Илония - Яна Ильинская

– В глазах своего сына ты был тем, кто насильно держит при себе его мать, леди Лайну.

Интар отшатнулся, Лайна коротко вскрикнув, в ужасе закрыла лицо руками. Иллар же только опустил голову.

– Ты ни в чем не виноват, - ласково подбодрила его подошедшая королева Алаина.

А Корн продолжал.

– Иллар тосковал только о матери, но не о тебе, сын. Мать ему разрешали любить. И именно по рисунку своей матери, образ которой он пронес в себе все эти году, я твердо уверился в том, кто он на самом деле.

– Моя брошка, - прошептала Лайна.

– Не только, - покачал головой Корн. - На этих рисунках ты была… счастливой. Такой, какой тебя и помнил твой сын. И какой ты никогда больше не могла быть.

– Но почему? - вырвался у Интара крик. - Почему ты ничего не сказал, почему ты поехал один?

Тут до него дошло:

– О боги! Ты отправился в Стокс с мамой?

– Нет, королева нас ждала в Вароссе, Варгон на наших восточных границах…

– Стенли и Тарлин, - подняв голову, произнес Иллар. - Мои братья были с его величеством.

Интар с Лайной с испугом взглянули на Талину.

– Ты позволила им?

Талина сердито ответила:

– Никто не соизволил мне сказать. Они предпочли взять моих мальчиков, а меня оставить дома, - с обидой воскликнула она, даже не поглядев на понурившихся сыновей, и с силой вырвала свою руку, когда Старк успокаивающе взял ее. - И даже потом они ничего не сказали мне.

– Старк, и ты знал?

– Хватит, - требовательно прервала их Алаина, - Старк, как отец, должен был знать, а мысли Талины, ты, Интар, читаешь, как книгу. Мы не могли рисковать. При дворе мог оставаться человек короля Альтама, что, впрочем, так и оказалось. Никто не должен был знать, куда мы направлялись. И у нас это получилось.

– Но почему потом…, почему потом вы ничего не сказали? - Лайна непонимающе переводила взгляд с короля на королеву.

– Я попросил их, - тихо сказал Иллар. Но на этот раз он не стал виновато опускать голову. Он заслужил эти упреки и не собирался увиливать от них. - Они все дали мне клятву. Я…- голос его, несмотря на его решимость, дрогнул, - не собирался оставаться. Я хотел только… увидеть… свою… маму…

Корн продолжил за него:

– Мы не вправе были силой увозить его. У него были свои взгляды на жизнь, у нас свои. Он должен был сам понять, где правда. Но понять это здесь, в Илонии. Мы поклялись ему, что никто не узнает, кто он. И он получил королевское слово, что если его решение будет вернуться, он вернется.

– Я верил королю Альтаму, - звенящим голосом произнес Иллар. Он не оправдывался, просто вся его боль теперь вырвалась наружу, - я верил ему и любил его. И был уверен, что он любит мою маму. Он был мне отцом. И я никого не хотел слушать. Я никому не хотел верить, кроме него. А он обманул меня, - голос мальчика дрогнул, но он продолжал на весь зал. - Он хотел воспользоваться мной, как… он хотел отомстить мной…, - но закончить он так и не смог.

Интар сжал его за плечи. Лайна снова прижала к себе.

– Ну что ж, - раздался внезапно голос Талины. - Вы мне ничего не сказали, зато мне теперь есть что сказать…

Она не спускалась с тронного возвышения и теперь с триумфом смотрела на всех свысока.

– …и показать, - закончила она и величественно хлопнула в ладоши.

Тотчас же появился один из слуг, неся что-то плоское квадратное, завернутое в покрывало. Интар машинально взглянул на Старка. Тот с небольшой усмешкой виновато пожал плечами.

– Возможно, если бы вы мне сказали, мне не пришлось бы опять пускаться в рискованное предприятие, - язвительно бросила она Интару. - Но меня очень заинтересовал твой странный оруженосец, и мне пришлось внимательно присмотреться к нему. Он мне показался смутно знакомым. Очень смутно. - Она сделала торжественную паузу и продолжила. - Я вспомнила, почему лицо твоего оруженосца показалось мне знакомым. Я видела его шестнадцать лет назад на стене в поместье на земле Торогии.

Талина торжественно скинула покрывало.

– Это твой отец, Лайна. Я привезла этот портрет.

Лайна, а за ней и Иллар стремительно подались вперед. Лайна никогда не видела своего отца, и у нее не было самой маленькой гравюры. Теперь же на нее смотрел с портрета, она перевела взгляд на Иллара, ее сын, только немного повзрослее. В одежде полувековой давности, но без шляпы. И с мечтательным, ждущим чего-то, взглядом, таким, какой она изредка ловила на лице своего бывшего пажа. Внизу была подпись: "Ланий Атрона, мой младший сын". Как видимо, этот портрет заказал отец этого юноши, задолго до того, как он встретил мать теперешней принцессы Илонии.

Иллар также жадно вглядывался в портрет. Ведь маленький червь сомнения не давал ему покоя даже тогда, когда ему безоговорочно поверили, когда его объявил внуком не просто дед, но король. Все равно тень сомнения была: "А вдруг все не так? А вдруг не я?". Теперь несомненное доказательство было перед глазами. Портрет его второго деда. Молодого человека, которого никто из присутствующих никогда не видел, погибшего даже до рождения его матери.

А Талина, уже отбросившая свой торжественный вид, весело сбежала вниз со своего возвышения и радостно сгребла в охапку племянника. Смутившийся Иллар машинально взглянул на отца. Тот же задумчиво смотрел на сестру. Та тотчас заметила этот взгляд и весело рассмеялась.

– Старку пришлось поехать со мной. Не мог же он отпустить меня одну. Зато в отместку, - она взглянула на своих детей, - я ничего не сказала Стенли и Тарлину. - И тут же обняла невестку. - Лайна, я же говорила, что мои мальчики помогут найти твоего сына.

Казалось, Талина сделала невозможное. Зал, до сих пор не верящий в происходящее и трудно переваривающий такую невероятную новость, внезапно радостно загудел. Портрет молодого Лания Атрона стал переходить из рук в руки, а люди стали пробиваться вперед, чтобы поздравить принца Интара и его семейство со счастливым воссоединением.

Когда, наконец, все осталось позади, семья Корна и Варгон собралась в кабинете Интара. Алаина и Талина сидели на диванчике у камина, и Овета спала у них на руках. В ногах примостились Интар с Лайной, Иллара они посадили между собой и не выпускали его руки из своих. Остальные мужчины сидели на теплом от веселого огня ковре.

Рассказывал Корн, потом Старк, Алаина. Стенли с Тарлином взахлеб поведали о своих впечатлениях, а Иллар о своей жизни. Чувствуя на своем плече руку отца, который не убирал ее в течение всего вечера, он поведал то, что никому не мог рассказать раньше.

Когда он жил в замке короля Альтама, он знал только стены замка и занятия. Он не представлял, что значит выйти за пределы замка, он не представлял, что можно делать еще, кроме как учиться и заниматься. И он ни с кем не общался, кроме своих учителей, и их уроки, от него не скрывали, прослушивались. А король Альтам проводил с ним очень много времени. И всегда разговор был о его отце и матери. Впервые увидев рисунок леди Лайны, Альтам велел сделать для него золотую рамку и каждый раз подчеркивал своему воспитаннику, что хранит сей портрет у себя на груди. Про отца Иллар знал только то, что он тиран, творящий за спиной короля свои злые дела. Альтам не скрывал от Иллара ни одного донесения от своих шпионов, ни одного слуха. Но все преподносил ему с такой невыгодной стороны, что Иллар только диву давался, как земля Илонии может терпеть такого злодея. И он готовился стать освободителем Илонии. Сначала матери, потом родной страны.