рудкова.

– Вы, конечно, можете пойти в полицию, ни я, ни Дмитрий Викторович, ни кто-либо другой не вправе вас остановить, – медленно проговорила я, подыскивая аргумент, способный заставить Ирину передумать. – Но я должна вас кое о чем предупредить…

– О чем?

– В полицейском участке у вас для начала «откатают пальчики», чтобы сличить их с теми, что имеются в их базе данных. Уж не знаю, что лучше: чтобы они там нашлись или же не нашлись? Впрочем, ни в том, ни в другом случае ничего хорошего вас не ожидает, – принялась я стращать свою «пациентку».

– Почему вы так думаете? – Девушка нахмурилась.

– А вдруг вы проходили по какому-нибудь уголовному делу?

– Вот этого-то я и боюсь! Я же говорила вам – меня мучает чувство вины, правда, я не знаю, из-за чего именно.

– Я очень надеюсь на то, что вы ничего противозаконного не совершили. И если вашу личность не удастся установить по отпечаткам пальцев, то вас просто-напросто определят в психиатрическую клинику.

– Зачем?! – Глаза Рудковой как-то неестественно округлились.

– У вас ретроградная амнезия, так ведь?

– Так, – грустно вздохнула Ирина.

– Психиатры небезуспешно лечат это заболевание… медикаментозными методами. Конечно, на фоне приема больших доз психотропных препаратов могут развиваться другие заболевания, но главное – к вам принудительно вернутся утерянные воспоминания, после чего о вашем местонахождении сообщат родственникам. Поверьте мне, и… – я опять-таки едва не назвала свою «пациентку» по имени, – и если все это вас не пугает, тогда вам действительно стоит пойти в полицию.

– Пугает, меня все это чрезвычайно пугает! Начиная от унизительной процедуры снятия отпечатков пальцев до госпитализации в психиатрическую клинику! Татьяна Александровна, ну как же мне ускорить процесс восстановления памяти без приема лекарств?! Я не хочу, чтобы у меня появилась зависимость от психотропных препаратов! Потом, я не знаю: вдруг у меня есть на что-то аллергия… Меня в больнице об этом спрашивали, но я ничего не могла ответить… Я вообще ничего о себе не знаю… У меня нет никаких документов. Я абсолютно бесправна! А вдруг Диме надоест ждать и он выселит меня на улицу? Это все ужасно! – Девушка в отчаянии закрыла лицо руками.

– Я думаю, вы не замужем, – заявила я.

– С чего вы так решили? – Рудкова приоткрыла лицо.

– У вас ровный загар на пальцах. Если бы вы были замужней женщиной, то, скорее всего, носили бы обручальное кольцо, и на безымянном пальце правой руки осталась бы светлая полоска от него, – пояснила я, на чем основан мой вывод.

Ирина начала рассматривать свои пальцы.

– Действительно, полоски нет, – подтвердила она. – Мне следовало самой обратить на это внимание. Хотя… это еще не факт.

– Давайте поступим так: я оставлю вам эти фотографии, вы в спокойной обстановке еще раз их посмотрите, и, возможно, у вас все-таки возникнут какие-то ассоциации. Поработайте так же со списками имен.

– А вы уже уходите? – опечалилась Ирина.