Бандиты эпохи СССР. Хроники советского криминального мира - Федор Ибатович Раззаков

в те дни российская пресса, именно очередность выступлений стала причиной конфликта между Игорем Тальковым и приятелем певицы Азизы Игорем Малаховым. Этот 29-летний молодой человек часто вращался в среде шоу-бизнеса, занимался кикбоксингом и даже был одним из руководителей театра «Андре». С Азизой судьба свела Малахова летом 91-го во время круиза по Средиземноморью. По словам самой Азизы, «Малахов не был обижен богом, ему даны и ум, и сила, и интеллигентность, и талант. Он был очень артистичен, музыкален, играл на рояле, ударных инструментах, саксофоне, тонко чувствовал и понимал настоящую музыку».

В начале пятого вечера, когда Малахов и Азиза перед выступлением сидели в артистическом баре Дворца спорта, у них зашел разговор о том, кто и в какое время сегодня будет выступать. Затем Малахова позвали к Талькову. В гримерной последнего и начался первый акт этой драмы. Двое мужчин повздорили и между ними завязалась драка. Они выскочили в коридор. В руках у Талькова появился газовый пистолет. В это время в коридоре находились шестеро молодых людей из окружения певца. Все они набросились на Малахова. Чувствуя, что одному ему с ними не совладать, Малахов извлек на свет револьвер и для острастки выстрелил из него пару раз в пол. После этого в револьвере осталось еще два боевых патрона. Но стрелять Малахову больше не позволили, ему стали скручивать руки, бить по голове. Прикрывая голову, Малахов выпустил револьвер из рук. Прошло еще несколько секунд, и револьвер вновь «заговорил»: кто-то из дерущихся нажал на курок, и пуля пробила грудь… Игоря Талькова. В это время Малахов вырвался из рук бьющих его людей и бросился бежать.

Между тем истекающего кровью певца занесли в гримерную. Вызвали «скорую помощь». Револьвер же, из которого стреляли в певца, оказался сначала в сливном бачке туалета, а затем его вытащила оттуда Азиза. Она и передала его своему администратору Эле Касимати, которая выбежала с ним на улицу и отдала его хозяину, Малахову, который возле «Юбилейного» ловил такси. Поймав машину, Малахов уехал с места происшествия вместе с орудием преступления. Более того, по дороге он разобрал его и выбросил в разные места в воды Мойки и Фонтанки.

Между тем ранение Игоря Талькова было смертельным и никакие силы уже не могли его спасти. Главный врач городской станции «Скорой медицинской помощи» Алексей Ушаков так и сказал: «С таким диагнозом – огнестрельное пулевое проникающее ранение грудной клетки с повреждением сердца, легкого, средостечения при запредельной кровопотере – не живут».

По факту этого убийства городская прокуратура возбудила уголовное дело № 381959. 10 октября скрывающийся от правосудия Игорь Малахов был объявлен во всесоюзный розыск. Однако, как только это сообщение было обнародовано, Игорь Малахов добровольно явился в прокуратуру с повинной и начал давать показания – практически единственный из всех участников событий.

Оказывается, милиция записала в очевидцы более 70 человек. Не менее пяти непосредственно участвовали в конфликте и потом чрезвычайно охотно и подробно рассказывали журналистам о своем «героизме». Но помочь следствию и добровольно явиться в прокуратуру, чтобы дать показания, не пожелал ни один. Тем временем средства массовой информации усиленно сваливали всю вину на Игоря Малахова. Когда же Малахова освободили из-под стражи и взяли с него подписку о невыезде, газеты дружно осудили это решение прокуратуры. В ноябре о начале собственного, независимого расследования заявил лидер национально-патриотического фронта «Память» Дмитрий Васильев. Уже через неделю собственного расследования он заявил о невиновности Малахова. Его вывод был: «Тальков погиб за слишком русские песни».

В конце декабря 1991 года с Малахова сняли обвинение в преднамеренном убийстве, но убийство по неосторожности по-прежнему не исключалось. Ему вменяли и незаконное хранение и ношение оружия. И лишь в апреле 1992 года прокуратура России признала, что установлен истинный убийца и он отнюдь не Игорь Малахов. К такому выводу следствие пришло после проведения медицинской, баллистической и ситуационной экспертиз. Было определено направление раневого канала в теле погибшего, а комплексный анализ показаний свидетелей позволил расставить участников драки по их местам в момент выстрела. По всему выходило, что из малаховского нагана стрелял администратор Талькова Валерий Шляфман.

Однако к тому моменту как прокуратура Санкт-Петербурга 6 мая 1992 года вынесла постановление о привлечении Шляфмана в качестве обвиняемого по статье 186 УК России (неосторожное убийство), того уже не было в России. В феврале он выехал в Израиль, причем сделал это не через московский или петербургский ОВИР, а через Житомир.

В сентябре 1992 года в Израиль выехал сотрудник петербургской прокуратуры для допросов Шляфмана. Но миссия его успехом не увенчалась – между Россией и Израилем отсутствовал договор о правовой помощи.

Не оспаривая саму причину конфликта между Тальковым и Малаховым, скептики были убеждены, что эта ссора намерено спровоцирована заказчиками убийства Талькова. Чуть позже медсестра, которая присутствовала при перевозке Талькова из «Юбилейного» в больницу, расскажет, что выстрел в певца был произведен профессионалом: пуля пробила артерию и легкие так, что спасти певца было невозможно. Люди только терялись в догадках: кто именно был тем убийцей-профессионалом? Воздыхатель Азизы Игорь Малахов на эту кандидатуру явно не тянул. Как и администратор Талькова Валерий Шляфман, которого обвинили в данном преступлении спустя несколько дней. Ему вменили убийство по неосторожности: дескать, он пытался вырвать из рук Малахова револьвер и случайно нажал на курок.

Самое интересное, обвинив Шляфмана, власти спокойно дали ему возможность сбежать в Израиль и только потом объявили в розыск. Все это напоминало обыкновенную «разводку»: в убийстве обвинили непричастных к нему людей, которым пообещали уход от ответственности в обмен на молчание. Так и вышло: сначала обвинение сняли с Малахова, а Шляфману разрешили уехать за кордон, прекрасно отдавая себе отчет, что из Израиля его в Россию никогда не выдадут.

Вокруг чеченских событий

Между тем 1991 год стал одним из самых тяжелых для чеченских мафиози. Мы уже упоминали о том, что в начале года московская милиция нанесла ощутимые удары по нескольким чеченским лидерам, троих из них отправив за решетку. Чеченцы несли потери, но сдаваться на милость победителям не думали. Однако политическая обстановка в их родной республике отнюдь не играла им на руку. Еще в июне 1991 года Второй общенациональный съезд чеченского народа принял заявление о том, что Республика Нохчи-Чо официально не входит в состав РСФСР и СССР, и объявил единственным законным органом власти в республике Исполнительный комитет чеченского общенационального съезда. Однако эти решения принимались до августовского путча в Москве и российские властные структуры не стали заострять на них внимание. Однако