Отражение ночи - Альбина Севенкова

— Ратмир, — кричала Анна, стремительно двигаясь к нему навстречу.

Белое с коричневыми цветами платье делало её похожей на весну. Юноша оглянулся и, подхватив графиню на руки, закружил. Они смеялись, и, казалось, не видели ничего вокруг. Наконец, Ратмир поставил девушку перед собой, и она обняла его лицо ладонями.

— Шрам? Откуда у тебя шрам? — тревожно спросила Анна, встав на цыпочки и несколько раз целуя юношу в лоб.

— Да что ты? Какой шрам? Это царапина, которая зажила неделю назад, а через три дня от неё вообще ничего не останется.

Наблюдая за этой сценой, Ворон слышал, как собственная кровь стучит в висках. Его одновременно охватили ревность, зависть и злость. Казалось, ещё секунда и эти чувства взорвут мозг. Время прошло, и дикий коктейль эмоций уступил место тоске. Он оглянулся на сопровождающих, но те были просто удивлены и не более.

Между тем, перед глазами Робина возникли картины из детства. Одиночество, равнодушие матери, когда она ещё была жива, сюсюканье нянек и холодность отца, тоже рано покинувшего их. Когда родителей не стало, он даже не ощутил потери. Ворон был наследником, а не сыном. Впервые он захотел настоящего тепла, когда увидел Анну, а она предпочла ему другого. Сейчас Робин чувствовал себя обделённым, как никогда прежде.

— Ваше величество, — громко произнёс Ратмир, кланяясь и продолжая обнимать Анну.

Вслед за ним оглянулась и графиня. На миг она встретилась глазами с юным королём, но, тут же, опустила взор и сделала реверанс. Ворон молча кивнул им.

— Я сразу поспешил к вам, как только приземлился. Вот бумаги, которые вам потребовались.

Робин принял из рук юноши свиток и, открыв его, стал читать, ничего не видя перед собой.

Тем временем Артур подмигнул Анне, а она ответила ему светлой улыбкой. Ворон передал документ Соколу, стараясь не смотреть на девушку.

— Ваше величество, — её чистый голос, подействовал на короля как удар бича.

Анна дождалась, когда Робин взглянет на неё.

— Я хотела узнать, как вы себя чувствуете?

— Чувствую? — хрипло спросил Ворон. — Вы могли бы осведомиться об этом раньше, сударыня. Прошло три дня, за это время ваш пациент мог успешно отправиться на тот свет, а вам до этого и дела было мало.

Графиня попыталась скрыть отразившуюся на лице боль, опустив голову.

— В таком случае, позвольте откланяться, — сказала она, погладив удивленного Ратмира по руке и покидая его.

— Не смею вас задерживать, — откликнулся Робин, получая садистское удовольствие от её потерянного вида.

Непроницаемый Сокол скосил на друга глаза, скрутил свиток и, поклонившись, тоже ушёл прочь.

Двигаясь по коридору дворца, русоволосый целитель ускорил шаг и чуть не сбил кого-то.

— Куда же ты летишь-то, молодец?! — перед ним возникла молодая женщина, стоящая на одной ноге, видимо потому, что вторую он успел ей оттоптать.

— Смиренно прошу вашего прощения, мадам, — поспешил извиниться Эдвард.

Румяная собеседница улыбнулась ему.

— Разрешите представиться, герцог Эдвард Эреман. Прошу позволения узнать ваше имя.

— Ух, ты! — охнула дама. — Правая рука короля. Надо же. А я нянька Анны и Рогнеды. Анея.

— Вы правы, сударыня, усмехнулся Сокол. У нашего короля две руки и обе правые — я и герцог Керн. Вот такой у нас монарх, непохожий на других. Постойте, но, неужели вы нянька? Я думал, вы им подруга и только немного постарше их.

Эдвард ещё раз внимательно посмотрел на молодую женщину.

— Что вы, — улыбнулась Анея. — По вашим меркам я им в прабабушки гожусь. Но в том, что мы подруги, вы не ошибаетесь. Дети быстро взрослеют.

— А не подскажете ли мне, куда направилась графиня Рейн. У меня срочное дело к ней.

Анея загадочно улыбнулась.

— Сейчас-то домой пошла, отсыпаться, наверное.

— А разве она не спала?

— Что вы, ваше сиятельство. Трое суток на заставе была. Сбор проводился со всего союза. Решали, как дальнейшим козням противостоять, да людей живущих по соседству спасать. Очень серьёзное было собрание. Она как вернулась сразу к вам побежала, не поела даже и платье новое надела. А тут Ратмир прилетел. Хорошо это, сейчас он много забот с неё снимет.

— Не спала, значит, — задумчиво протянул Эдвард. — Я очень рад знакомству с вами, сударыня.

Анея искренне улыбнулась ему.

Анна стояла у прозрачного озера и наблюдала за то и дело образовывающейся на нём рябью.

— Избалованные мальчишки вроде Ворона могут причинять только боль.

Девушка вздрогнула, услышав голос Рогнеды.

— Он не избалован, — сказала она, не оглядываясь.

— Всё равно, Боль — его второе имя.

Подруга подошла к ней и встала рядом.

— Где организуем ужин в честь возвращения родных? У тебя или у меня?

— Давай здесь, я приготовлю всё, что вы любите.

Рогнеда кивнула и обняла подругу.

Огромный тигр довольно урчал, держа что-то в зубах и убегая от графини Ронской. Девушка гналась за ним и в сердцах била невесомой лентой, которая едва касалась тела животного.

— Мерзавец полосатый, нахал! — кричала она. — Это были единственные булочки, которые у меня получились. Свинья ты, а не тигр!

Преследуя своего питомца, она не заметила, как с разбега наткнулась на кого-то, кто даже не шелохнулся от её внушительного толчка. Подняв голову, Рогнеда увидела серьёзного Ратмира.

— Что ты делаешь, Рогнеда? — спросил он с необычной смесью издёвки и печали.

— А что я такого делаю? — испугалась она.

— Ему же больно, — ответил юный герцог, пронзая подругу своей тети странными серо-зелёными глазами.

На миг девушка застыла под этим взглядом, как изваяние, и кто знает, сколько бы ещё простояла так, если бы рядом не раздался звонкий хохот её братьев.

— Ах, вы! — разозлилась она. — Вам бы только потешаться!

Она толкнула Ратмира, всё ещё стоявшего рядом и не изменившего предельно сосредоточенного выражения лица, и ушла прочь.

Анна и Анея уже накрыли стол под цветущими деревьями. Расставленные блюда манили к себе изысканными ароматами. Подошедшая Рогнеда принесла и поставила ещё два стула и удовлетворённо посмотрела на проделанную работу.

— Скоро садиться, а ты его величество приглашала на нашу скромную трапезу?

Графиня Рейн вздохнула.

— Да, но боюсь, он не удостоит её вниманием. Государственные дела, знаешь ли.

— Ну что ж, будем ужинать в тесном семейном кругу, так даже лучше, — сказала подруга.

— Ой, боже мой! — внезапно вскрикнула Анея.

Девушки посмотрели туда, куда она указала и увидели Августа, испачканного в грязи до самого подбородка. Мальчик попытался скрыться в кустах, но было уже поздно.

— Юноша, выходи, тебя уже все видели, — произнесла Рогда.

Тот понуро подошёл к женщинам. Анна погладила его по голове — единственной части тела, оставшейся чистой.

— Я хотел всё постирать, а потом прийти на ужин, чтобы ты не беспокоилась.

— Ничего страшного, Август. Ты положи всё в чан в прихожей. Он всё постирает. А сам переодевайся и спеши к нам.

Подошедшие Ратмир, Лучезар и Буслай с улыбками проводили ребёнка.

— О, эта грязь мне знакома, — сказал Лучезар. Закрученное озеро испытывает на прочность. Не раз приходилось там бывать.

Тем временем хозяин вечера Ратмир успел достать из-под стола сундук и открыть его, приговаривая:

— Ну что ж, настало время для подарков. Анна, это — тебе.

Он протянул ей свёрток, на который с любопытством уставилась и Рогнеда. Графиня Рейн осторожно открыла упаковку и тихо вскрикнула:

— Спасибо, родной, это — то самое платье, которое мне было нужно.

Не сдержав эмоций, она обняла и поцеловала его. Юный герцог поочерёдно вручил подарки Анее и её семье, Августу, Буслаю и Лучезару. Наконец, очередь дошла и до Рогнеды, лицо которой приняло совершенно детское выражение. Казалось, она готовилась к неприятным сюрпризам. Ратмир снова странно посмотрел на неё и вытащил из сундука горшочек с саженцем, увидев который девушка просияла.

— Голубой можжевельник. Я так долго пыталась его найти. Как тебе удалось раздобыть это растение? — обратилась она к юному герцогу с придыханием.

Но юноша только смотрел на неё, ничего не отвечая, а в его глазах играли весёлые искорки.

— Ну, вот и садиться пора, — сказала Анея. Решив призвать присутствующих к порядку.

Шумное веселье её детей и Августа неожиданно было прервано рычанием тигра. Все посмотрели в его сторону и увидели Ворона со свитой.

Юный король обнимало испуганно прижавшуюся к нему красивую блондинку и с равнодушно смотрел на грозного хищника. Сокол и Медведь выступали позади.

Анна тревожно оглядела гостей и на миг встретилась глазами с Робином, который не изменил каменного выражения лица.