Скиннер - Нил Эшер

— Пек, заступай на вахту с Голлоу и Силдом! — крикнул он. — Я, Энн и Планд будем работать граблями. — Потом он повернулся к стоявшему у руля Борису, который старался выглядеть разочарованным. — Борис, останешься здесь и постараешься проследить за тем, чтобы нас не встретили какие-нибудь мерзкие твари, когда мы вернемся.

— Есть, капитан.

Борис повернул руль, направляя «Странника» в глубокий канал между отмелями. Парус, изогнув шею и подняв голову на пять метров над палубой, взглянул на рулевого и по его кивку повернул свое тело по ветру, заставив повторить движение кормовую и носовую мачты. Он натянул тросы, чтобы свернуть тканевые паруса, потом отпустил реи и сложил крылья. Потом парус развернулся на мачте и расположился на центральной фиксированной рее.

«Странник» замедлил ход, и два матроса на носу сбросили за борт тяжелый тройной якорь. Смазанная цепь стала разматываться с брашпиля, пока якорь не коснулся дна, замутив воду в канале. Как только судно натянуло цепь и остановилось, матросы зафиксировали брашпиль. Энн тем временем открыла один из шкафов и достала оттуда грабли с длинными рукоятками, грубое сито и пару кожаных мешков. Все это она бросила на песчаную отмель, потом прыгнула на нее сама. За ней с диким криком последовал Планд.

— Может быть, повзрослеет через пару сотен лет, — пробормотал Борис.

Амбел одобрительно кивнул, потом указал на стоявшую у заднего леера надстройки пушку.

— Заряжена? — Да.

— Стреляй, если увидишь какую-нибудь мерзость. Будет лучше, если попадешь. Мы скоро вернемся.

Сказав это, Амбел спустился по трапу на палубу, потом спрыгнул на отмель вслед за Энн и Пландом. Приземлившись на согнутые ноги, капитан медленно выпрямился и загнал патрон в ствол своего дробовика. Подозрительно оглядевшись, он кивнул двоим младшим матросам, которые мгновенно достали панги из висевших на ремнях ножен.

— Похоже, здесь будут только приллы.

Пек выглядел не слишком воодушевленным. Амбел наклонился, чтобы поднять грабли, и передал одни Энн.

— Будешь собирать и складывать в мешки, — сказал он Пеку.

Скоро они достигли низкого берега, песчаная поверхность которого была усеяна небольшими ямками, и как только капитан наступил на край одной из них тяжелым ботинком, брызнула вода и раздалось прерывистое шипение.

— Много, — кивнул он. — Энн, приманка у тебя?

Женщина протянула ему небольшой, перетянутый бечевкой мешочек. Амбел открыл его, стараясь держать подальше от лица, но глаза все равно начали слезиться от сильного запаха. Сунув руку в мешочек, он достал горсть хлопьев из сушеной рыбы и бросил перед собой.

Работа закипела. Амбел и Энн энергично сгребали граблями появившихся моллюсков в белых раковинах. Планд отбирал только тех, что размерами были больше ладони, и бросал их в сито. Заполнив сито, он бежал к ближайшей заводи, чтобы смыть с моллюсков песок, и затем ссыпал их в мешок.

— Взгляните сюда! — крикнул Амбел, зацепив граблями добычу вдвое больше той, что отбирал Планд. Он бросил грабли и схватил моллюска, издававшего шипение и болтавшего окаймленной бахромой ножкой.

— Этот — для меня.

Капитан направился к заводи, промыл моллюска, затем достал охотничий нож, вставил лезвие между створками, повернул и раскрыл раковину. Внутри оказалась целая пинта дрожащего полупрозрачного мяса янтарного цвета.

— Свежее вкуснее всего, хотя не отказался бы от перца и уксуса.

Быстрым движением ножа Амбел извлек мясо, направил его в рот целиком и отбросил в сторону пустые створки. Он жевал мясо, и оранжевый сок стекал ему на подбородок. Вдруг Амбел скривился и сунул пальцы в рот. Достав что-то изо рта, капитан проглотил остальное и вытер подбородок рукавом.

— Ничего себе!

Планд и Энн подошли, чтобы посмотреть, что он нашел. Потом приблизились остальные. Амбел показал им серебристый шарик.

— Жемчужина в первой же раковине в этом сезоне.

Удача на нашей стороне, ребята!

Энн и Планд кивнули. Пек с сомнением посмотрел на жемчужину, потом — на Амбела и, подозвав жестом молодых матросов, удалился.

Капитан убрал жемчужину в карман и, наклонившись, поднял грабли.

— Наполним эти мешки. У меня предчувствие, что это будет самое удачное наше плаванье!

— Хорошая примета, — согласился Голлоу.

Пек только хмыкнул и пробормотал что-то неприличное. Амбел с беспокойством взглянул на него, прежде чем продолжить работу. Он долго плавал с Пеком и знал его гораздо лучше, чем другие члены команды.

4

Неожиданный щедрый подарок в виде увечного моллюска-лягушки принес массу удовольствия моллюскам-молотам, но заставил их забыть о главном правиле жизни на дне моря: держи голову пониже, а глаза — повыше. В возбуждении они стучали по дну и еще больше замутили воду. Проплывавшему мимо турбулу, проглотившему стебельчатый глаз, понравился его вкус, и он решил вернуться назад и посмотреть, чем еще можно поживиться. Скоро к нему присоединились другие турбулы, мгновенно почувствовавшие возможность без особых проблем набить животы, и вместе они направились к разраставшимся клубам грязи. Моллюски, не способные видеть в мутной воде дальше нескольких метров, продолжали возбужденно молотить по дну, когда сквозь их стаю с раскрытой пастью проплыл первый турбул. Его собратья устремились следом, и скоро вода стала еще более мутной, а на дно посьтались осколки раковин, среди которых иногда встречался целый, высосанный дочиста панцирь. Турбулы, которым нечасто доводилось застать моллюсков-молотов врасплох, тоже забыли золотое правило выживания морских существ: поел — беги. Столь досадным упущением воспользовались накинувшиеся на них глистеры.

Остров окружали рифы, похожие на круги от брошенного камня на воде. Рифы можно было обойти на судне, но немногие хуперы согласились бы на это, по крайней мере, так сказали Кичу. Данное обстоятельство вынудило его привезти на Спаттерджей собственное средство передвижения.

Он перебрался через рифы и облетел остров. Вот и деревянная пристань, от которой в лес уходила дорожка. Сверху было сложно определить, куда она вела, поэтому ему пришлось приземлиться на каменистом пляже между лесом и пристанью.

Дорожка оказалась слишком узкой для перемещения на скутере, поэтому рейф взял под мышку карабин и вошел в тень деревьев. Мгновенно его окружили шорохи, а чуть позже в траве блеснуло тело пиявки размером с человека. Впрочем, никто на него не набрасывался, и Кич даже подумал, что слишком осторожничает.

Дорожка вывела его на поляну; точнее, эта была лишенная растительности пустошь — очевидно, траву, кустарники и деревья просто уничтожили с помощью ядов: лес вокруг выглядел слишком зеленым. В центре площадки стояла низкая каменная башня со спутниковыми антеннами, установленными на торчащей из крыши мачте. На крыше также находился антигравитационный летательный аппарат очень старой конструкции. У стены располагалась оранжерея с установленными внутри лампами, имитирующими солнечный свет — он казался чересчур ярким и резким по сравнению с зеленоватым мягким сиянием местного светила.