Благословение - Даниэла Стил

— Я уже занимаюсь тем, что жду ребенка. — Нэнси сказала это с улыбкой, а вид у нее был такой, как будто она поде лилась с мачехой невероятным секретом.

Пилар уставилась на нее в изумлении.

— Ты… что? — Пилар даже мысль такая не приходила в голову. Ведь Нэнси всего двадцать шесть, как раз столько, сколько было Пилар, когда она познакомилась с Брэдом. Это было шестнадцать лет назад, боже, почти полжизни! — Ты беременна? — Почему это кажется ей таким невероятным? Она удивилась сама себе. Но все равно, это просто абсурд.

— Ребенок родится в июне. Мы с мужем сначала решили убедиться, что все в порядке, прежде чем сказать тебе. У меня срок уже три месяца.

— О! — Пилар откинулась на спинку стула. — У меня нет слов! — Ее так мало занимал вопрос о детях, во всяком случае, до сегодняшнего утра, что она просто не знала, что сказать. — Ты счастлива, дорогая? —А может, Нэнси напугана? Взволнована? Что в таких случаях чувствует женщина? Она никогда не могла себе этого представить и никогда не хотела. Единственное, чего она хотела, это никогда не испытывать таких чувств.

— Я страшно счастлива, и Томми просто в восторге.

Ее мужу было двадцать восемь, и он работал в Ай-би-эм. Он серьезно относился к своей работе и скорее всего отцом будет замечательным, Пилар в этом не сомневалась. И все-таки для них с Брэдом они всегда были детьми. Даже Тэдди, младший брат Нэнси, казался более взрослым, чем эти двое.

— Это правда здорово! Сначала я чувствовала себя неважно, но теперь все в порядке, — сказала она, подбирая с тарелки остатки шоколадного крема, а мачеха все смотрела на нее как зачарованная.

— А еще одного малыша ты хочешь? — Пилар спросила это в шутку, но падчерица серьезно кивнула:

— Конечно.

— Нэнси, неужели это правда! Ты будешь весить двести фунтов, когда придет пора рожать.

— Зато у меня будет малыш. — Молодая женщина застенчиво улыбнулась, и Пилар, забирая счет, не выдержала и рассмеялась. Потом она наклонилась и поцеловала падчерицу.

— Удачи тебе, дорогая. Я очень рада за вас обоих. Отец будет потрясен, это же его первый внук!

— Да, я знаю. Я думаю, мы навестим вас в конце недели, чтобы сообщить ему эту новость. А ты до тех пор не говори ему ничего, ладно?

— Конечно, не скажу. Еще бы! Испортить такой сюрприз! — Пилар была приятно удивлена тем, что эта девочка, та самая, которая когда-то относилась к ней как к врагу, теперь делится с ней своим секретом, причем делает это до того, как сказать обо всем отцу. В этом была какая-то закономерность и вместе с тем ирония. Во всяком случае, теперь можно с уверенностью сказать, что их отношения полностью наладились.

Они распрощались перед рестораном, и Пилар вернулась в офис.

«Ну вот, — усмехалась она про себя, — все озабочены тем, собираемся ли мы с Брэдом завести ребенка, а мы между тем собираемся завести внука». Но работа вскоре вытеснила из головы Пилар и Нэнси, и ее новость.

День выдался тяжелый, работы было много, и, когда Брэд заехал за ней, чтобы отвезти ее пообедать, она почувствовала невероятное облегчение. Пилар очень устала, и мысль о том, что надо готовить обед, отнюдь не придавала ей бодрости. Они удобно расположились в маленьком ресторанчике «У Луи», и Брэд, делая заказ, был, казалось, в отличном настроении.

— Что это с тобой сегодня? — Она улыбнулась, глядя на мужа, уселась поудобнее и начала есть. Для нее это был не совсем обычный день. Правда, он был, как всегда, заполнен напряженной работой. И в то же время несколько эпизодов, произошедших в течение дня, заставили ее задуматься и пережить чувства, которых она раньше никогда не испытывала. Пилар все еще не могла «переварить» новость Нэнси.

— Я сегодня наконец-то закончил дело, которое совершенно вымотало меня. Мне прямо танцевать хочется от облегчения. — Он рассматривал в суде дело, которое тянулось уже два месяца и было ужасно утомительным, а порой откровенно скучным.

— Ну и как?

— Жюри присяжных оправдало обвиняемого, и я полностью согласен с ними.

— О, тогда сегодня для него очень счастливый день. — Пилар вспомнила, как сама когда-то защищала подсудимых и как те бывали довольны, если суд оправдывал их.

— Не только для него, поверь мне. — Брэд блаженно улыбался, и видно было, что он действительно расслабился. — Я приду домой и буду отдыхать, а не возиться с бумагами, готовясь к завтрашнему заседанию. А как у тебя? Похоже, тоже выдался тяжелый день?

— Да. Тяжелый и интересный. Я сегодня столкнулась с делом, когда женщина вынашивает ребенка по заказу бездетной пары. Отец ребенка по глупости связался с несовершеннолетней девицей, заплатил ей деньги, чтобы она родила ему ребенка, а она в конце концов отказалась отдать малышку. Власти даже попытались привлечь его к суду, все из-за ее возраста, правда, его оправдали, но ребенка даже увидеть не разрешают. Странная пара. В их привязанности к ребенку чувствуется какое-то отчаянное безрассудство. Ведь они ее даже ни разу не видели, а так любят. И ты знаешь, на меня почему-то это подействовало угнетающе… Я весь день только о них и думала. Жаль, что им нельзя помочь! Конечно, если им повезет, они смогут добиться разрешения посещать ребенка, но это все. Если, конечно, мать не будет с ним дурно обращаться. Ты знаешь… как тебе объяснить… Даже представить трудно, что они сейчас чувствуют., . Они так много сделали ради этой малышки. Все свои сбережения отдали, сначала ее матери, а потом, что осталось, — адвокатам… И вот, пожалуйста, — результат… Черт, ну почему он связался с несовершеннолетней!

Боюсь, если бы она даже была совершеннолетней, у него все равно были бы проблемы. Ты же знаешь, чем чаще всего оборачиваются такие случаи. Я могу привести тебе дюжину подобных примеров. Никому подобным способом заиметь ребенка не удавалось.

— Кому-то, может быть, и удавалось.

— Но зачем? Почему ребенка нельзя просто усыновить? — Брэд любил беседовать с ней, спорить, предлагать идеи и обсуждать случаи ее клиентов… Они в этих спорах никогда не заходили слишком далеко. Но подобные дискуссии всегда напоминали ему те времена, когда они были оппонентами в суде: он — обвинителем, а она — защитником. Иногда он искренне скучал по тем временам.

— Некоторые не имеют возможности усыновить ребенка. Ну, например, если они слишком бедны или слишком стары. И вообще найти подходящего малыша не так-то просто. Между прочим, для тех двоих было особенно важно, что это его ребенок. Его жена призналась, что не может иметь детей, таким тоном, как будто совершила тягчайшее преступление.

Брэд смотрел на жену с удивлением. Он никогда не видел, чтобы она так сильно переживала. Казалось, от ее слов так и веяло печалью и безысходностью.