Скиннер - Нил Эшер

— Две тысячи и электронный стимулятор.

Снайпер, напоминавший внешним видом изготовленного из полированного алюминия лангуста, кивнул бронированной головой.

— Существует программа настройки, которую я сам написал, но она недешево тебе обойдется.

Обманщик ветра с подозрением наблюдал за очередным ходом противника.

— Ты ничего мне не говорил об этом.

Зонд поднял голову и пристально посмотрел на противника. Под изогнутой антенной и гроздями чувствительных игл раздвинулись, направившись в стороны, две зеркальные трубки, обнажив направленную на парус матовую квадратную трубку. Для боевого зонда, у которого на месте рта было установлено антифотонное орудие, пушка и ракетная установка, это было аналогом улыбки.

— Выскочило из головы.

— Зачем мне нужна эта программа настройки? — спросил Обманщик ветра, нервно застучав когтями по скале, отбивая кусочки камня.

— Твой мозг не устроен точно так, как человеческий. Если прикрепить к тебе стимулятор прямо сейчас, нановолокна превратят твой мозг в нечто вроде пюре.

— А чем отличается мой мозг от человеческого?

— Он расположен примерно между двух позвоночников, состоит из трех частей, соединенных вокруг продолговатого мозга, кроме того, есть другие отличия, еще не получившие названия.

— Лучше человеческого?

— В твоем случае — едва ли. Что касается твоих друзей…

Снайпер махнул тяжелой лапой в сторону собравшихся у дальней оконечности скалы других парусов и пожал плечами, лязгнув броней. Обманщик уставился на своих собратьев.

— Скажем так, — продолжал зонд, — даже с электронным стимулятором любой парус по имени Ловец ветра вряд ли обыграет человека в шахматы.

Он сделал ход остававшейся до этого момента неподвижной пешкой и довольно загудел.

Обманщик ветра посмотрел на доску и медленно покачал головой. Обнаженные на этот раз клыки вряд ли можно было принять за добродушную ухмылку.

— Я ее не заметил.

— Я так и думал, — сказал боевой зонд, присев под углом сорок пять градусов на задние ноги.

Своей прецизионной клешней он с металлическим щелчком достал из-под себя хромированный предмет, похожий на широкий боб, сантиметров пять в длину, затем переместил объект в мощную клешню и сжал его между двумя острыми лезвиями.

— Программа настройки загружена и готова к установке. Несколько минут уйдет на установку связи и порядка часа — на загрузку всех программ управления. После этого ты сможешь зарегистрировать прямой доступ через местный сервер и загружать практически любую информацию: все секретные технологии, обучающие программы. Ты сможешь покупать разные вещи и заказывать доставку дистанционно управляемым зондом, выгодно размещать капитал, связываться практически с кем угодно в пределах власти Правительства.

Рот Обманщика был широко открыт, раздвоенный язык облизывал бесчисленные зубы. Когтистая лапа оторвалась от камня, словно он собирался схватить стимулятор немедленно.

— Думаю, этого больше чем достаточно за несколько ржавых предметов, — закончил Снайпер. Парус прищурился. Полторы тысячи, — сказал он.

— Если предложу тебе пятьсот, то буду слишком щедрым.

— Тысяча двести. Не забудь, что у меня еще много такого добра.

— Тебе согласен заплатить шестьсот. Обманщик отшатнулся на своих когтистых лапах и раздраженно прошипел:

— Я уверен, что видел запечатанный ящик с пятью прадорскими модулями рабов.

— Где именно?

— Рядом с островом Скиннера, как раз в том месте, которое запретил тебе посещать Блюститель.

На этот раз зашипел Снайпер.

— Хорошо, я дам тебе восемьсот, хотя есть предел щедрости.

— Я же сказал — тысяча двести.

— Легкое нажатие, и этот стимулятор лопнет, как вареная раковина янтарного моллюска.

— Значит, тысяча сто.

— Не заставляй меня сделать ошибку, настраивая для тебя эту штуку, — сказал зонд, награждая парус антифотонной улыбкой.

— Ниже тысячи не сбавлю. Знаю, что столько ты сможешь получить за один ошейник.

— Ты прав.

Он опустил свою мощную клешню, выпустил из нее стимулятор и поймал его прецизионной клешней, потом вытянул клешню, и Обманщик низко наклонил голову над доской. Снайпер прижал устройство к голове паруса. Раздался легкий щелчок, и голова дернулась.

— Чувствую некоторое…

Парус не успел закончить фразу, глаза его закатились. Он дернулся назад, уселся на землю, издавая странное шипение и ворчание, его когтистые лапы сжались в кулаки. Снайпер наблюдал за его странным поведением, как вдруг резко поднялись обе антенны.

— Проклятье, — пробормотал боевой зонд и поспешил накрыть подпорченной шкурой предметы, из-за которых разгорелся такой ожесточенный торг, прежде чем Блюститель установил полную связь и смог воспользоваться его глазами.

Присутствие босса чувствовалось во всем, и Снайпер отчаянно открывал дополнительное пространство для обработки данных, чтобы Блюститель не вел себя слишком агрессивно. К счастью, тот прекратил занимать пространство, не завладев полностью разумом боевого зонда.

— Как я вижу, Обманщик ветра стал владельцем стимулятора. Надеюсь, ради твоей же безопасности, что он правильно настроен, потому что даже внушительный список твоих геройских поступков не спасет тебя от перепрограммирования, если ты повредил его мозг, — сказал Блюститель.

— Я знаю, что делаю.

— Правда? Мне часто приходится в этом сомневаться. Ты являешься свободным зондом уже в течение пятисот лет. Может быть, слишком долго ты был самостоятельным.

— Я работаю на тебя, — прошипел Снайпер, — но не собираюсь становиться одним из твоих подразумов.

— Хорошо, не будем возобновлять старый спор. Рассмотрим лучше факт твоей работы на меня. То, чем ты занимаешься в свободное время, меня не касается, если не нарушает законов правительства, особенно законов, касающихся торговли предметами культуры и сомнительными технологиями. Но если ты не сообщаешь мне о прибытии на Спаттерджей Сэйбла Кича, я начинаю сомневаться в твоем отношении к обязанностям.

— Сэйбл Кич! — воскликнул зонд. — Ничего себе.

— Вот именно. Полагаю, тебя самого не было у ворот, и ты возложил несение вахты на один из твоих подразумов.

— Да, признаюсь честно.

— В таком случае предлагаю в следующий раз более тщательно программировать такой подразум. Он должен был доложить тебе о прибытии Сэйбла Кича.

— Конечно.

Блюститель помолчал, прежде чем продолжить. Он всегда испытывал соблазн подчинить себе разум, с которым находился в контакте, потому что при этом мгновенно становилась доступной вся содержащаяся в нем информация. У него также возникло смутное подозрение, что боевой зонд утаивал от него что-то. Тем не менее Блюститель не мог подчинить себе Снайпера без его согласия, так как тот был свободной личностью.