Зверь, шкатулка и немного колдовства - Елизавета Шумская

— Как вы думаете, жив он или?… — однажды в один из тихих совместных вечеров в домике у девушек спросила Ива.

Никому не нужно было объяснять, о ком девушка говорила.

— Думаю, да, — первым отреагировал Грым, — И я не утешаю тебя, — хмыкнул он. — Я говорил и повторю: такие, как он, из любой передряги выберутся, да еще с наваром.

— А я не уверена, — покачала головой Дэй. Вот уж кто никогда не щадил ничьи чувства, — Если он жив, то почему еще не объявился? Не думаю, что для него проблема соврать что-нибудь правдоподобное.

— Ты его сразу в преступники записала, — невольно проворчала знахарка, — Может, он мне помочь хотел.

— Нет, — махнула рукой гаргулья, — я не уверена, что это неправда. Под «соврать» я имела в виду придумать благовидную и искупающую его грехи в глазах начальства причину отсутствия.

— Решил устроить себе внеплановый отпуск? — захохотал Грым. Всем было известно, что Владигор тоскует по своим прежним вольным дням, когда он топтал дороги этого мира. Он частенько тяготился положением преподавателя и сопутствующими этому статусу обязанностями.

— Не, вот так пропасть, даже без Чапы, слишком даже для Владигора, — покачал головой Златко. — Я не уверен ни в том, что он невиновен, ни в том, что умер. Но если он жив, то возможно и такое объяснение: телепорт из подземелий того банка был экстренный и Владигора занесло так далеко, что даже ему выбраться оттуда составит большого труда.

— Это куда это, к примеру? — заинтересовалась Дэй.

— На другие материки, — пожал плечами Синекры-лый, — на острова… какие-нибудь дальние.

— С цыпочками из аборигенов, — не успокаивался тролль, — Тогда его точно еще долго не будет в Университете.

— Тебе бы только цыпочек… — начала было гаргулья.

— В другие миры, — продолжил дальше Бэррин, разом прекратив наметившуюся перепалку.

— А что, мог даже в другой мир попасть? — заинтересовалась Дэй.

— Думаю, да. Где-то я про такое слышал.

— Кошка — пример, — тихо произнес Калли.

— Но ее маг выкинул… Анкел, — возразила гаргулья.

Эльф повел плечами:

— Но возможно же…

Какое-то время заняла дискуссия на эту тему, мало что, впрочем, давшая.

— И все-таки, — нахмурилась гаргулья, которой порядком надоела предыдущая тема, — допустим, одним из тех разрушителей был Владигор. Но кто же второй?

Этот разговор велся уже не раз. Ответа на вопрос Дэй не было ни у них, ни у сыщиков славного города Лекса.

— Может, кто-то из Кошек или людей Анкела? — в сотый, наверно, раз предположил Бэррин, — Или вообще какой-то неучтенный маг, подельник этого Жема Воротника? — пожал плечами юноша. — Боюсь, правды мы так и не узнаем, — вздохнул Златко, и все поняли, что он говорит совсем не о других мирах или предполагаемой смерти Владигора. Нет, он имел в виду причастность их преподавателя к делу с Кошками.

— Кто знает, — мягко возразил эльф. — Тайное порой становится явным, а скрытое оказывается на поверхности. Годы многое обнажают.

Все немного помолчали, как часто бывало после высказываний Светлого.

— Щапа скучает, — негромко и даже сдавленно произнесла Ива в этой тишине. Шуш прижался к ней посильнее. Он и правда казался опечаленным, хотя еще минут пятнадцать назад весело носился по балкам.

— А ты? — Синие глаза Калли в упор уставились на подругу.

— И я.

Всадник на недавно купленной лошади с каждым часом все больше отдалялся от Центральных земель. «Ну ладно, — думал он, — я хотел изменить свою жизнь, я ее изменил».

Он даже не представлял, насколько прав. Теми же дорогами, лишь немногим позже него ехал еще один всадник. У него были внимательные глаза хищника и кошачьи повадки. Он вел охоту.

«Катерина будет довольна».

Часть вторая

ШКАТУЛКА С СЕКРЕТОМ

Камо грядеши?

— Ну отдай мне их… — ныл один из собеседников.

— Не-а, — смеялся в ответ другой.

— Ты же знаешь, я имею на них право!

— Ничего ты не имеешь. — Ответ прозвучал категорично, но произносивший это явно забавлялся.

— Это нечестно!

— Тебе ли говорить о честности?

— Между прочим, я всегда играю честно! — И это была правда. Просто своеобразная.

— Вот именно — играешь, — На этот раз слова прозвучали веско.

— Хочешь сыграть? — Первый явно оживился. В полумраке глаза разве что не загорелись. Красным.

— Не могу удержаться… — Теперь же в голосе звенела деланая печаль.

— На каких условиях? — Спрашивающий почти дрожал от предвкушения и азарта.

— Как обычно, — Им не нужно было обсуждать что-то более подробно. Они играли уже столько веков, что слова являлись, скорее, прихотью обоих, чем необходимостью.

— Отлично. По рукам!

— По рукам…

Сумерки накрыли Стонхэрм покрывалом иллюзий и тайн. Этот город любил их.

Дэй изнутри открыла дверь их с Ивой домика и посмотрела на порог. На верхней ступеньке лежало несколько писем и посылка. Гаргулья хмыкнула, подхватила все это и, возвращаясь в комнату, хлопнула дверью, оставив за ней мягкое солнце начала лета, сладкий манящий воздух, зелень травы и деревьев, ясную чистоту синего неба с пасторальными белыми облаками.

— Кто знает, что за новая мода — писать письма по поводу и без повода? — спросила гаргулья, не обращаясь конкретно ни к кому. Кто-нибудь да ответит, тем более что вся честная компания была на своих местах: Грым лежал на диване, Калли сидел на столе, Златко — в кресле, Ива же как раз вносила чай, а Щапа бегал по балкам.

Синекрылый оторвался от книги и посмотрел на добычу гаргульи. Эта мода действительно появилась совсем недавно. Но если в самом начале они буквально выхватывали письма у почтальона, в роли которого выступали либо один из университетских привратников, либо магические существа, иногда создаваемые по его просьбам жалостливыми преподавателями (корреспонденцию-то стали получать все разом), то сейчас их терпения хватало лишь на то, чтобы дождаться, пока Дэй прочтет имя адресата и отдаст вожделенные конверты кому требуется.

— Я думаю, это все из-за того нового романа, — поделился он. — «Роковое письмо». В этом произведении все только тем и занимаются, что пишут друг другу письма. Да и главная загадка сюжета, равно как и отгадка, содержится именно в письме.

— Ты же говорил, что не читал его, — фыркнула Дэй. Новомодный роман считался любовным и очень популярным, что, как известно, является не лучшей рекламой.

— Я решил идти в ногу со временем и ознакомился с ним, — Златко гордо задрал подбородок, не давая себя смутить. — И знаешь, мне понравилось. Великолепно закрученная интрига, необычная композиция, отличный язык и мешанина времен и событий. В общем, есть за что зацепиться. Так вот, в этом романе действительно было очень много писем. Причем писали их и возлюбленные друг другу, и деловые партнеры, и просто друзья-приятели, сообщая, к примеру, о месте и времени встреч. Я все думал, какое же из них роковое? Кстати, там была очень забавная изюминка — на каждом конверте был свой рисунок, соответствующий основной теме письма…