Второе дыхание любви - Элли Даркинс

душу, задавать ей вопросы личного характера. Заставлять ее возиться с плачущими младенцами. Но он знал, что Маделейн не согласилась бы пожить у него просто так. Должно быть, Джейк тоже это знал, поэтому и предложил Финну взять ее на работу в качестве временной няни.

С того момента, как Маделейн вошла в его дом, она начала возводить вокруг себя защитные барьеры. Но прошлой ночью не стала от него отгораживаться. Она рассказала ему о том, что много лет отравляло ей жизнь. Он подозревал, что до сих пор она никому об этом не рассказывала. Затем прижалась к нему, и он ее обнял и дал ей слово, что сделает все для того, чтобы она чувствовала себя защищенной. То, что она к этому моменту уже мирно посапывала, не имело значения.

Но как он мог ей это обещать после того, как его брак рухнул? Он подвел Каро. Он пренебрегал ею. Того, что он ей давал, было ей недостаточно. Сейчас ему нужно не только работать, но и заботиться о детях. Это означает, что он не сможет уделять Маделейн достаточно времени и внимания. Она заслуживает иметь рядом преданного мужчину, на которого она могла бы положиться. Ей совсем не нужен мужчина, которому приходится разрываться на части, чтобы решать свои проблемы. Мужчина, для которого его дети от предыдущего брака всегда будут на первом месте.

Но когда он проснулся и обнаружил в своих объятиях Маделейн, здравый смысл покинул его. Больше всего на свете ему захотелось погладить ее длинные стройные ноги, которые наверняка болели после вчерашней прогулки. Запустить пальцы ей в волосы, наклониться и…

– Финн? Боже мой, как…

«Приятно? Чудесно?»

– Неловко, – закончила она, отстранившись, и перебралась на другой конец дивана. – Прости, – пробормотала она, обхватив руками согнутые в коленях ноги.

Финн почувствовал, что защитные барьеры, которые она опустила вчера, вернулись на место. Он не мог ее винить, потому что она в них нуждалась. Точнее, они были нужны им обоим, поскольку он с трудом сохранял самообладание. По крайней мере, один из них должен повести себя благоразумно и пресечь на корню их влечение друг к другу, пока оно не вышло из‑под контроля и не навредило им обоим.

Они оба знают, что между ними что‑то происходит. Судя по тому, что они старательно друг друга избегали последние несколько лет, возможно, знали об этом уже давно.

Но они оба понимали, что этому влечению нельзя давать волю. Что его лучше загнать в самый дальний уголок разума и держать там, пока оно не будет забыто навсегда.

– Не надо извиняться. – Поднявшись, Финн подошел к кухонной стойке и включил чайник. Ему было необходимо успокоиться. Он был бы рад, если бы у него прямо сейчас появилась веская причина покинуть кухню, но дети, как назло, спали. Это было неудивительно, учитывая, что они устроили ночью.

Когда он приготовил две чашки чая и повернулся лицом к дивану, Маделейн сидела на краю, закутавшись в кардиган. Было нетрудно догадаться, что она пришла к тем же умозаключениям, что и он. Что этот мягкий кардиган, который всего несколько минут назад прижимался к его коже, был одним из ее защитных барьеров. Разве мог он винить ее в том, что она от него отгородилась? Его самого этим утром раздирали противоречивые эмоции, от которых ему хотелось избавиться.

Взяв свой мобильный телефон, он начал просматривать электронную почту и обнаружил письмо от агентства по подбору домашнего персонала. Это была безопасная тема для разговора, и он за нее ухватился.

– Мне прислали список претенденток на должность няни. Ты поможешь мне провести собеседование? Менеджер агентства пишет, что их могут прислать уже завтра, если мне будет удобно.

– Хорошо, я помогу. Тебе нужно сегодня ехать в офис?

– Нет, если там не возникнет непредвиденной ситуации. Но мне хотелось бы поработать несколько часов в своем домашнем кабинете. Ты позаботишься о детях, пока я буду занят?

– Конечно. Если тебе понадобится еще какая‑то помощь, дай мне знать.

Если они сегодня будут реже попадаться друг другу на глаза, возможно, их влечение друг к другу пройдет, и завтра они смогут спокойно поехать в его офис и проводить собеседования с нянями, забыв о том, что провели сегодняшнюю ночь в объятиях друг друга.

Сегодня ему поможет отвлечься работа. Ему все еще нужно вернуть банку огромную сумму денег, которую он потратил на покупку нового офисного здания для своей компании. Он больше не может отлынивать от работы. Ну и что с того, что сегодня воскресенье?

К завтрашнему дню дети привыкнут к Маделейн, а она к ним, и после этого он сможет с чистой совестью уделять больше времени работе. Но он не может оставлять Маделейн наедине с детьми после того, что случилось прошлой ночью. И причина не только в недосыпании. Маделейн открылась ему, предстала перед ним уязвимой, и было бы неправильно по отношению к ней уехать в офис, взвалив весь груз ответственности на ее хрупкие плечи. Прошлой ночью он пообещал Маделейн быть рядом с ней и собирался сдержать свое слово.

Глава 9

Двадцать четыре часа спустя Финн был уверен, что справился со своим влечением к Маделейн. Они целый день провели в квартире. Он работал в своем кабинете и вместе с Маделейн заботился о детях. Казалось, Харт и Белла сжалились над ними. Днем они были довольно спокойны, а ночью проснулись всего один раз, поели и быстро уснули.

Они с Маделейн ни разу не говорили на личные темы. Очевидно, она тоже решила избавиться от своего влечения к нему. К счастью, они оба поняли, что им лучше делать вид, будто между ними ничего не происходит.

– Как насчет такого плана на сегодняшний день? – спросил он, когда они пили кофе в понедельник утром. – Вы с детьми поедете в офис вместе со мной. Там с ними будут обращаться как с маленькими знаменитостями. Тебе нужно будет только следить за тем, кого из них в какой кабинет понесли для телячьих нежностей. Я распоряжусь, чтобы тебе принесли большой запас кофе. Когда нужно будет менять детям подгузник, ты можешь позвать меня. После ланча мы вместе проведем собеседования. Ну, что скажешь?

– Если обязанности няни твоих детей заключаются в этом, я хочу работать на тебя постоянно, – произнесла она со слегка натянутой вежливой улыбкой. – Море кофе, никаких подгузников. Возьми меня на эту работу.

Глядя на ее напряженные черты, он подумал, куда подевалась прежняя легкость их общения. Затем он