Запретный босс - Елена Грэй

— Что случилось, Дина? — совершенно спокойно спросил. — Дебиторы вовремя не рассчитались или филиалу не хватило утверждённого бюджета?

Эти две темы неизменно были в приоритете у Дины, и вокруг них крутились основные мысли и разговоры с тех пор, как она занимала должность в управлении филиала. Когда возникали непредвиденные расходы или её авторитета не хватало, чтобы разрешить проблемы с дебиторами, она в любое время обращалась ко мне за помощью.

— Нет.

— Тогда что?

Раз мотив побудивший Дину отправиться из офиса в ином направлении, (в обход собственного дома), не касался рабочих моментов, значит, её подстегнуло чисто женское любопытство, чего она не стала скрывать. Убедившись, что я действительно расположен выслушать наболевшие «проблемы», она присела на подлокотник дивана, сложила руки на животе и, глядя на меня подозрительно и недоверчиво вылила всё, что сидело в её воспалённом разуме.

— Почему ты не поставил меня в известность, что берёшь на место, предназначенное для Николаева, сотрудницу из Москвы?

— С какой стати я должен был тебя информировать? Назначение ответственного за проекты не в твоей компетенции. Разве не так?

— Ну да, собеседование с претендентами нынче не в моде, — раздражённое возражение. — Ведь уже было оговорено назначение Николаева. Зачем ты переиграл?

Первая причина прихода раскрыта. С вышеупомянутым Николаевым у Дины недавно завязался роман и только немой в компании об этом мне гудел. Отдавать перспективную должность чьему-либо протеже не в моих правилах, но хлопоты за Николаева служили лишь предлогом к остальному.

— Есть ряд интересов, которые тебя не касаются, как и многих других желающих видеть кого-то иного на этом месте. И если я принял это решение, значит, оно того стоит.

— Его стаж и опыт в противовес её, — следующее возражение.

— Твоя обеспокоенность яйца выеденного не стоит. Если это всё, то прошу на выход.

— А если она завалит проект?

— Тема закрыта. Николаева в качестве тимлида ты не увидишь. Мои решения не обсуждаются.

— Ревнуешь? — ложная надежда вспыхнула как озарение.

— Не обманывайся, Дина. Мы давно поставили жирную точку в том, что было. Научись отпускать прошлое.

Она недовольно фыркнула и покосилась на стакан. Нервно застучала каблуком по полу, перед тем как высказала истинную причину точившую сердцевину мозга*, как червяк:

— Значит, на молодёжь потянуло*. Что так, Кирилл?

— Дина, ты забываешься!

— И стажировку ей организовал, и визу оформил. Надеюсь, не сам лично? — язвительная усмешка, перемешанная с ревностью.

— Последнее предупреждение, Дина, и что за этим последует — ты знаешь.

— Хорошо, Кирилл Константинович, как скажете, — моя гостья со вздохом поднялась с подлокотника дивана и ненадолго задержалась в гостиной. — Если я окажусь права, не говорите, что не предупреждала.

Гордо подняв подбородок, Дина покинула квартиру. Её супер-уверенность в правильности действий и абсолютной безнаказанности не просто поразила. Заелась уважаемая госпожа Ольшанская. Как поступить в отношении неё я теперь чётко знал. Тревожные звоночки поступали давно, но сегодня Дина перегнула палку, чем открыла возможность другим претендентам занять её должность. Один звонок Артуру с распоряжением уведомить Дину о предстоящем отстранении, а затем я переключился на другие размышления.

Все мысли заняла маленькая зеленоглазая амазонка. Её вполне осознанная тяга ко мне не осталась незамеченной. Все я видел и давно, читал её как раскрытую книгу. С некоторых пор Валерия вызывала во мне не только профессиональный интерес и это на интуитивном уровне она чувствовала, но так и не решилась спросить. Неуверенность в общении с мужчинами от неискушенности и пронзающая искренность девушки капитально зацепили.

И остались же в наше время такие индивиды?

В моей жизни нередко случались встречи и завязывались отношения с опытными и раскрепощенными женщинами, но никогда ни одна из них не говорила в лоб о попытках разобраться в моих действиях. Ни одна не смотрела в глаза с явным вопросом на очевидное: «Что за игра между нами происходит, босс?»

Происходит, Лера и многое, в чем ты имела возможность убедиться сегодня. И озадачиваться действиями мужчины, которого подпирает стояк от одного взгляда на тебя — крайне неразумно.

Утром, приехав в филиал, не сразу узнал её в деловом платье, резко она сменила эксцентричный образ. В лифте я с жадностью рассматривал её новый облик. Валерия на удивление не краснела в моём присутствии, но потерялась, и заметно расстроилась из-за неверных выводов. Я давно не мальчишка и контролировать порывы хорошо умел, что в скором времени ей предстояло узнать. Сейчас же, вечером, с трудом сдержался, когда она попыталась найти важный для себя ответ в моих глазах. Да, моя молниеносная отстраненность, в её же благо, хоть и сбила с толку, пока была необходима. Валерии требовалось время разобраться не только в моих мотивах, но и в её угасающих отношениях.

Конечно, можно было час назад заявить ей о своих желаниях и обсудить характер назревающих между нами отношений вплоть до частоты встреч, учитывая моё проживание на островах Туманного Альбиона, но она должна была сама сделать выбор.

Ждать я умел и почему-то не сомневался, что вопреки надуманным запретам, Валерия его сделает. Один её шаг, одно желание, и я готов был показать ей свой мир.

С этим решением и твёрдым намерением продолжить наше деловое общение и оборвавшийся разговор, заснул.

Новый день начался с хороших новостей от брокера и с повышенным настроением я собрался в поездку в Брюссель.

Валерия.

На благодатной бельгийской земле* бизнес-джет компании приземлился около четырёх часов пополудни. Моя поездка прошла в комфортабельном салоне личного воздушного судна Крицкого, (очередной ошеломляющий сюрприз, ведь я рассчитывала на перелёт в пассажирском самолёте) не только в его компании, но и личной охраны босса, что спасло от неловкой ситуации — остаться с ним наедине. Я предпочла избегать прямого контакта в пути, особенно после вечернего прихода Дины Алексеевны и, мысленно отвесив себе отрезвляющую оплеуху, молча наслаждалась предоставленным сервисом, (на который опять же не поскупилась компания), ведь это была моя первая поездка за рубеж.

В душе, честно говоря, царил раздрай, к которому добавилась малоприятная ситуация с Никитой (не понравилось мне его сообщение, зародившее дурное предчувствие) и хотелось хотя бы на время абстрагироваться от всего.

Кирилл Константинович расположился в кресле напротив с открытым ноутбуком и время от времени отрывался от работы; он ненавязчиво наблюдал за каждым, кто находился на борту административного самолёта.

«Интересно, мы поселимся в разных отелях или нет?»

«Как долго он пробудет в Брюсселе