Далекое путешествие - Энна Аленник

Алёша дал каждому немножко подержать скрипку и смычок.

Вадик провёл по струнам смычком, но у него никакой музыки не получилось. Скрипка тоненько заскрипела.

У Тани тоже музыки не получалось, но у неё скрипка забасила.

А Вова ударил по струнам смычком, и у него скрипка жалобно застонала, как будто допросила: „О-ох, не бей меня!“

— Не так скрипку держат, — сказал Алёша и положил её круглый край себе под подбородок. Пальцами левой руки он быстро нажимал струны то в одном месте, то в другом, а правой рукой водил по ним смычком. И у него получилась музыка. Скрипка заиграла.

После этого Вадик нарисовал, как Алёша играет на скрипке, как его слушают ребята, и как по морю плывёт пароход.

У Вадика на рисунке пароход плыл близко и был виден весь, от носа до кормы. Даже видны были матросы и капитан. Они тоже слушали, как Алёша играет на скрипке.

Когда Тис Тисович увидел этот рисунок, он сказал, что хочет его повесить у себя в кабинете.

— Там, где городок Алексея Васильевича? — спросил Шурик.

— Да, — ответил Тис Тисович. — Там у меня хранится всё самое лучшее.

Почта

Каждый день у ворот нового городка останавливалась синяя машина „Москвич“. На ней печатными буквами было написано „Почта“.

Каждый день на этой машине в городок привозили сотни писем. Мамы и папы спрашивали в письмах, как поживают их ребята, и просили почаще им отвечать.

Таня попросила ответить, что она хорошо поживает, и если бы мама с папой жили в таком городке, они бы тоже так хорошо поживали; что она теперь дружит с Наденькой. В Ленинграде она тоже хотела с ней дружить, но ей говоришь, а она молчит, ей говоришь — она молчит; как же тогда дружить? А теперь и она тоже про всё говорит и хозяйка на огороде. И теперь они дружат. И когда в школу пойдут, — тоже будут дружить.

А в конце письма сама написала: „Та-ня“.

Вадик продиктовал Нине Павловне так.

„Мамочка! Мне с террасы видны море и горы. Ты думаешь, какое море? Оно неодинаковое. Раз посмотришь — зелёное, потом ещё посмотришь, а оно синее, и вечером оно чёрное. А горы тоже интересные. Это я сегодня рано-рано сам увидел, что на одной горе красное крылышко лежит. Я думал, там жар-птица. А это краешек солнца так выглядывал. Мамочка, это так солнце всходило! И потом оно всё взошло. Ты тоже увидишь: я сегодня нарисую и весь альбом тебе привезу. Я тебя люблю. Твой Вадик. Только жалко, что я всегда сплю, когда солнце всходит. Зато, правда, хорошо, что я сегодня проснулся и сам увидел?“

А Вова после того, как Нина Павловна прочитала ему письмо, в котором папа спрашивал, хорошо ли он себя ведёт, не бедокурит ли, пробормотал, что не надо отвечать.

Нина Павловна сказала, что не согласна не отвечать.

Тогда Вова попросил написать папе коротко и ясно: „Я больше не буду!“

Шурик в письме жаловался маме:

„Мы каждый день гуляем, купаемся, опять гуляем. И нам всё некогда и некогда строить. И такой городок, как Алексей Васильевич показывал на столе, мы еще не построили. Мост и канал тоже еще не построили. Один раз мы только начали строить мост у моря, — Вова поймал краба. А краб смешной. Как его ни поверни, — всё равно ползёт вбок.

А потом, когда мы начали строить, Ирка нашла большую раковину с улиткой. Мы хотели, чтоб улитка высунулась из раковины. И мы ей пели: „Улитка, улитка, высунь рога!“ А она ещё дальше в раковину спряталась. И мы опять ничего не построили. И ребята опять мне не верили, что в море кто-то сказал „гирь-гирь!“ А я знаю, что сказал“.

Нина Павловна еще дописывала письмо Шурика, когда по радио громко объявили:

— Товарищи воспитатели! сдавайте почту. Машина ждёт.

Нина Павловна поспешила отправить все письма, и Шуриково тоже.

„Москвич“ загудел и повёз их на станцию к поезду.

А она вернулась и сказала ребятам:

— Сейчас мы начинаем строить городок!

Как строили городок

Ребята думали так: возьмут они дощечки, плитки и построят дома кто где захочет. Много настроят — вот вам и городок.

Два мальчика набрали себе дощечек и стали драться. Один хотел строить дом возле куста с красными листьями, и другой хотел там строить. Они и начали отталкивать друг друга, чтобы захватить это хорошее местечко.

— Там же оба дома поместятся, — сказал им Шурик.

Ребята увидели, что, и правда, поместятся. Тогда они перестали толкаться и начали строить наперегонки. Как получится, — им было неважно. Главное — кто кого обгонит. Они и до половины не достроили, как их дома развалились.

Шурик набрал себе много черепичных плиток и решил строить „маленькое море“. Только на каком месте его строить? Разве получится такой городок, как у Алексея Васильевича, если все будут где попало строить?

Шурик сел на землю и задумался.

Нет, наверно, не получится. А как сделать, чтобы получилось, Шурик не знал.

Он спросил у Наденьки.

Наденька тоже задумалась, посмотрела вокруг. Вот одна дача видна, вот другая, а подальше — крыша „маленького моря“ на солнце сверкает. А где надо одно строить, где другое?

Наденька подумала-подумала и тоже сказала, что не знает, что лучше у Нины Павловны спросить.

Но что это Нина Павловна делает? Зачем наклеивает бумагу на большую фанеру?

Ребята спросили, что это будет.

— А вот что, — сказала Нина Павловна. — Здесь мы наметим, как строить городок. Где у нас дачи, — начертим кружочки; где зелёные коридоры, — начертим две полоски; где площадки, — квадратики. А посреди городка, где наше „маленькое море“, — нарисуем…

— Огурец, — подсказал Вадик.

— А где начертим, — там и будем строить! — обрадовался Шурик. — Только как увидеть весь городок сразу, чтобы можно было правильно начертить?

— Есть такое место, откуда он весь виден, — сказала Нина Павловна.

— Есть такое место! — подхватил Вадик. — Станешь на берег спиной к морю, к нему лицом — и он весь виден!

Нина Павловна и ребята отправились к морю и потащили с собой фанеру.

Да, от берега городок поднимался вверх по склону и был хорошо виден весь: и „маленькое море“, как раз посредине, и дачи вокруг него, и зелёные коридоры, и площадки. А вдали, как два больших белых крыла, — здания, где душевой зал и ванные для малышей.

Вадик увидел всё это среди зелени и цветов и закричал:

— Можно, я буду рисовать?

— Пожалуйста, — сказала Нина Павловна, положила на землю фанеру, и Вадик лёжа начал рисовать.

Прежде всего он нарисовал посредине огурец. Потом Нина Павловна показала ему, где должны быть дачи, и Вадик в этих местах нарисовал кружочки. Потом Шурик ему показал, где должны быть зелёные коридоры…

— Сам знаю! — закричал Вадик и, раскрасневшись от усердия, нарисовал даже клумбы, пёстрые зонты и фонари на высоких столбах.

— Вот план городка и готов, — сказала Нина Павловна. — Теперь можно строить.

Когда пришли в уголок строителя, Шурик стал искать, чем измерить длину и ширину фанеры. А то ведь можно настроить такие дома, что все они на ней и не поместятся.

Ничего подходящего не нашлось. Все палочки и дощечки были куда короче фанеры.

— Ира, у тебя, кажется, есть длинный шнурок? — спросила Нина Павловна. — Не дашь ли ты его…

— Насовсем? — испугалась Ира.

— Это видно будет. И если тебе очень жалко, ты не давай. Мы опять без тебя обойдёмся, как обошлись в вагоне, — помнишь, когда Шурик делал звонок?

Ира крепко зажала рукой карман, который оттопыривался на её сарафане. Теперь у неё там хранились все запасы.

А Вова уже приготовился к бою. Он подбежал к Ире, чтобы отдёрнуть её руку и выхватить шнурок.

— Не смей, — строго посмотрела на Вову Нина Павловна. — Пусть Ира сама решит.

— Только пусть скорей, — закричал Шурик. — Из-за неё у нас всё строительство задерживается!

Трудное было у Иры положение. Не хотелось ей отдавать шнурок, и не хотелось, чтобы, как тогда, в вагоне, без неё обошлись.

Она ещё крепче зажала свой карманчик и не знала, как быть.

— Ну, скорей, — торопил Шурик, — а то я придумаю, как палочками измерить. Я уже почти что придумал!

Ира вздохнула и вытащила из кармана шнурок покороче:

— На, бери.

— Не этот шнурок! — закричал Вова.

— Да, этот коротковат, — подтвердила Нина Павловна. — А подлиннее тебе жалко?

— Когда Вовка силой отнимает, тогда ещё жальче, — сказала Ира, вздохнула ещё раз и вытащила из кармана длинный шнурок.

Вова помог Шурику измерить фанеру.

Нина Павловна показала ребятам, какой величины должны быть дачи, какой величины „маленькое море“ и зелёные коридоры.

Работы было много. Для колонн пришлось напилить одинаковых палочек. Хорошо еще, что в уголке строителя были маленькая пила и молоток. Без них дело бы шло куда хуже!