Питомник фамильяров "Драконья чешуйка" (СИ) - Смертная Елена

— Аристократы, обычные люди… все вы одинаковые. Откуда я знаю, что могу доверять конкретно тебе, Амели? Моя сила стоит многого. Быть может, ты просто собираешься продать мою голову на чёрном рынке?

Это стало большим оскорблением, но я не подала виду. Сравнивать меня с теми людьми в доме пороков? Немыслимо!

— Я содержу свой питомник. Род Феллер много лет занимает тем, что помогает редким фамильярам находить своих хозяев. Каждый из малышей мне родной. Я использую магию природы, которые даровали мне добрые духи. Я могу помогать фамильярам пройти процесс перерождения, потому что сам Хозяин Андарского леса даровал мне эту силу. Поэтому прошу, поверь, я твой самый верный союзник…

Хамон долго не отвечал. Он с задумчивостью смотрел точно мне в глаза. Его взгляд был холодным и испытывающим. Я ему не нравилась. Кажется, никто из людей ему уже давно не нравился. Существо, которое потеряло всякое доверие. При этом сохранило самодовольство, высокомерие и гордыню. С ним будет сложно… но я справлюсь.

— Род Феллер, говоришь… — вольфпалм медленно и тяжело поднялся. — Ладно. Я пойду с тобой. Но знай, Амели, если ты обманешь меня… я убью тебя и всех, кто тебе дорог.

Последние его слова прозвучали уверенно, гневно, почти рычаще. Нельзя было не поверить в эту угрозу. Подобное существо сможет совладать со мной, даже если магия вернется. Но ведь я не собиралась предавать его, значит, бояться мне нечего. И всё же под ребрами скреблось опасение. В ту секунду, когда Хамон произнес угрозу… он словно стал совсем другим. Лишь на мгновение в глазах вольфпалма отразилась кровавая злоба, но я успела заметить её. Будто это не великое и мудрое существо, а ужасный убийца. И ведь он прошёл войну… страшно, но обратно я не поверну.

— Идём. Снаружи ждёт мой… — я запнулась, как же его назвать? — … мой… друг.

— Друг? — Хамон сделал несколько шагов в сторону двери. — Кто он? Ему можно доверять?

Я снова замялась.

— Да.

— Не похоже на уверенный ответ…

— Он сильно обидел меня лично, но как в товарище я в нём не сомневаюсь. Его зовут Торадин. Он хороший человек… дракон, если быть точной.

— Дракон? Я думал, они все вымерли.

— Осталась одна горе-семейка, — я усмехнулась, но вольфпалм не оценил юмора и лишь взглянул на меня с равнодушным пренебрежением.

— В любом случае, тот факт, что дракон на нашей стороне, а не на стороне врагов — это уже значительный перевес сил.

Я отошла в сторону, пропуская фамильяра пройти вперед, в дверной проём.

— Мы не на войне. Здесь уже нет врагов, — моих губ коснулась легкая улыбка.

Во взгляде Хамона появилась смесь разочарования и осуждения. Он медленно вышел прочь из белого помещения, покрытого полем антимагии. Проходя мимо, он кинул лишь:

— Враги есть всегда и везде. Этого не понимает только глупец.

Столько высокомерия было в этой фразе. Ужас. Я вздохнула и поняла лишь одно — жить с этим белоснежным господином будет куда сложнее, чем с Торадином. А уж найти такому нового хозяина — тем более. Но раз уж назвался груздем — полезай в кузов…

Я пошла следом. Осталось встретиться наверху с Торадином и уйти столь же незаметно, как мы и пришли. Теперь можно сделать подкоп в любую точку за пределами поместья прямо из лабиринта. А там — на дракона и домой. Ох, уже представляю недовольство Зузи, когда она познакомиться с нашим новым сожителем. Что-то в последнее время у нас очень много гостей развелось: Торадин, мой родственничек, а теперь Хамон. Пора перебираться в дом побольше…

Глава 10. Ярость зверя

Я спокойно сидела в столовой и пила утренний чай, когда в помещение ворвалась разгневанная Зузи с полной тарелкой пирожков и гневно завопила:

— Я УБЬЮ ЕГО! ВСЕМИ ДУХАМИ ЛЕСА КЛЯНУСЬ, ПРИДУШУ!

После того, как у нас в доме поселился товарищ вольфпалм, зайчиха начала нервничать куда больше. С момента его похищения прошло уже два дня. В ту ночь мы без труда ускользнули мимо охраны через созданный мною подкоп. А дальше — на дракона и домой. Кстати, о драконах, Торадин тоже был в столовой и дожевывал свой завтрак. Я просто с ним не разговаривала. Вообще…

— Выдохни, милая, — размеренно попросила я. — Что произошло?

— Что произошло?! — фамильярша с грохотом поставила тарелку на стол так, что все пирожки подскочили. — Этот ваш волчара не Хамон, а хамло! Я уже два дня перед ним пляшу и так, и эдак, лишь бы ему угодить. А эта зараза ничего не ест. НИ-ЧЕ-ГО. А ещё фыркает и постоянно говорит, что наша еда ужасна, и как ему здесь не нравится!

Зайчиха и правда нервно выплясывала, перескакивая с одной лапы на другую. Перед этим она, конечно же, залетела прямо на стол. От эмоций у Зузи выросли и крылья, и рога… странно, что не вторая голова.

— Я вообще не понимаю, почему ты ещё и свою комнату ему отдала! — продолжала негодовать фамильярша.

— Он не захотел жить в подвале, — я пожала плечами. — Мы решили, что он спрячется там, если кто-то неожиданно заявится в дом. Ну и так как он наш гость, я отдала ему лучшую спальню. Вернее, он сам её попросил…

— Ага, — вмешался дракон, который подхватил один из подлетевших пирожков и теперь недовольно его жевал. — Зато выселила меня из гостевой спальни на диван в гостиной. Что-то ко мне не отнеслись как к желанному гостю.

Я выдохнула, сохраняя равнодушное лицо.

— Зузи, передай нашему нежеланному сожителю, что ему ещё повезло, ведь я не выселила его в тот самый подвал или на улицу. И если бы не малыши-фениксы, он бы вообще отсюда вылетел в первый же день.

— Амели просит передать… — честно начала Зузи.

— Я всё слышал, — буркнул дракон, перебивая её. — Передай своей обиженной барыне…

— Я ВАМ НЕ ТЕЛЕФО-О-ОН! — Зузи взорвалась криком. При этом её уши взвились вверх, она топнула лапой, и пока тянула это громкое «о-о-о», открыла пасть столь широко, что в сторону Торадина вырвалось почти полноценное драконье дыхание… которое, правда, состояло не из огня, а розовой пыльцы. В итоге к концу крика зайчишки он весь оказался покрыт блестками, будто настоящая принцесса. Мы синхронно замолчали, смотря теперь на фамильяршу с опасением. Она же кашлянула, выпуская последний залп пыльцы, и спрыгнула со стола вниз.

— В общем, иди сама разговаривай с этим мистером «я не буду есть вашу жуткую еду». Потому что с меня хватит. Помрёт с голоду — не вольфпалм и был.

Я вздохнула. Видимо, спокойно позавтракать сегодня мне не дано. Взяла тарелку с ароматными пирожками, которые и правда были очень вкусными, и пошла в мою спальню… вернее, временное пристанище нашего желанного гостя.

— Можно? — заглянула я, постучавшись.

Хамон лежал у окна и читал, прижимая книгу к полу передней лапой.

— Да.

Я зашла, но как только фамильяр увидел злосчастную тарелку, он тут же закатил глаза и отпустил взгляд в книгу.

— Я уже всё сказал твоей подопечной. К этой еде я не притронусь.

— Я всего лишь оставлю их на тумбе у кровати. Если захочешь — угостишься. Ну а если нет — не страшно. И с Зузи лучше не ругайся, а честно скажи, чего бы тебе хотелось. Уверена, она сможет это приготовить. Она у нас мастерица.

— Я десятки лет не ел пищи людей и питался энергией моего хозяина, — безучастно отвечал вольфпалм. — Мне не хочется ничего конкретного. Я лишь знаю, что это есть не буду. Так что убери сразу, иначе еда испортится. Впрочем… туда ей и дорога.

— Ну всё, — из-за двери вдруг выскочила разгневанная Зузи. — Я долго молчала и терпела, но это уже слишком!

Она словно бык выставила вперед рога и начала загребать лапами. Казалось, малышка хочет взять вольфпалма на таран. Вряд ли он даже почувствует её укол, но я всё равно поспешила перехватить фамильяршу на середине пути.

— Отпусти, Амели, я сейчас ему всеку! — рычала Зузи, никогда её такой не видела.

— Да ну перестань, он не хотел тебя оби… — я прервалась на полуслове. Со стороны вольфпалма раздался утробный предупреждающий рык. Подняла взгляд и поняла, что Хамон напряженно выпрямился, оскалился, а его глаза налились кровью. Будто попытка невинного нападения от маленького зайчонка переключила его на агрессивный режим.