Разящий клинок - Дэйв Дункан

– Товар напоминает о своей ценности!

– Это для дворца, мастер Рэп.

– Все равно, кони – моя забота, – последовала еще одна из хитрых улыбок фавна. – Я не сомневаюсь, что вы жаждете поскорее избавиться от них; нам следует поспешить, чтобы разгрузить ваше судно до прилива. После чего буду рад угостить вас и команду элем. О нашем пиве, между прочим, ходят легенды. О… простите меня, вот идет человек, который с радостью нам поможет!

Он свесился с борта и воскликнул:

– Кратх!

Етун, шедший по пристани, обернулся и завертел головой по сторонам. Конюх замахал руками:

– Кратх! Сюда! – и побежал к трапу.

Природное любопытство импа не давало Эффлио покоя. Что это за конюх? Толкует о политике, знаком с морским кодексом… Откуда такая самоуверенность? Как смеет он раздавать приглашения на королевские обеды? И, в конце концов, драгоценности это или нет?

Капитан повернулся к детям.

– Что делает фавн в здешних местах? – спросил он.

Девчонка хихикнула.

– «Делает?» – переспросила она. – Так, ничего особенного. Шатается по дворцу… Присматривает за королевскими лошадьми и все такое.

– Она разыгрывает вас, капитан, – серьезным голосом произнес мальчик. – Это король.

5

Стало быть, капитан Эффлио вырвал из пучины принца и принцессу. Ну, пускай не из пучины, но, во всяком случае, честно старался спасти их, и этот благородный поступок действительно сослужил ему службу.

Ибо конюх и впрямь оказался королем, равно как и фавном, а все фавны быстро находят общий язык с животными… И когда этот фавн увидел тощих, обезумевших с голоду лошадей, томившихся в трюме «Морской красотки», он вышел из себя.

Как оказалось, в нем текла и доля етунской крови. Король Краснегара обнаружил глубочайшие познания и удивительную непринужденность во владении морским жаргоном. После чего он лично поднял капитана Эффлио. в воздух и с азартом тряс его, как хозяйки вытряхивают половички, а когда Крашбарк предпринял попытку возразить венценосной особе, его тут же оттеснил приятель короля Кратх, который был еще выше и еще шире в плечах. Тем временем златоволосые здоровяки, занимавшиеся своими делами по соседству, услышали яростные вопли своего короля и, похватав гарпуны, разделочные ножи и прочие оказавшиеся под руками инструменты, гурьбой ввалились на палубу суденышка. Оцепив корму «Морской красотки», они молча наблюдали за тем, как из ее капитана вытрясают душу, и (как решил бедняга Эффлио) готовились поучаствовать в разделке туши злополучного перевозчика лошадей.

И тогда принцесса Кейди расплакалась. Безумие поблекло, а затем и вовсе улетучилось из серых глаз короля. Фавн-етун отпустил наконец капитана и обнял дочь, стараясь утешить и успокоить ее. Побледневший мальчуган стоял рядом, но не произнес ни слова.

Ухмыляясь, здоровяки разошлись по своим делам, сожалея, что представление закончилось так быстро.

– Выгружай лошадей, Кратх, – хрипло молвил король, все еще прижимая к себе девочку. – Все в порядке, дорогая, все хорошо! Папа уже успокоился.

– Тебе приходилось когда-нибудь убить человека, отец? – тихо спросил мальчик, словно выясняя устройство ипподрома для скачек или тонкости изготовления модели корабля.

Его величество холодно посмотрел сверху вниз на сына:

– Да, Гэт. Приходилось. Несколько раз. Однажды я убил топором тана. – Многозначительный взгляд, брошенный над головой дочери, вонзился в лицо Эффлио. – Он заслуживал смерти.

Очевидно, подразумевалось, что Эффлио тоже ее заслуживает.

Когда все лошади были выведены на пристань и стояли там, вздрагивая и громко жалуясь на судьбу, король вновь посетил корму, где капитан «Морской красотки», окруженный своими насмерть перепуганными матросами, тщетно пытался спрятаться от монаршего гнева за широкими плечами Крашбарка. Его величество все еще был не в духе.

– Кажется, одиннадцать из них справятся, – сердито заявил он. – Я выдам расписку о получении перед тем, как вы уберетесь. И если вы когда-нибудь задумаете вновь везти к нам животных, кэп, кормите их хорошенько всю дорогу!

Эффлио пошатнулся под свирепым взглядом короля.

– Мы просто неверно рассчитали рацион, ваше величество. Этот корм…

– Ну конечно, неверно!.. За то, что вы подобрали двух моих отпрысков, я выполню свое обещание насчет пива. Скажете в любой таверне, пусть запишут на мой счет.

– Ваше величество так великодушны, – пробормотал Эффлио, избегая думать о том, что может сотворить с его командой бесплатное пиво.

– Насчет вахты не беспокойтесь, здесь ваше судно никто не тронет. – Тень улыбки скользнула по хитрому лицу фавна. – Етунам я бы рекомендовал «Прибрежного Кита на берегу». Тамошние завсегдатаи с радостью поделятся любыми снастями, а через дорогу живет хороший костоправ. Импы могут предпочесть уют «Южной мечты», но если пойдете туда, не играйте в кости или уж захватите свои… И потом, на борту «Морской красотки» есть гномы. Необычная у вас команда.

– Гномы? Ах да, гномы. Забыл, надо же.

– Им едва ли придется по вкусу пиво, как вы считаете?

– Ума не приложу! – сказал Эффлио. Он в жизни своей не задумывался над застольными привычками гномов.

– Бедняги слишком малы, чтобы оценить пиво, – со знанием дела протянул король. – Что ж, скажите им, я пошлю в трюм пару бутылок вина и корзину жареных потрохов. Если сможете, одолжите мне гномов на день-два – после того, как вычистите свои конюшни. Мне нужна их помощь в подвалах дворца. – Король снова нахмурился. – Крысы… И помните, что я говорил о лошадях!

Развернувшись на каблуках, он зашагал прочь.

6

Морская красотка» не могла так сразу принять на борт новый груз – прежде чем вновь заполнять трюмы, судно следовало привести в порядок. Команде (во всяком случае, большей ее части) тоже требовалось несколько дней на то, чтобы восстановить силы после радушного королевского приема. Эффлио коротал время, улаживая дела с грузом: меха, бивни нарвалов, соленая рыба… Похоже, плавание в Краснегар в итоге окажется выгодным предприятием, что отчасти объясняло трудности, с которыми он столкнулся, пытаясь хоть что-то разузнать об окраинном королевстве в тавернах Шалдокана.

Вскоре капитану пришлось беспокоиться и о погоде, ибо сезон уже завершался. Эффлио пришел в ужас, обнаружив, что его ссора со здешним королем была куда опаснее, чем он думал сначала, ибо король Рэп, кстати, оказался еще и чародеем. Об этом охотно рассказывали в краснегарских портовых тавернах. «Король редко пользуется своей силой, – шептали собутыльники, – но здесь каждая собака знает: он великий чародей».