Два невольника для светлой (СИ) - Тиана Макуш

приходить в себя. Интересно, она слышала или нет? Но вроде бы нет, иначе ж, наверное, сразу начала ругаться? Или, того «лучше», назначила наказание… Вдогонку к тем, что он уже успел заработать: уж не заметить прикосновения без дозволения она точно не могла, да и сознание потеряла из-за него, умереть могла от истощения резерва.

Правда, когда он, отведя взгляд, как требовала обычно госпожа Раэниса, честно признался в своих прегрешениях, целительница на раз отмела их все, да еще и заявила, что прикосновения ей понравились! Это вообще звучало настолько удивительно, что Ней попросту растерялся. И ее прикосновения… Уверенные, но нежные, они тоже выбивали из равновесия только так. Прежняя госпожа даже такими простыми касаниями умела причинять боль, а с Матриархом Нэриэмой он после смерти госпожи почти не пересекался до самого вызова перед выходом из поселения клана. Может, новая потом себя покажет? Нельзя расслабляться и надеяться.

Госпожа Майливиэль начала задавать вопросы, и, по идее, он мог и не отвечать – ведь ему приказано довести ее в клан жениха, обеспечивая комфорт и безопасность, а потом уже поступить в ее полное распоряжение, но… На удивление, голову больше не затуманивало при мысли о смене пути, Ней даже не чувствовал необходимости подчиняться девушке, ставшей его госпожой, что подтверждало подозрения: у людей эльфы-рабы подчинялись из-за специальной магической печати-татуировки, а госпожа Раэниса, выходит, могла подчинять как-то мысленно, а как умерла, ее установки со временем и развеялись.

Его, конечно, не учили магии, потому что слабенького дара только и хватало на усиление тела и скорости реакции, но это не значит, что о магии он ничего не знал и делать выводы не умел.

– Знаешь, Ней, ты настоящий молодец, так что ругать тебя точно не за что. – Похвала была приятна и удивительна, как-то редко они случались в его жизни. – Так все-таки, про волков, они действительно ядовиты? А то про такое даже не слышала. Или ты успел что-то съесть или выпить? – Он только и успел мотнуть головой отрицательно, как госпожа частично ответила на свой вопрос: – Хотя нет, я помню, что затемнение от яда видела у тебя сразу после боя. Так значит волки?

– Волки, госпожа. Но не сами по себе. Эти звери не только к магии устойчивы и повреждениям вообще, к ядам тоже. Поэтому жрут все, что живое, ну или было таковым недавно – падалью тоже не брезгуют. Вот, видимо, как раз до нашей встречи что-то такое и съели, а яд с клыков попал в раны.

– Поняааатно…

На какое-то время они замолчали, и Ней просто сидел, ни о чем не думая и любуясь девушкой из-под ресниц. Красивая она все же, а сейчас, без давления на разум приказа, еще и физически привлекательна. Хотя, конечно, тут ему точно ничего не светит, о чем не забывала напоминать прежняя госпожа с самого момента его взросления.

– А почему ты понес меня в горы? Ведь раньше был против того, чтобы хоть на чуть-чуть отклоняться в эту сторону? Мы же в горах?

Вопрос, которого он ждал. И который неизбежно потянет за собой другие. Но лучше уж выяснить все сейчас, дальше действуя уже по результатам разговора.

– Не совсем в горах, госпожа, но близко. Это небольшой скальный выход с пещерой. А раньше… Я не мог противиться приказу госпожи Нэриэмы, простите.

– А сейчас, получается, можешь?

– Видимо, да.

– Я так и думала! Значит, все же ментальное заклинание, и вложенная в него сила просто закончилась раньше времени, потому что ты два раза был на пороге смерти.

Ну если уж маг пришел к таким же выводам, значит, действительно так и было. Госпожа снова замолчала, внимательно за ним наблюдая и слегка прикусывая губу. Небо, ему сразу захотелось ощутить эти губы на себе… Дурак! Что за глупые мысли?!

– Ней… Я знаю, что эльфы держат рабов в подчиняющих артефактах, ошейниках в основном. На тебе ничего такого нет, татуировки тоже несут другой смысл. Очень может быть, что и твое подчинение приказам, имеет те же причины… – Сердце замерло под этим пристальным взглядом. – Скажи, сейчас ведь ты и необходимости подчиняться не чувствуешь?

Он вздохнул, но врать не стал. И давно выработанная привычка, и отсутствие желания.

– Не чувствую, госпожа. Но, предупреждая ваш следующий вопрос, все равно буду.

Девушка нахмурила брови.

– Почему? Ты ведь сейчас можешь просто уйти, перестать быть рабом, отправиться куда-нибудь, где тебя не знают, и начать новую жизнь. Свободным!

Какая она все-таки наивная в некоторых вещах. Ней позволил себе кривую усмешку.

– Нет, госпожа, не могу. Меня с юности приучили быть рабом, но даже если бы я сумел перебороть вбитые правила поведения с женщинами… Где полукровку может ждать лучшая жизнь? Люди сразу сделают рабом, потому что уши у меня все же заостренные, а лицо и глаза эльфийские. Эльфы хорошо если не прибьют на месте из-за тех же ушей, но теперь недостаточно длинных для них, и более массивной фигуры, чем принято. Куда бы я ни пошел, шанса на обычную жизнь свободного разумного у меня не будет нигде. Разве что в лесу постоянно скрываться, в одиночку… Но разве это жизнь?

– Если так посмотреть… Наверное, ты прав. Тогда останешься со мной?

Да он почти до паники боялся, что за все выходки в прошедшие дни госпожа просто выгонит его, велев идти куда глаза глядят! Но слишком уж выдавать свою радость Ней опасался, так что кивнул.

– Да, госпожа, если вы позволите.

Девушка сощурила глаза и быстро выпалила:

– Я не против, но только если ты будешь меня слушаться! А если в чем-то буду не права, по твоему мнению, не будешь пытаться упрямо настоять на своем, а вежливо объяснишь. И дальше уже разберемся.

На душе еще больше полегчало – не прогонит! И даже позволит что-то объяснять при необходимости, хотя это, конечно, надо будет еще проверять.

– Да, госпожа, я буду вас слушаться!

Слушаться госпожу Майливиэль получалось очень легко: она не отдавала дурацких или бессмысленных приказов, да и вообще все эти приказы звучали больше полувопросами, словно с Неем советовались. Это оказалось неожиданно приятным. Чувствовать значимость своих знаний и навыков, видеть спокойный настрой той, кто, вообще-то, вполне могла приказать что-нибудь неприятное. И он бы выполнил. Потому что так воспитан, потому что все же лучше так, чем «свободному», но совсем одному в чаще леса. Даже звери