Славия. Паруса над океаном (СИ) - Александр Белый

Затем, перевел объектив на наши передовые шебеки. Их действия немного отличались от первоначального плана, когда весь флот противника, за редким исключением должен был гореть. В данном случае, медленно двигаясь почти вплотную к берегу вдоль центрального причала, они подвергли расстрелу в упор из каронад и пулеметов весь его левый фланг. При этом матросы забрасывали противника горшками с оливковым маслом, разбавленным самодельным спиртом.

Огненной смеси было мало, всего тридцать шесть горшков, да и качество ее было так себе, — не напалм. Сюда бы, конечно, селитры и пальмового масла, да керосину из нефти выгнать, получилась бы штука более интересная. Но ничего, это вопрос будущего, а сейчас глядя, как разгораются высокие факелы из вражеских кораблей, посчитал, что и эта задумка оказалась вполне приемлемой.

К сожалению, на многих кораблях кроме толпы пиратов, присутствовали прикованные на цепь галерники, в том числе и наши братья-православные. Однако, мы решили, что с этим ничего не поделаешь, лучше принять мучительную, но быструю смерть, наслаждаясь гибелью врага, чем гнить несколько лет, пока тебя, больного и обессиленного, а потому больше непотребного раба, не выбросят на корм акулам.

Двенадцать шебек противника были совершенно не тронуты и на них уже полным ходом хозяйничали наши бойцы. Видно, не было там полноценных команд, а была только дежурная вахта, поэтому и захватили их буквально за несколько минут. В подзорную трубу увидел, как в течение десяти-пятнадцати минут из разных районов пригорода, к порту стали стекаться маленькие и большие группы вооруженных людей, и было их много. Вот, первые полторы-две сотни выбежали на дорогу, ведущую к причалам, и вдруг резко остановились, вроде бы как напоролись на непреодолимую стену. Передние стали спотыкаться и падать, задние напирали и валились следом но, в конце концов, когда дорога была устелена кучей трупов, по которым противнику в прямом смысле слова пришлось топтаться, они прыснули в стороны, остановились и рванули обратно, под прикрытие различных придорожных построек. Это оперативно и качественно отработали все восемь корабельных пулеметов.

Береговая территория от моря к городу по всей протяженности бухты поднималась в гору, поэтому, сложившаяся ситуация и панорама боя была видна прекрасно. Судя по действиям ударного авангарда, план захвата города выполнялся без проблем.

— Товарищи офицеры! Взгляните, это вам будет интересно, — подал подзорную трубу Полищуку. Тот пару минут смотрел на берег и передал ее Кульчицкому, а затем, с нетерпением и азартом к ней потянулись руки и других ребят.

В момент, когда свежий ветер на гребне волны закинул «Алекто» в тихую бухту, стали слышны с кораблей противника крики заживо горящих людей и завывания первых мин, которые понеслись в места скопления более чем тысячной банды пиратов. Наблюдать за пылающими кораблями противника, взрывами и крошевом камней зданий и человеческих тел стало некогда: от торгового причала отвалили купеческие суда, два из которых (двухмачтовые шебеки) уже стремительно неслись к выходу из бухты.

— Марсовые! Кроме стакселей! Убрать все паруса! На ванты марш! — мое молодое тело ощутило прилив адреналина и возжелало боя, рука непроизвольно хваталась за эфес шпаги, — Рулевой! Три румба лево руля! Правый борт! Новиков! Ну-ка, пусть докажут бомбардиры, что я недаром присвоил тебе звание сержанта!

— Еще полрумба влево, — услышал его крик из люка пушечной палубы, а рулевой не дожидаясь попугайной команды, тут же выставил курс, — Первое, второе, третье орудие! Винт на нулевой отметке, прямая наводка! За Богородицу!.. Огонь!

Корабль слегка вздрогнул и выплюнул три клуба дыма. Два снаряда из трех тюкнули в носовую часть борта ближнего противника, сделав два аккуратных отверстия, и взорвались внутри трюма. При этом внешне шебеку не разворотило, только бушприт задрало вверх, а фок-мачта вообще рухнула на левый борт, удерживаясь только на обвисшем такелаже. Весла безвольно плюхнулись в воду, и шебека стала неуправляемой, значит, результат был прекрасным. Впрочем, каким он может быть при ведении огня на спокойной воде, и на дистанции всего триста ярдов?

Портики второй вражеской шебеки были открыты, но для ведения огня по моему кораблю, ей нужно было довернуть, при этом она попадала под залп только что влетевшего в бухту флейта капитана Кривошапко.

— Братцы бомбардиры, — опять раздался голос нашего главного артиллериста, — Четвертое, пятое, шестое и седьмое орудие! Три деления винта вверх!

— Сержант Новиков! — перебил его, склонившись к люку, — Дай ему одним снарядом перед носом!

— Седьмое орудие! Огонь! — тут же раздалась команда. Прозвучал одиночный выстрел, а снаряд взорвался ярдов за сто точно по курсу противника.

Что ж, купец поступил правильно: со всей силы стал табанить правыми веслами и выполнил крутой разворот, а его марсовые, которые только что резво подымали паруса, точно так же резво стали их сворачивать.

Тем временем в бухту друг за дружкой входили наши богини, а на горизонте стали явно видны такие же изумрудные паруса еще четырех шхун. Это охладило пыл всех прочих, пытавшихся сбежать от ужасов смертного боя купцов и заставило их повернуть обратно к причалу.

— Арсен, — повернулся к Кульчицкому, — Запоминай: команда рулевому — курс к кораблю лейтенанта Власьева. Швартуемся к нему правым бортом. Боцману — подготовить швартовы. Марсовым — быть готовыми убрать стаксели. Повтори.

Убедившись, что суть команд и их порядок усвоены, разрешил: «Действуй».

Вообще, швартоваться на шебеке или идти на абордаж, за счет ее развернутых бортов, очень удобно. Вот и нам было удобно, даже дополнительный трап для перехода с борта на борт не понадобился. Остальные флейты и шхуны будут делать, как я, то есть швартоваться к нашим или захваченным шебекам противника.

— Сир! — вскинув в приветствии руку к виску, ко мне подскочил чумазый лейтенант Власьев. На его лице выделялись только белые зубы и радостным блеском белки глаз. От халата и чалмы он избавился, а в камзоле и треуголке выглядел, как обычный европейский шкипер, правда, внешне немного молодо. Впрочем, выглядел как и все остальные мои солдаты, матросы, сержанты и офицеры.

— Доложи обстановку!

— Сир! Авангард эскадры в составе четырех кораблей, успешно высадил ударно-штурмовую группу десанта под командой капитана Ангелова. К настоящему времени захвачены городские ворота, центральная стена и все три морские артиллеристские башни. Наши — в городе, — он кивнул на крепость, где развевалось на башнях белые флажки, и продолжил, — Тридцать один военный корабль противника расстреляли прямо на причале в упор и подожгли горшками с зажигательной смесью. Затем, командами кораблей авангарда, при поддержке десанта, захватили без повреждения двенадцать пиратских военных кораблей. А этих троих, — он показал на красавцев, пришвартованных за кормой, и широко улыбнулся, — взял на абордаж лично собственной командой!

— Ладно-ладно! Не хвастайся! Лучше скажи, сколько на них было команды кроме рабов-галерников?

— По девять человек, сир, — уже менее задорно ответил лейтенант.

— Не тушуйся, капитан, ты все равно молодец!

— Вы оговорились, сир, мне присвоено звание лейтенанта.

— Ты же знаешь, Паша, в подобных вопросах твой князь не ошибается.

Глядя на этого мальчишку, решил для себя, что если он в течение десяти месяцев — времени подготовки офицеров и команд на новые призы, не запорет никакой косяк, то быть ему командиром группы из восьми кораблей первой Южно-Африканской эскадры.

— Я вас не подведу, сир!

— Помни, Паша, я рассчитываю на тебя. А теперь доложи о потерях.

— Трое убитых — марсовый матрос с корабля номер три Кашка Василий и двое рядовых десантно-штурмового батальона Алеша Лучик и Илья Векшин. Ранено двенадцать человек, из них серьезно трое, но наш лекарь сказал, что двоим нужна помощь доктора Янкова, тогда выживут.

При этих словах я стал оглядываться в поисках доктора, который вместе со Степаном Жуком был на моем корабле, но тот уже и сам знал, куда ему бежать и что делать.

— Ясно, — кивнул головой, затем, показал на множество трупов на причале, которых здесь лежало не менее двух сотен, а некоторые из них были разорваны шрапнелью на куски, — А это что?

— А здесь кто-то из пиратов опознал шебеку, вот и приперлись на разборки. Ну, мы им эти разборки и учинили.

К этому времени минометный обстрел прыснувших в разные стороны пиратов прекратился. Десантная группа моего корабля полностью выгрузилась на берег, другие флейты тоже причаливали и выгружались, после чего сразу же отваливали и дрейфовали на внутреннем рейде. А майор Полищук на берегу шугал командиров подразделений, отправляя на зачистку заранее распланированных секторов.