Призрак войны - Майкл Стэкпол

Очень скоро на фонаре кабины появились офицеры полиции и посмотрели на меня сверху.

У них было оружие.

У меня ничего не было.

А ведь начало дня подавало такие надежды.

10

От хитрости лисы становится мало проку, когда тигрица выпускает когти

Овертон

Яфа, Хелен

Префектура III, Республика Сферы

26 ноября 3132 года

До этого момента у меня ещё сохранялась надежда, что мне удастся оставить за кадром одну деталь сего рассказа, но, увы, я не могу так поступить. Чтобы выглядеть празднично и соответствовать случаю торжественного шествия, я вырядился в клоунский костюм, надетый сверху на мой хладожилет. Только подумайте: белый, пышный, большие манжеты, множество больших, ярких пятен. Вы понимаете теперь, почему я не хотел это упоминать, но раз это доставило столько веселья задержавшим меня полицейским, многое осталось бы необъясненным, если эту деталь опустить.

К счастью, из-за бывшего на мне нейрошлема, мне не был нужен кошмарный парик или грим – в отличие от Сокола или Дзиро. Я не видел, как привели Сокола, но по тому, как в комнату для допросов все входили и входили новые люди, я заключил, что его взяли и в данное время он поёт как птица, куда менее хищная, чем его псевдоним.

Меня допрашивали лично Рейс и Лейквуд и контрастность их нарядов почти сделала мой соответствующим случаю. Рейс был полной форме командующего, чуть-чуть меньше изукрашенной чем всё, надетое на Девлине Стоуне во время своего последнего обращения к Рыцарям. Он-таки помешался на этом, говорю вам. У него было больше медалей, чем у среднестатистической рыбы чешуи и они были ярче, чем выводок экзотических аквариумных гуппи.

Ха, его униформа была ещё более клоунской, чем моя.

Лейквуд, с другой стороны, выглядела сногсшибательно. Она явилась прямо из кабины «Центуриона» и на ней все ещё были облегающие штаны, заправленные в сапоги высотой до колен, и доходившие до её обнаженной талии. Она сбросила хладожилет и на ней остался только облегающий её бюст топ. Сверху она накинула черный шелковый халат, доходивший до середины бедер и завязанный красным поясом. Её темные волосы были собраны в косу, стянутую соответствующей по цвету красной лентой.

Она была бы просто эталоном красоты. Если бы не пламя в её глазах.

Они оба, несмотря на их гнев, выглядели лучше меня. Мой клоунский костюм с меня наполовину содрали, стягивая хладожилет. Полицейские всунули мои руки обратно в рукава – во всяком случае, левую. Мою правую руку пропихнули сквозь шов, которым крепился рукав, так что с меня свисала одна лишняя тряпичная рука. Моя неготовность одеваться с их помощью была расценена как признак сопротивления, поэтому я наполучал немного тумаков и мой левый глаз уже начинал заплывать.

В Рейсе вздымалось негодование.

– Ты действительно думал, что твой жалкий план осуществится?

Я глянул на него мельком.

– Я знаю свои права. Я не обязан отвечать на ваши вопросы.

Человечек увесисто треснул меня тыльной стороной руки, так что моя голова развернулась и я теперь смотрел на леди Лейквуд. Гнев в её глазах рос. Однако до того, как она смогла что-либо сказать, Рейс прошипел мне в ухо:

– Какие права? Из-за твоей выходки объявлено военное положение. Ты – вражеский комбатант и подлежишь суду согласно единому кодексу законов гражданской обороны.

Я поборол желание дернуть головой вправо и ударить его в лицо. Вместо этого я глянул на неё.

– О чем это он толкует?

– Местные законы допускают применение силы в случае объявления чрезвычайного положения, связанного с необходимостью осуществления гражданской обороны. Это включает в себя приостановление действия некоторых гражданских прав. – В её голосе появилась резкость.

– Тем не менее, я бы хотела напомнить вам, командующий Рейс о том, что поскольку именно я задержала подозреваемого, то он является заключенным, находящимся в юрисдикции Республики. Этот допрос – простая любезность с моей стороны, перед тем, как я его заберу.

– Юрисдикция Республики? Меня заберут?

По её губам скользнула улыбка.

– Не воображайте, мистер Донелли, что только из-за выхода из строя сети связи мы окажемся неспособны собрать на вас данные с других миров. Когда вы покидали Акамар вам повезло – ваш след уже остыл. Тем не менее, ваше везение закончилось.

Я посмотрел на Рейса.

– Вы не можете позволить ей меня забрать.

Глава полиции упер свои кулаки в бедра и начал надуваться от важности. Он уловил в моём голосе нотку страха и ринулся на неё как стервятник на мертвечину.

– Не могу? О, мистер Донелли, я не в силах остановить её, если только, – он дал фразе по-виснуть в воздухе на мгновение дольше, чем было на самом деле нужно, – если только ты не дашь мне имя своего босса.

Я должен был думать быстро, потому что у меня были серьезные неприятности. У меня не было так уж много, чтобы ему сдать: мистер Ловкий и его описание. Парик, контактные линзы, флакон средства для быстрого загара и поход в магазин одежды и мистер Ловкий станет совершенно другим человеком. Я могу дать некоторые адреса, но эти места уже будут чистыми или в них нельзя будет найти никаких свидетельств пребывания там Ловкого.

Все было, конечно, сложнее с учётом певшего в данный момент Сокола, исповедовавшегося во всем, начиная с похотливых мыслей насчет своей учительницы в третьем классе. Он был в рядах ПЭФ дольше чем я, но я был поставлен во главе операции. С его точки зрения – которой он не замедлит поделиться с Рейсом – моей задачей было очистить ту ячейку от предателя и затем использовать её в нападении на полицейский участок. Хотя я имел положение, к которому прилагалась вся ответственность, у меня не было информации, которой я должен был обладать.

На самом деле, у меня был не такой уж богатый выбор.

Я посмотрел на него снизу вверх и с готовностью кивнул.

– Его называли мистер Ловкий. Я не знаю, кто он на самом деле. У меня не было возможности связываться с ним. Моей связной с ним была Летисия, она вела грузовой ховер. Классическая система ячеек. Все другие группы, осуществившие остальные нападения были из других ячеек.

Уголки его рта поднялись в хищной усмешке, как занавес в оперном театре.

– Другие нападения?

Мой желудок сжался.

– Да, да, должны были состояться другие нападения, когда вы были бы на трибуне во время парада.

– И где должны были состоятся эти другие нападения?

У меня закружилась голова.

– Я не знаю. Система ячеек. Я был отделен и изолирован от остальных.

– И ты ждешь, что я в это поверю? – резко рявкнул Рейс. – Ты – дурак, Донелли. Вот как обстояли дела: ты был человеком ПЭФ в компании «АРА». В конце концов, ты появился на месяц раньше их, поэтому это ты сливал им информацию и они вели войну против компании. Ты намеревался нанести больший ущерб, но я тебя перехитрил, там на горе. Ты ушёл в подполье, организовал все это маленькое представление, не догадываясь, что мы тебя будем ждать.

– Но… но… – я нахмурился, что было очень больно. Если Рэй и Летисия не были агентами, тогда кто? Дзиро? Единственный раз, когда мы были вне поля зрения друг друга был день, когда мы выбирались за кофе. Возможно, он скрытно просигналил кому-то, но если так, я это пропустил. Но Дзиро был убит во время рейда, и Рейс мог избивать меня из-за смерти одного из своих людей.

– Так я был единственным человеком в ПЭФ, который на тебя не работал?

– Возможно. Я не нанимаю идиотов.

Я потряс головой, потому что многие концы не сходились.

– Мистер Ловкий существует. Спросите Сокола. По приказу Ловкого он участвовал в похищении меня из миссии на улице Акума.

– Мы посмотрим, всплывет ли это имя. Пока что наши источники указывают на тебя, как на главаря организации, Донелли.

– Это неправильно. – Я глянул на Лейквуд. – Ваша охрана заметила меня в том бистро. Они должны были видеть человека, с которым я был. У них есть его голографии. Он тоже состоял в группе. Найдите его и он расскажет вам о Ловком.

Лейквуд отрицательно покачала головой.

– Сегодня утром мы обнаружили тело мужчины, соответствующее этому описанию. Он был избит, но это старые травмы. Кроме того, у него сзади прострелена голова.

Мои кости пронзил озноб. Последним, кого я видел с ним, был Ловкий, следовательно, пристрелил его тоже Ловкий. Если не было других операций и не было других ячеек, значит Ловкий собирался предать нас с самого начала. Он забрал Рэя, дал ему возможность донести в полицию о нашем предполагаемом рейде и о том, что он постарается получить больше информации о других операция, после чего убил его.

Голос Рейса стал очень холоден.

– Установлено, что ты был с ним знаком. Ты вычислил его, как моего человека в ПЭФ, поэтому ты убил его.