Исчадие ада - Ульяна Соболева

Дверь распахнулась. Влад, молча, прошел через кабинет и сел в кресло. Он намеренно нагнетал обстановку этим молчанием. Потом вдруг резко ударил кулаком по столу.

- Значит, так развлекается Кристина Воронова, да? Дочь короля! Ей все можно, только потому что посчастливилось иметь неприкосновенность?

Кристина почувствовала, как зашкалил адреналин в крови. Сердце пропустило несколько ударов. Но почему всегда рядом с ним на нее нападало косноязычие? Ни слова в ответ. Как в ступор входит и все.

- Почему ты молчишь? Нечего сказать? У меня заняло ровно две минуты узнать, как часто ты появлялась в этом клубе, с кем спала и скольких доноров ты отправила на тот свет. Завтра я буду знать точное количество твоих жертв. Кстати твой дружок Артем уже взят под стражу.

Кристина молчала, только губу прикусила и сжала кулаки.

- Нет, он не взят под стражу и знаешь почему? Потому что если я предам его суду, он расскажет, кто спонсировал его заведение и кто появлялся там каждую неделю, выплясывал у шеста как последняя шлюха. МОЯ ДОЧЬ!

Лучше бы он дал ей пощечину. Звонкую. Наотмашь. Она бы смирилась. Появилось невыносимое желание взять ножичек и начать вырезать узоры на запястье. Она всегда так делала, чтобы физическая боль заглушила душевную. Сейчас это было просто необходимо. Она даже нащупала деревянную ручку в кармане и крепко сжала холодными пальцами.

- Ты не можешь вести себя, как подобает дочери короля? Почему ты ведешь себя как...

Он не мог подобрать слово, а точнее оно крутилось у него на языке, но он не хотел его произносить. И Кристина знала, что именно он хочет сказать. Лучше бы сказал. Тогда можно было бы огрызаться в ответ, но нет, он не скажет. Возможно, еще не настолько зол или выплюнет это слово потом, ей в лицо, когда узнает все до конца.

- Я нашла его ведь так? Я нашла его раньше вас всех.

Это была слабая отговорка, точнее трусливая и ничтожная. Влад встал из-за стола.

- Слабенько. Придумай что-то поинтересней. Ты случайно его нашла. Это просто счастливое стечение обстоятельств. Именно поэтому я не накажу тебя так, как хотел бы наказать.

Наказать? У нее почему-то уже давно было чувство, что ее наказали.

Дверь приоткрылась и вошла Фэй. Она выглядела встревоженной.

- Что? - отец и дочь спросили одновременно.

- Марианна...как бы это сказать. Ей нужно больше, чем просто его кровь с похожим ДНК. Если бы Габриэль был человеком, было бы проще. Но сейчас, я даже не знаю... Черт...

Влад бросил уничтожающий взгляд на дочь, потом повернулся к Фэй:

- Что сейчас? Что мы, ДА, можем сделать?

- Пока Габриэль еще не обратился окончательно, нужна пересадка печени. Кровь Марианны токсична, как кровь всех вампиров. Душа не помнит и не знает свою физическую оболочку в таком состоянии. Если пересадить печень донора неинфицированную, человеческую, то возможно резкое улучшение ее состояния. Печень отфильтрует кровь, очистит ее, если при этом так же сделать переливание эффект будет потрясающим. Но время идет, и я не знаю насколько Габриэль, на данном этапе, вообще пригоден для этой цели. Но его анализы еще не показывают полного обращения. Он на второй стадии, которая завершится к вечеру, после полуночи органы прекратят свою работу, а потом начнут уже в новом режиме. Произойдут изменения в скелете, в сердечных камерах, в легких и в рецепторах мозга, в сетчатке глаза, в слюнных железах и лимфоузлах. Если мы не успеем, то Марианне уже никто не поможет, а Мстислав и подавно – ей не нужен донор вампир.

- О боже!

Кристина прикрыла рот ладонью.

- Но почему, черт возьми? – Влад стиснул челюсти и побледнел.

- Потому что тогда их кровь будет одинаковой. Именно такой, как до встречи с Николасом. Чистой. И нужно это сделать прямо сейчас. Только парень очень слаб, все его органы готовятся к окончательным изменениям. Он может погибнуть. Мы отбираем часть его печени как раз в тот момент, когда она должна изменится. Он может не пережить этой операции. Кровь вампира ядовита для организма человека. Обращение проходит одновременно во всех органах. А печень в этот момент почти не будет функционировать.

 И...Марианна, я не знаю примет ли ее организм трансплантат. Может случиться резкое отторжение, и мы ее потеряем. Это будет большой риск.

Кристина всхлипнула, а Влад сжал челюсти.

- Какой процент успеха?

- Пятьдесят на пятьдесят.

- Что скажешь ты?

- Нужно оперировать срочно! Пятьдесят процентов в медицине это хороший показатель. Когда Габриэль обратится, у нас не будет ни одного.

Влад нервно протер лицо руками.

- Что он говорит?

- Ничего. Я оставила его подумать. Решить. Он знает о риске, и мы не в праве его заставить.

Влад медленно повернулся к Кристине и вдруг оскалился, зарычал:

- Ну почему ты, твою мать, не могла вести себя как подобает? Почему ты не удовлетворилась тем, что влезла к нему в штаны? Почему ты так похожа на моего брата, а не на меня? Что ж ты за...

- Влад, перестань!

Фэй побледнела.

- Перестань. Если бы Кристина не обратила его, мы бы никогда его не увидели, он бы уже сидел в темницах Асмодея или Лучиана.

- Если бы она вообще туда не ходила и не вела себя как проститутка, мы бы просто нашли его, и он был бы человеком.

- Он не человек, папа!

- ЗАМОЛЧИ! Просто молчи! Иначе я за себя не отвечаю. Ты - дрянь! Я вообще не понимаю, как ты могла так поступить со мной и с матерью? Я тебя...

Кристина стала бледной как стена, только глаза влажно блестели и в них упрямство, но не раскаянье.

Влад замахнулся, но не ударил, сжал руку в кулак и опустил.

- Не...не надо...я согласен.

Все обернулись и увидели Габриэля. Лицо парня покрылось капельками пота, глаза покраснели, видимо сильно поднялось давление. Он стоял в дверях и смотрел на Влада.

- Не надо с ней так. Я согласен на пересадку.

Кристина посмотрела на парня и судорожно стиснула пальцы. Ей не верилось, что это происходит на самом деле. Он ее защищает? Вот этот недовампир? Слабый, измученный обращением, испытывающий ломку во всем теле? Он готов рискнуть жизнью ради сестры, которую никогда не видел? А сейчас перечит самому королю?

Но, как, ни странно Влад не разозлился, он подошел к парню и посмотрел ему в глаза:

- Уверен? Гарантий, что ты выживешь, никто не дает.

Габриель усмехнулся, и Кристина вдруг заметила какие светлые у него глаза. Ярко-синие, и в них нет страха, решимость, безрассудная смелость, но не страх. Парень вызывал уважение. Она уже забыла, когда в последний раз чувствовала уважение к мужчине помимо ее близких. Он ее защитил. Никогда и никто из "чужих" не защищал ее. Черт, она всегда в состоянии постоять за себя сама. Ей не нужна была ничья защита. А ведь сейчас чертовски приятно. Она словно чувствовала исходящую от парня силу. Нет, не такую, как у вампиров, с угрозой и с оттенком красного, вызова, агрессии. А именно силу мужчины, его готовность рискнуть, его смелость. Аура парня очень яркая, она мощная и чистая. Кристина не знала, как это объяснить, но, не смотря на свою слабость, человечность, парень казался очень мужественным как никто из бессмертных, которых она знала лично.