Волны святого волшебства - Лавиния Уайтфорд

— Такие личности… — пробормотал он.

— Что? — настороженно переспросила Анжела.

— Не обращайте внимания. Ничего существенного. Так как насчет Регины?

— Он говорил про доктора Вернер, — призналась Анжела. — Но не одобрял ее. Он считал, что она слишком въедливая.

— Вот здесь я единственный раз соглашусь с ним, — сказал Фил. — Будь моя воля, я бы эту женщину на порог не пустил. А как вы с ней поладили?

Анжела чуть призадумалась.

— Полагаю, что нормально. Хотя она, конечно, очень интересовалась мною.

— Ну, еще бы. — Он тяжело вздохнул. — О Господи, за какие грехи Ты послал ее и Уинстона Крея на мою территорию? Братья в Сьюдад-Вер-де просто ангелы, и медицинская миссия вверх по реке работает замечательно. А мне достались пламенный средневековый проповедник и любопытствующая старая ведьма.

Он выглядел так кисло, что Анжела невольно рассмеялась. Это было не очень-то почтительно по отношению к Уинстону, и она тут же оборвала смех. Но, несомненно, в его шутке была солидная доля правды.

Фил подошел к ней и присел на ручку кресла. Он изучал ее лицо, покачивая ногой. В его темных глазах снова светилось тепло.

— Вам надо почаще смеяться, — сказал он наконец. — Тогда видно, как вы на самом деле молоды. Надеюсь, с вами она не справилась. Ее любимый конек — обличать мой безнравственный образ жизни. Боюсь, вам тоже пришлось об этом услышать. Но, по правде говоря, ее мнение гроша ломаного не стоит. Надеюсь, она вас не убедила?

— Что? — Анжела вздрогнула. — О нет.

— Не допрашивала вас с пристрастием насчет нашей ночи вдвоем в лесу?

Анжела испугалась. Она вспомнила письмо Регины и невольно покраснела.

— Ну… — неуверенно начала она.

— Скажите мне правду, Анжела, — тихо попросил он.

Она смущенно потупилась.

— Ну, в общем, нет. Но она мне написала, чтобы… предупредить меня.

— Насчет меня?

Она кивнула, не в силах говорить. Он тихонько выругался.

— Полагаю, что можно было ожидать чего-нибудь в этом духе. Единственное, что меня удивляет — как она вообще решилась оставить вас здесь. Видимо, она считает, что дочь миссионера способна дать мне отпор, — сухо сказал Фил. — Впрочем, я бы не удивился, если бы она велела вам попытаться благотворно повлиять на меня.

Вспомнив намеки в медпункте и подтекст письма, Анжела вздрогнула и отвела глаза.

Фил неверно истолковал это действие. Испуганный взгляд Анжелы заставил его снова расхохотаться.

— Совершенно верно, — сказал он, потрепав ее холодными пальцами по пылающей щеке. — Не стоит даже пробовать. Я давно уже миновал точку спасения по дороге в ад.

Глава шестая

Миновал точку спасения! Оставшись, наконец, в одиночестве, Анжела снова и снова повторяла про себя его насмешливые слова. Почему Фил Боргес решил, что миновал точку спасения? Было ли это просто раздражением взрослого мужчины, которому соседи-миссионеры читали слишком много морали? Или за этим скрывалось что-то еще? Может быть, он, таким образом, хотел предупредить ее, чтобы не впутывалась в его дела?

Анжела вспомнила вчерашнее предупреждение в этой самой комнате и форму, в которой оно было сделано. Ее губы, да и все тело, запылали от воспоминаний. Предупреждение, видимо, запоздало, подумала она.

Анжела облизнула внезапно губы, бросив украдкой взгляд на дверь, через которую он вошел прошлым вечером. Придет ли он сегодня снова? А если да, что она скажет? Что будет делать? И что он будет делать? Ее сердце начало сильно колотиться.

О Господи, думала Анжела, как это тревожно. Сам Фил честно предупредил, чтобы я его не трогала. Регина сделала то же самое, когда мы с ней говорили, да еще написала, открыв дополнительные причины и подробности. С того момента, как я его увидела, я поняла, что это наглец, которому плевать на любое мнение, кроме своего собственного. Я не желаю впутываться в его дела. А я уверена, что не желаю?

Она присела на край кровати, наблюдая за дверью и чувствуя, что дрожит. Но в большом доме стояла тишина: только дождь и ветер били в ставни. Фил Боргес не собирался вторгаться в ее спальню. Наконец она залезла под одеяло и свернулась калачиком, подтянув колени к груди и обхватив их руками, говоря себе, что ей холодно. Но это не был физический холод. Когда она заснула, ей приснилось, что она снова в сельве, одинокая и испуганная, пробирающаяся сквозь чащу, хватающую ее за лицо и одежду, в поисках чего-то или кого-то — она не знала. И потому ей было холодно.

На следующее утро Анжела встала засветло. Ветер стих, но когда она открыла ставни и окно на веранду, то обнаружила в атмосфере какую-то зловещую тяжесть. Она надела одолженную одежду и сбежала вниз по резной лестнице.

Фил как раз проходил у подножия лестницы. Он остановился. Анжеле показалось, что он выглядит расстроенным. Но когда она подошла ближе, выражение его лица было хладнокровным, как всегда. Так что, или она ошиблась, или он — умел молниеносно менять свой облик.

— Доброе утро. Вижу, что вы, восстановившись после сельвы, соблюдаете миссионерское расписание, — поддразнил он.

Анжела улыбнулась в ответ.

— Я не уверена, что когда-нибудь полностью восстановлюсь после сельвы, — жалобно сказала она и со смехом покачала головой. — А ведь всего за день до того, как начался дождь, я говорила Терезе, что хотела бы испытать приключение.

— Остерегайся, человек, своих желаний, они могут исполниться! — торжественно сказал Фил.

Она вздохнула.

— По-видимому, вы правы. Он слегка ущипнул ее за щеку.

— Не смотрите так сокрушенно, дитя мое. Это полезный урок, который надо усвоить.

Его голос зазвучал неожиданно сухо.

Анжеле сразу очень живо припомнились другие уроки, которые она получила от Фила Боргеса. Она опустила глаза, и сладкая, тайная дрожь прошла по ее телу.

Длинные пальцы приподняли ей подбородок. Фил испытующе оглядел ее лицо. Темные глаза были проницательны, красивый рот выражал решимость.

— Помните их, — мягко сказал он.

Ага, торжествующе подумала она, значит, он тоже думал о том опустошительном поцелуе. Она прикрыла глаза, но пульс у нее участился. Хоть он и пошел прямиком в спальню красотки Сильвии, ему было немногим проще зачеркнуть это в памяти, чем ей. И он не мог сослаться на неопытность в качестве извинения.

Она отступила, чтобы быть вне досягаемости его рук.

— Я помню, — холодно ответила она. — А вы? На мгновение он смутился, затем рассмеялся.

— Хороший укол, — сказал он. — Вы злее, чем выглядите. Об этом не надо забывать.

Он бросил на нее задумчивый взгляд. Анжела ответила улыбкой. Хватит говорить о ее юности! — с чувством ликования подумала она.