Загадка смерти. Очерки психологической танатологии - Альберт Налчаджян

Наступление «биоэлектрического молчания» мозга умирающего совпадает с началом агонии: вследствие падения кровяного давления сознание исчезает, но сердце все еще продолжает работать. Дыхание нарушено: оно принимает специфический, агонический характер. В тот момент, когда сердце останавливается, ЭЭГ становится чисто прямой линией. Мозг, как говорят, биологически нем, молчит. Вследствие прекращения работы коры головного мозга подкорковые его образования освобождаются от ее тормозящего воздействия и оказываются в состоянии патологической сверхактивности. Проявлениями этого состояния являются: удушье, судороги (спазмы), увеличение количества используемого в тканях кислорода, что еще больше углубляет кислородное голодание (гипоксию) мозга.

Но в фазе агонии сохраняется активность продолговатого мозга, а вследствие этого — также дыхание и работа сердечно-сосудистой системы умирающего. В результате сверхраздражения находящегося здесь дыхательного центра мозга дыхание умирающего становится глубоким и спазматическим. При дальнейшем углублении кислородного голодания сверхактивность продолговатого мозга сменяется торможением, и спустя некоторое время дыхание останавливается.

В процессе агонии нарушается также работа сердца, и в конце концов оно перестает биться. Агония завершается, и начинается следующая фаза умирания — клиническая смерть. Об этом мы расскажем подробно. Когда не удается реанимировать (оживить) больного, после клинической смерти наступает биологическая смерть. Из этой фазы уже никто не может вернуться обратно к жизни. В тех случаях, когда удается из фазы клинической смерти реанимировать человека, у него начинается постреанимационная фаза, но это уже не фаза умирания, а начало новой жизни. Здесь могут наблюдаться некоторые болезненные явления, и специалисты говорят об особой послереанимационной болезни[38].

Прежде чем завершить параграф о фазе агонии, приведем одно описание этого явления.

Агония мадам Пишон

Те, кому довелось бывать в Париже в 50-е годы, помнят, как гремела слава шикарной фирмы экстравагантных нарядов, которой руководил тогдашний маг и чародей дамских мод Жак Фат. Эти безумно дорогие наряды демонстрировали, мило улыбаясь, хорошенькие манекенщицы перед партером, заполненным богатыми покупательницами. И среди главных живых манекенов особенно блистала в красивых туалетах популярная в ту пору мадемуазель Марсель Пишон.

Прошло несколько лет. Жак Фат скончался. На небосводе моды Взошли новые звезды — Кристиан Диор и прочие. На подмостках торговых домов по-прежнему дефилировали, мило улыбаясь, манекенщицы в дорогих нарядах. Но мадемуазель Пишон среди них уже не было…

А Пишон надо было жить. Ее скромные сбережения быстро улетучились, работу найти было трудно, семейная жизнь у нее не сложилась: было два замужества, два развода. Все, что она умела, — эго прогуливаться перед покупательницами в нарядных платьях, которые хозяин модного дома хотел им продать. Время шло. Мадам Питон считала свои годы, десятилетия: сорок лет, пятьдесят, шестьдесят, Шестьдесят четыре… Друзей и знакомых уже не осталось. Никто о ней Не помнил. И вдруг имя этой женщины на мгновенье вновь мелькнуло на страницах газет в августе этого года. Оно всплыло в хронике сенсационных происшествий, на которые так падки буржуазные репортеры.

«В одной из скромных квартир дома № 183 по улице Шамиионнэ 18-го округа, где живут 210 семей, — деловито сообщали газеты, — был обнаружен труп скончавшейся в полнейшем забвении много месяцев назад мадам Марсель Пишон — бывшей манекенщицы Жака Фата, познавшей звездный час своей славы на службе у этого великого портного м 50-е годы. Красивая, элегантная, пользовавшаяся большой популярностью, Марсель Пишон впоследствии была забыта всеми и оказалась без средств к существованию».

Что же произошло? На этот вопрос дали ответ полицейские, которые взломали дверь ее квартиры, получив сообщение о том, что гражданку Пишон уже давным-давно никто не встречал. На кровати рядом с иссохшим телом, превратившимся в мумию, они нашли простую школьную тетрадку, в которой эта одинокая старая женщина записывала свои переживания в последние недели жизни.

Так было документально установлено, что мадам Пишон умерла от голода и что ее агония длилась, как сообщила газета «Фигаро», 45 дней.

Из записей в тетрадке бывшей манекенщицы парижского модного дома явствует, что она начала готовиться к смерти 23 сентября 1984 года. В тот день в своей тетрадке она записала: «У меня серьезные финансовые трудности. Я устала от жизни». Неоплаченные счета накапливались. За неуплату денег был отключен телефон, потом была прекращена подача электричества, газа. Еду покупать было не на что. Мадам Пишон поняла, что умрет от голода, но не знала, как скоро этот момент наступит.

В комнате у нее были весы, сохранившиеся с той далекой норы, когда она, будучи манекенщицей у Жака Фата, строго следила за своим весом, чтобы сохранить стройность фигуры. Теперь эти ежедневные измерения веса приобрели зловещий характер. Мадам Пишон записывала:

«Вторник, 9 октября 1984 года: 17-й день без пищи. Пол-литра воды в день… Сердце дает перебои. Но как сопротивляется смерти организм! Вес — 45 килограммов…

…Среда, 24:32-й день. Сильные боли в печени. Желчь. Вес — 40 килограммов. Ужасно. Какое проклятие нависло над этим гнилым миром.

Я продала бы свою душу за чашку бульона, кусочек дыни, лимон…

(Запись без даты): 35-й день без еды. Мои силы подходят к кощу.

Я перед лицом гибели самой ужасной, какая только может быть.

Воскресенье, 28: Это ужасно. Я уже не в состоянии проглотить глоток воды. Язык — словно улитка, извергающая соль. Но сердце все;ще пе сдается. Ясность мысли полная».

Последние строки были написаны во вторник, 6 ноября 1984 года. Они гласят: «Смерть от голода — эта самая страшная смерть. Не знаю, когда она, наконец, придет. Я уже не в состоянии подняться. Чувствую сильную боль в почках…»

«Смерть наступила, по-видимому, на следующую ночь, — пишет „Фигаро“. Полицейские обнаружили труп этой одинокой женщины линь почти десять месяцев спустя — в четверг 22 августа 1985 года. И вот что поразительно: без малого целый год никто в доме № 183 по улице Шампионнэ ни разу не поинтересовался: а что же сталось с их соседсой, столь известной и популярной в былые времена?»

«Такая долгая агония…», «Смерть в одиночестве…», «Драма сдиночества…», «Безразличие и нищета убили старую даму…». Под такими заголовками парижские газеты опубликовали сообщение об этом трагическом происшествии.

Затем в этом же очерке приводится описание еще ряда таких трагических случаев смерти покинутых, одиноких людей[39].

§ 2. Фаза клинической смерти

Начиная с «момента» остановки сердца и прекращения дыхания человек до последнего времени считался мертвым. В некоторых странах подобная констатация смерти установлена даже законодательно. Однако новейшие исследования показывают, что такое представление не соответствует реальному положению вещей. Одним из практических итогов новейших исследований смерти и умирания является пересмотр медицинских и юридических определений смерти. Вот одно из них: Канадское медицинское общество приняло точку зрения, согласно которой смерть наступает в тот момент, когда больной уже не отвечает ни на какие раздражатели, а ЭЭГ — прямая линия («плоская» ЭЭГ).

Начало клинической фазы характеризуется «последним дыханием» умирающего и последним ударом его сердца. После этого человек внешне кажется умершим. Он не дышит, его сердце не работает, тело полностью ослаблено, сознание отсутствует, глаза совсем не реагируют на свет, цвет кожи очень бледный и синеватый.

Однако оказывается, что работа внутренних органов и мышечных тканей, а также нервной системы некоторое время еще сохраняется. Это новая точка зрения, возникшая в результате развития новой медицинской науки — реаниматологии. До середины XX века в течение тысячелетий умершим считали человека, сердце которого больше не бьется, дыхание прекратилось, если кровяное давление исчезло, пала температура тела, а зрачки расширились.

Исследования показывают, что еще до сих пор даже в странах с высокоразвитой медициной врачи, решая вопрос о том, умер человек или нет, нередко допускают роковые ошибки. Не всем известны новые представления о клинической смерти, и старые ошибки повторяются.

Вот сравнительно свежий пример, сообщение о котором было опубликовано в газете «Известия» (28 февраля 1991 года): два скандальных случая шокировали Австрию. 78-летнюю Берту Вернер еще вчера соседи видели живой и здоровой. Она ходила в магазин и, сделав покупки, вернулась домой. Вечером одна знакомая пришла навестить ее, постучалась в дверь, но хозяйка не открыла. Утром постучались к ней и соседи. Опять молчание. Они вызвали родственника фрау Вернер, который, сняв дверь, увидел, что женщина лежит па полу. Сразу же была вызвана скорая помощь. Врач Сибилла Панграц осмотрела тело и сделала такую записку: инфаркт, смерть наступила ночью. Затем пришел еще один врач и подтвердил, что фрау Вернер скончалась. Родственник позвонил в похоронное бюро, договорился о дне и часе похорон и попросил послать цинковый гроб. Но в тот момент, когда закрывали крышку гроба, «покойница» вдруг зашевелилась. Гробовщик в страхе побежал к телефону: «Покойница воскресла», — закричал он в трубку. Фрау Вернер перевезли в больницу, где она скончалась спустя четыре дня. Главврач больницы сказал журналистам, что, если бы врачи не ошиблись, женщина могла бы жить.