Цветущий ад #2 - Сергей Владимирович Руденко

вынуждены это сделать, спасаясь от пожара. Не торопитесь их провоцировать, давайте еще немного поживем… Ну, или выкиньте меня перед этим!

— А ведь отличная идея! Great idea! (Отличная идея!) — повторил я задумчиво для внимательно прислушивающегося собеседника.

— Какая именно, сэр? — довольно скептически поинтересовался рыжий.

— Сбросить тебя…

— What? — не понял он.

Стянул с себя портупею вместе с ножнами от тесака и жестами показал, что англичанин должен ее надеть на себя.

— What? — переспросил он.

— Одевай-одевай! — не понимая, что я собрался сделать, тот все же подчинился.

Дальше, я велел ему стать у самого борта, зацепил одним из канатов за страховочный пояс, которые были частью формы здешних матросов.

— What?

Вопрос я снова проигнорировал, и не вступая в дебаты, сократил трос до длины приблизительно в три метра.

Когда я неожиданно ухватил Джона за ноги и в одно движение перебросил через борт, на его лице было написано такая растерянность, что он закричал, только повиснув внизу.

— Сэр, да как вы могли это сделать⁈ И если вы хотели меня убить, зачем нужно было привязывать меня? Или что, вы хотите чтоб я еще и сам перерезал канат… — задохнулся он от возмущения.

— Cut the web, you idiot! Faster! (Режь паутину, болван! Быстрее!)

Осознав, что он висит как раз на той высоте, где паутина прилипала к канонерке, рыжий подавился очередной жалобой, и обрадованно потянул тесак из ножен.

* * *

Вечер того же дня

Ветер довольно ощутимо подгонял канонерку, и мы приближались к Урюпинску. Сумев вырваться из этой случайной ловушки буквально в последний момент, все мы по-прежнему находились под впечатлением от произошедшего, из-за чего большей частью помалкивали.

Нет, паутина не порвалась.

Думаю, даже одной надежно закрепленной нити хватило бы, чтобы удержать наш летающий корабль на привязи. А вот клейкие шарики на ней оказались куда менее надежны. Куда раньше, чем каменные пауки пошли на штурм, Джону удалось перерубить достаточно нитей, чтобы клей на оставшихся уже не мог удерживать нас на месте.

Он, кстати, не был в претензии за мой экспромт. Но побывав так близко — фактически понюхав смрадное дыхание Смерти — англичанин избавился на некоторое время от своей обычной разговорчивости. Ну, или притворялся, не желая говорить об этом.

Похожая история произошла и с Ромкой. Только тот находил забавным каждые полчаса напоминать, что «мы его бросили», и не дали «хотя бы одним глазком глянуть на этих мерзких тварей…»

Решив, что такая тишина вряд ли пойдет на пользу, я позвал всех собраться на палубе, и напомнил интуристу о его странной оговорке про каких-то «скарабеев» и их связи с перерождением.

— Не понимаю, сэр… — удивился тот, но после того, как я напомнил ему обстоятельства, рыжий поморщился, и догадался о чем я. — Разве вы никогда не пытались хоронить здесь?

— Ну, вроде того… — теперь уже я не понимал, о чем он. — Ромыч, переведи ему, что я много видел мертвых, но хоронил только один раз. Если он о возрождении «Пустышек», то я пока только слышал об этом. Лично — ни разу не видел, слишком недавно здесь…

Действительно, совершенно безвольных людей я уже видел, но то, что они рождаются из странного камня, извлеченного из человека, пока просто не мог увидеть. Такое возможно два раза в год, только после сезона дождей.

Ромка некоторое время подробно переводил, а потом, неожиданно посчитал необходимым вмешаться в наш разговор:

— Я знаю, о чем он! Если бы мы остались понаблюдать за телами наших погибших спутников, то к концу второго дня из земли выкопались бы такие типа крупные жуки, в Урюпинске их называют «похоронщики», и приберут остатки тел. Они жрут остатки любой падали здесь, но на живых никогда не нападают.

Уточнив у англичанина, Ромка образовался:

— Ну, точно!

— Причем тогда, здесь перерождение? Мы же забираем Зерна Душ? — напомнил я.

— Считается, что если твоей душой не завладеют другие люди, то у тебя есть шанс переродиться по-настоящему. Ну, как в первый раз, без «тупости» и последующего вынужденного рабства! Ну, в смысле: в рабство ты сможешь попасть, но будешь уже при этом не пустышкой… — хмыкнул Ромка.

Выслушав перевод, Джон подтвердил сказанное мореманом, только добавил:

— У нас верят, что шанс правильно переродиться есть, только если тебя заберут скарабеи! Те жуки, о которых говорил господин боцман.

— А, так получается, пауки могут не позволить забрать останки?

— Да, сэр! Если тело висит на высоте, они туда не смогут забраться, и ты будешь мертвым очень долго. Очень-очень долго!

Парни еще что-то обсуждали на эту тему, но я к ним не прислушивался. В голове билась догадка, что я поторопился радоваться, будущей встрече с Настей. Кажется, ее Зерно меня не дождется…

* * *

* Паразит, подобный описанному, на Земле действительно встречается.

Глава 7

Занимательная археология

День 66, рассвет

Вчера добраться до Урюпинска так и не удалось. В какой-то момент ветер сменился, нас стало сносить в сторону — к северо-востоку, к горному хребту из-за которого приходили те самые «недовикинги» — и пришлось задуматься о ночевке на земле.

Искать попутного ветра выше — с нынешней загрузкой означало слишком уж высокий расход топлива, и мы решили экономить. Кто знает, сможем ли пополнить стратегический запас в ближайшее время. Все-таки без работающих силовых машин наша канонерка — это фактически просто странный ящик. Да, очень изящный и даже немного приспособленный для жизни, но и все.

Можно было бы, конечно, всю ночь продрейфовать на минимальной высоте, где расход был бы вполне приемлем, но мы все-таки решили ночевать по-человечески, на земле. Точнее — не совсем «на земле».

Уже в темноте мы довольно произвольно выбрали одну из вершин небольшой гряды, чудом сумев на нее безаварийно приземлиться. В этом, безусловно, была заслуга англичанина, ну и — самой вершины.

Она оказалась и в самом деле плоской. Правда, исследовать ее в темноте, на предмет опасного соседства, мы все же не рискнули. Такие приключения после вчерашнего случая показались нам не лучшей идеей. И не прогадали, на рассвете удалось проснуться самостоятельно.

— Видишь что-нибудь? — поинтересовался я у Ромки, высунувшего голову из люка на верхнюю палубу. — Чего ты там…

— У нас все отлично: никто не успел поселиться, если ты об этом. А вот на