Офисные записки (СИ) - "Кьяза"

Субботний день Витольд полностью посвятил работе, лишь поздним вечером устроился в гостиной. Вся хорошая погода уехал за Ландышем в Питер, на улице мелкой сеткой зарядил дождь. По его просьбе растопили камин. На столе стоял бокал с виски, веером разлетелись наброски, придавленные карандашами. Черный, зеленый и синий. Необычное сочетание.

Зазвонил телефон. Незнакомый номер. Он усмехнулся и поднял трубку.

— Отстань от моей дочери.

— Ну здравствуй, Мил. Давно не виделись.

— Вит, ты мстишь? Ты сам тогда ушел.

— Мил, я не буду делать вид, что не знаю о ком речь. Да, твоя дочь работает у меня. Подчеркиваю — работает.

— Только не говори, что ты не знал.

— Знал. Стало интересно, пригласил на собеседование. Ландыш показала хорошие познания в профессии, я взял ее на работу. Гордись, Мил, результаты первой недели показали, что ты воспитал прекрасного человека.

— Все иронизируешь? — на том конце трубке вздохнули.

— Нет.

— Зачем, Вит?

— Мил, остынь. Корысть была одна. Я надеялся, что юное создание проговорится, у кого работает и старые друзья мне позвонят.

— Мы разошлись, дружба закончилась.

— Вы с Леной ушли, я не рвал отношения. Мил, мы дружили с детского сада втроем. Да, я совершил ошибку, привел Карину. Что случилось, то случилось. Я же не знал…

— Она твоя жена.

— Уже нет. Мы развелись семь лет назад.

— Тебе сочувствовать или поздравить?

— Лучше приезжайте с Леной в гости, я буду рад вас видеть, — Витольд ждал ответа.

— Не уверен что это правильно, я не доверяю тебе. Отпусти Ландыш.

— Я не держу ее. Мил, Лена осталась с тобой. Я принял ее выбор.

— Знаешь что, Вит! — не выдержал Милослав.

Витольд услышал тихий голос Лены, которая что-то объясняла мужу, тот недовольно прорычал ругательства но отдал трубку жене:

— Вит, здравствуй.

— Здравствуй, Лена. Мил по-прежнему ест из твоих рук?

— Не смешно. Вит, у меня просьба.

— Для тебя что угодно.

— Ландыш ни в чем не виновата.

— Лена, я знаю. Можно я скажу тебе, потому что твой супруг готов меня побить даже по телефону. Мне жаль, что тогда получилась та некрасивая история, которая разрубила нашу дружбу. Мне жаль, что Мил забросил рисовать. Но хоть ты услышь меня. Я принял твой выбор. Я признаю права Мила на тебя. Приезжайте. Я скучаю по вам двоим. Лен, мы с детства дружили, и даже по прошествии стольких лет вы оба мне дороги. Как друзья-товарищи. Приезжайте. И Ландыш будет рада.

— Я поговорю с Милом. Обещай не обижать Ланду.

— В моем обществе для Ландыша нет никакой угрозы. Я не обижу девочку. Знаешь, Лен, забавно. Милое создание унаследовала ваши глаза. Смотрю в них и вас вспоминаю. Приезжайте.

— Мы подумаем. Ты обещал.

Витольд выслушал серию коротких гудков и опустил трубку. Затем подошел к столу и стал осторожно собирать зарисовки. Ее родителей он убедил. Осталось убедить ее и…себя.

* * *

Неделя выдалась спокойная, я знала, что Вишневского не будет. Он в составе жюри специализированного конкурса объезжал номинантов, параллельно встречаясь с нужными людьми. Неизменным оставались лишь шоколадные конфеты. что я утром находила на своем столе. Поскольку мой бумажный хаос теперь не встречал меня аккуратными стопочками, я сделала предположение, что угощение привозил курьер Угощение мы съедали вместе с девушками, но тайного дарителя я никому не говорила. Антон тоже молчал о об увиденном в пятницу.

Я потихоньку обучала девушек компьютерной грамотности, рассказывая про горячие клавиши. Обзор по СЭДам был готов, но я сомневалась что его нам установят, и дело не в директоре. Дедовщина в компании была. Здесь стаж становился синонимом мудрости и высшей степени профессионализма, а поэтому старички в штыки воспринимали все новое. К концу недели я уже научилась абстрагироваться, разрисовывая служебные записки красной ручкой. Терпеть не могу неграмотные документы. На меня кричали, на меня давили. Один раз, когда я как раз проверяла у секретарей списки по клиентам, мне попытались пригрозить увольнением. Сдерживая гнев, я лишь кивнула, предложив Беляеву прямо сейчас позвонить Вишневскому и озвучить рациональное предложение. Запал пропал, больше увольнением мне не грозили, а жаль.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

К концу пятницы список был укомплектован, я даже успела подбить бюджет на подарки. Девочки в трудовом порыве отсканировали все, что попалось под руку, включая договоры, у которых истёк срок хранения. На разбор актуальных или непригодных договоров у меня ушел день, и все это под нытье Антона, что с такими темпами придется заказывать отдельный сервер секретариату. Я заметила, что здесь принято все важное откладывать на вечер пятницы. Вот и сейчас Липатов, руководитель проектов из направления дизайна, принес заявку на командировку. В количестве четырех человек они ехали в Липецк. Бумаги приняла Софья. Нам надо было заказать билеты, гостиницу, трансфер согласно заявке.

— Они не знали что едут? — буркнула я, — билеты теперь дорого обойдутся. Сонь, выкупай и купе, гостиницу посмотри по отзывам и в гостинице часто есть свои водители.

— Игорь Валерьянович просил самолет.

— Что? — я отвлеклась от компьютера.

— Игорь Валерьянович просил самолет.

— А за аренду самолета кто платить будет?

— Зачем арендовать? Билеты купим, у нас есть агентство, которое делает все, что связано с самолетами.

— Соня, самолеты в Липецк не летают. Я даже не уверена, что там есть аэропорт. Поездом поедут, там всего пять часов дороги от силы.

— А номера какие?

— Обычные двухместные.

На этом разговор закончился, а через час Соня принесла мне счета, которые я лично доставила в бухгалтерию вместе с заявкой Липатова. Отказать не получилось, потому что виза генерального стояла на заявке, а из задекларированного бюджета я не выбилась. На обратном пути мне позвонила бывшая однокурсница.

— Ланка, пойдем на выходных гулять.

— И тебе здравствуй, Таня. А с кем и куда?

— Да как обычно, в парк Горького. Почти все наши будут.

— То есть все в курсе, кроме меня.

— Потому что только ты начинаешь уточнять все и вся. В общем договорились. Как обычно в полдень.

— Стоп, — одернула я ее, — А Олег будет?

— Ландыш, ты за кого нас держишь? Нет, конечно.

Это хорошо. С Олегом мы поссорились на год назад как раз на такой прогулке. Он слишком много уделял внимания другим девушкам, хотя мы и встречались с ним почти четыре года. А когда мы с девчонками отошли на несколько минут, то по возвращению застали эпическую картину — парень целовался с какой-то блондинкой. Я пожала плечами и пожелала им счастья. Таня тогда удивилась моему хладнокровию, а потом, спустя пару часов, слушала мои слезные излияния о вероломстве мужчин.

Мотнув головой, отгоняя неприятные воспоминания, я посмотрела на секретарей:

— Так, мой день здесь закончился. Я домой. Соня, я все отдала по командировкам, так что отследи оплату и распечатай потом билеты, адрес гостиницы, обязательно узнай телефон водителя, который их будет встречать. Все сложи в одну папку, чтобы наши творческие личности ничего не потеряли. Еще вопросы есть?

— Витольд Лоллийевич приехал.

Я вздохнула и направилась наверх. Взяв папку на подпись, зашла в кабинет:

— Добрый вечер.

— Ландыш, здравствуй. Ты с документами? Нет в тебе жалости. Сделай, пожалуйста, горячий чай, что-то замерз я.

Я положила папку на стол и сделала шаг в сторону двери, где меня настиг оклик:

— И себе.

Когда я вернулась, он уже расправился с документами. Увидев большую кружку, удивился:

— Это ты кому?

— Вам. Вы же сказали, что замерзли.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Вполне было достаточно горячего чая с лимоном.

— А здесь можно и руки погреть, — я поставила перед ним кружку.

Он настороженно покосился на меня, затем взял бокал. Я опустила голову, пряча улыбку, но Вишневский заметил:

— Смеешься?

— Вы дома тоже пьете из классических чашек? — поинтересовалась я.