Варрэн-Лин: Узы Стаи - Юна Ариманта

— Я знаю! — торопливо воскликнула Динка. — Портал… здесь где-то есть портал, я чувствую его и могу обернуться. Хоегард… — мысли никак не желали складываться в последовательную речь, но Хоегард чувствовал ее на более глубоком уровне, нежели просто мысли.

— Я пущу стрелу, и по ее следу протяну силу. Динка, беги! — крикнул он, зубами ощупывая свой дорожный мешок, сквозь который проступали очертания арбалета. Динка коснулась его носом, связывая свой резерв с его резервом тонкой, но прочной и эластичной невидимой нитью, и бросилась бежать мимо защищающихся у подножия скалы белых.

Скользнув по ним взглядом, она отрешенно отметила, что впервые видит, как сражаются настоящие Варрэн-Лин. И это было страшное зрелище! Черные и красные варрэны сгорали прямо на бегу, осыпаясь дорожкой черного пепла. Но следующих за ними это не останавливало. Они шли по кучкам золы и трупам своих товарищей, рвали все, что попадалось им на пути зубами, когтями и рогами, не замечая ничего вокруг, и глаза их горели безумным огнем. До поры до времени Динке удавалось на бегу уворачиваться от смертельного столкновения. Но когда на ее пути встал огромный морковно-рыжий громила, она, не задумываясь, выпустила огонь на волю, стараясь не смотреть на то, что осталось от красного варрэна.

— Динка, тебе бежать еще сто шагов, и у треугольной скалы ты должна остановиться. Хоегард, ты приближаешься к порталу, готовься, — в ее голове звучал голос Тирсвада, пропитанный ледяным спокойствием. И это вселяло уверенность в своих силах. Пусть мужчины от нее далеко, но они все равно рядом. Они смогут защитить друг друга!

Сквозь шум сражения Динка скорее почувствовала, чем услышала свист выпущенного из арбалета болта. Она на бегу обернулась и увидела тонкую гибкую человеческую фигуру Хоегарда на вершине торчащей над полем боя скале с арбалетом в руках и взлетевшую над полем боя стрелу с пылающим хвостом, оставляющим после себя огненный след в воздухе. Вопреки всем законам природы, болт взмыл на невиданную высоту и на излете шлепнулся прямо к лапам Белого Вожака. И в тот же миг, Динка почувствовала, как невидимая нить соединила ее с Тирсвадом.

А Хоегард уже выпустил следующую стрелу в гущу черных спин и голов, бегущих плотным строем.

«Сколько же их!» — ужаснулась Динка, увидев, что первые ряды уже сцепились с отчаянно защищавшимися белыми Варрэн-Лин, а задние ряды еще только появлялись из-за горизонта.

— Динка, стой на месте! Ни шагу больше! — прозвучал голос Тирсвада, возвращая ее к действительности. Динка остановилась и поспешно обернулась. Защищаться зубами ей не приходилось, льющаяся с ее тела сила растекалась на добрый десяток шагов и полыхала непреодолимой для мужчин-варрэнов стеной. А все ее чувства были направлены туда, где сражались в неравном бою ее мужчины.

Стрела, прочертив в темном небе сияющую дугу, воткнулась в землю и вспыхнула ярким пламенем, заставляя черных варрэнов испуганно отпрянуть. И лишь один бросился к ней и, несмотря на огонь, схватил ее в зубы. Динка ощутила резерв Дайма, почти полностью опустошенный сражением, и направила в него всю свою любовь, пополняя его. Живой! Осознание того, что Дайм жив накрыло ее горячей волной счастья.

Наблюдение за полетом третьей стрелы прервал истошный вой, раздавшийся совсем близко. Каким-то образом оторванные от основной массы и прижатые к глухой скале, отчаянно оборонялись серый варрэн и белая Варрэн-Лин, прижавшись друг к другу боками. Варрэн-Лин беспорядочно источала огонь, обжигая не только врагов, но и своего спутника. А серый принимал на себя все удары и укусы, закрывая своим телом спутницу. Резерв его был на грани жизненно-минимального.

— Сюда! Идите сюда! — завопила Динка, пытаясь докричаться до несчастных, окруженных врагами со всех сторон. Но они в горячке боя не слышали ее. Динка топнула ногой, посылая в их сторону дорожку огня, отбросившую от обреченных часть противников.

— Динка, не смей сходить с места! — проревел в голове голос Тирсвада. Динка поспешно обернулась и увидела, что Хоегард выпускает стрелу за стрелой, которые падающими звездами опускаются в центр красного воинства, пылая, словно факелы.

— Шторос! Шторос, где ты? — Тирсвад, пользуясь своим особым положением, пытался достучаться до разума рыжего, но связь с ним не появлялась. То ли он был слишком далеко и стрелы не долетали до него. То ли он был настолько осажден своими соплеменниками, что не мог дотянуться до стрелы. То ли бы без сознания. То ли… С Динкиного места разглядеть то, что происходит в центре красного войска было невозможно.

— Шторос! Я люблю тебя! — мысленно завопила Динка в темное, глухое к мольбам небо, отказываясь верить в непоправимое. И громко протяжно завыла во все горло.

Чувство целостности окутало ее внезапно, словно вспыхнула свеча, разгоняя по углам избы ночные кошмары. Шторос присоединился к звезде.

— Готовы? Динка силу в звезду! — командовал Тирсвад.

Динка поспешно обернулась на белую девушку и серого юношу. Привлеченные ее воем, они настороженно поглядывали в ее сторону.

— Сюда! Сейчас же! — рявкнула Динка, поймав взгляд серого и узнав в нем знакомого ей парнишку.

Варрэн, не раздумывая, подчинился ее приказу и, схватив Варрэн-Лин за шкирку, в три прыжка преодолел разделяющее их расстояние.

— Динка, силу! Шторос сейчас упадет! — прогремел в голове голос Тирсвада. А Динка ждала, когда четвертая лапа Варрэн-Лин пересечет невидимую черту.

Едва Динка отпустила заслонку, сила послушно хлынула в натянутые нити, как река вливается в заранее проложенное для нее русло, заполняя ее до краев.

Посреди долины белых вспыхнула невиданного размера огненная пятиконечная звезда, внутри которой укрылись ослабленные и малочисленные белые. Ее лучи сияли нестерпимым огнем, обжигая любого, кто пытался приблизиться. И атакующие отхлынули, оторопело глядя на выросшие перед ними стены огня.

Своими лучами звезда разделила армии сражающихся. С между Тирсвадом и Хоегардом остались руоги, между Хоегардом и Даймом — больные белые варрэны, между Даймом и Шторосом — черная армия, между Шторосом и Динкой — красная армия, между Динкой и Тирсвадом — выжившие после бойни серые войска.

Динка плыла в огненном смерче, едва удерживая свое сознание на поверхности. Но ощущение себя не просто Динкой, а частью единого целого со своими четырьмя мужчинами, возможность дотянуться своим разумом до их чувств, помогали ей справиться плещущейся в ней стихией.

Укрытие или ловушка

— Динка, наружный контур слабеет! Добавь силы! — окликнул ее Тирсвад.

Динка удивленно вскинула голову, найдя его взглядом. Его