Пришествие драконов. Начало. - А. Лейк

Элспет было трудно говорить с Клуараном о чем-либо, кроме потребностей их путешествия, однако она не разделяла и глубокого недоверия Эдмунда к менестрелю. После первой ночевки вместе тот как будто согласился с их обществом: говорил немного, но неизменно делил с ними трапезу и место у костра. По мнению Элспет, его еженощные отлучки были его личным делом, в которые им не подобало совать нос. Спасибо ему уже за то, что он ведет их вперед, всегда зная, куда свернуть там, где дорога разветвлялась или терялась среди камней, и угадывая, где искать воду и хворост.

Птица, кружившая в небе, оторвала Элспет своим криком от мыслей, и девочка принялась с удвоенным усердием снимать с зайца шкуру. Дело продвигалось медленно, и, пока она закончила, Клуаран успел воротиться с водой и разложить костер.

— Славно потрудилась! — одобрил он, глянув на тушку. — Со временем будет получаться и того лучше.

Он показал ей, как насаживать тушку на вертел, и доверил ей переворачивать ее на огне, а сам пошел к своей суме за солью. В его суме умещалось все необходимое: котелки, еда, одежда, постель, и все в отменном порядке. Элспет давно научилась складывать пожитки, на корабле это было насущной необходимостью, но его умение все равно вызывало у нее восхищение: даже чехлу от арфы он находил применение, на нем имелись карманы для лука и для стрел.

— В нынешние времена опрометчиво было бы ночевать у дороги невооруженными, — объяснил Клуаран, заметив ее взгляд и отвечая ей вдесятеро более пристальным взглядом. — Сама знаешь, как это опасно. Ваше счастье, что эти разбойники не причинили вам вреда.

Элспет покраснела и отвернулась.

— А факелы на что? — бросила она. — К тому же Эдмунд — хороший боец.

— Да, большой умелец! — согласился менестрель.

Эдмунд воротился с целой связкой зайцев на плече. Освежеванный заяц как раз успел зажариться, в чем удостоверился Клуаран. Все трое уселись у костра и жевали жилистое мясо, пока не погас закат. Говорили мало. Элспет устала после дня пути, Эдмунд оставался подавленным. Впрочем, даже он с интересом поднял голову, когда Клуаран сообщил, что завтра они еще до сумерек достигнут деревни.

— Там меня знают, — сказал он. — Нас устроят на ночлег. Но времена нынче тяжелые… Вот это, — он указал на добычу Эдмунда, — сделает нас желанными гостями.

Здорово будет хотя бы одну ночь провести не на жесткой земле, думала Элспет. Она получше закуталась в одеяло, пытаясь устроиться на неуютном земляном ложе.

Эдмунд пошевелился. Повернувшись к нему, девочка обнаружила, что он лежит с открытыми глазами. Она попробовала с ним заговорить, но тот прижал палец к губам и указал кивком головы на костер.

За костром бесшумно поднялся с земли Клуаран. Не глядя в их сторону, он шагнул во тьму.

Дождавшись, пока менестрель отойдет достаточно далеко, чтобы не услышать их разговор, Элспет сказала мальчику шепотом:

— Хотелось бы мне знать, куда он ходит.

Эдмунд пожал плечами.

— Кто его знает! Лучше нам следить за своими словами: он двигается так бесшумно, что может совершенно незаметно вернуться.

«Что верно, то верно», — мысленно согласилась Элспет, припоминая ночь, когда на них напали: тогда Клуаран возник словно ниоткуда. Впрочем, появление разбойников тоже было полной неожиданностью. Она приподнялась на локте и, хмурясь, уставилась на Эдмунда.

— Когда те люди напали на нас, как ты узнал, что это воры, а не Клуаран?

Эдмунд долго молчал, глядя на нее.

— Я мог видеть их глазами, — признался он наконец.

— То есть… Ты что, Провидец? — Элспет инстинктивно отпрянула. На ум ей пришли многочисленные истории о ясновидящих изменниках, которых короли нанимали для подглядывания за своими недругами.

— Возможно, я обладаю их способностями, но я не изменник, — проговорил он обиженно и горько улыбнулся. — Потребовалась проницательность Аагарда, чтобы угадать, кто я такой. И ведь мне совсем не хочется быть таким! Я даже не знал об этой своей особенности, пока не разразилась роковая буря. Как и ты — о своем хрустальном мече.

Элспет послушно покосилась на свою правую ладонь, сгибая и разгибая пальцы.

— Значит, у нас у обоих есть дар, который мы считаем скорее проклятием.

— Это не одно и то же, — возразил Эдмунд. — Моя особенность пока что приносит нам одни беды. — И затем продолжил, корчась от душевной боли: — Помнишь, что произошло перед тем, как мы расстались с Аагардом?

— Он сказал, что его старый недруг по имени Оргрим пытался воспользоваться твоим зрением. Но ты обладаешь тем же могуществом, что и он, ведь так? Поэтому ты смог ему воспротивиться.

— Я сумел прогнать его, только и всего. Но Аагард предупредил, что он вернется, чтобы завладеть мечом. Теперь он меня знает, Элспет! — Эдмунд отвернулся, и Элспет с трудом расслышала следующие его слова: — Не знаю, смогу ли я сопротивляться ему в следующий раз.

Элспет испытала прилив сочувствия. Он говорил, как напуганный мальчуган, а совсем не как могущественный, таинственный Провидец, сбивчивые рассказы о которых она слышала в детстве от взрослых. Ей очень хотелось подбодрить его. И возможно, способ добиться этого существовал.

— Думаю, ты ошибаешься, — произнесла она медленно. — Оргриму ни к чему тебя преследовать.

Эдмунд сразу просиял, и она даже поморщилась от столь внезапной перемены. Только бы не ошибиться!

— Оргрим использует свои способности для соглядатайства. А как можно шпионить за тем, кто знает о его присутствии? Нет, он будет искать того, кто не сможет его раскусить. — Она задохнулась от страшной догадки. — Кого-то вроде меня… — пролепетала она. — Возможно, это мне надо подготовиться…

Эдмунд снова насторожился.

— Ты можешь воспользоваться МОИМИ глазами? — спросила она, заранее трепеща.

— Нет! — крикнул он и отпрянул.

— Подумай, Эдмунд! Аагард говорил, что научился чувствовать, когда его зрением пользуется другой. Может, и я смогу этому научиться? Для этого существует только один путь: чтобы ты попытался посмотреть моими глазами, а я попробовала определить, что чувствую при этом. Иначе как мне догадаться, не пытается ли Оргрим воспользоваться моим зрением?

Разные чувства облачками пробегали по лицу Эдмунда.

— Ты права, — выговорил он наконец. — Но уверена ли ты, что хочешь этого?

Элспет кивнула, вложив в свой кивок больше решительности, чем чувствовала на самом деле. Эдмунд сидел неподвижно, стараясь сосредоточиться. Она тем временем внушала себе, что должна доверять Эдмунду, не важно, Провидец он или нет.

Но ничего не происходило. Взгляд Эдмунда затуманился, лицо окаменело. Через некоторое время Элспет осмелилась спросить: