Древняя техника усиления - 我是多余人 По Ювэнь

— Ты планируешь продать их? — изумленно спросила Вэньжэнь У-Шуан.

— А что нам еще с ней делать? Мы же не сможем носить ее всю.

Вэньжэнь У-Шуан ненадолго застыла, размышляя, а затем сказала:

— Почему бы тебе не представить ее как подарок твоей Секте небесного меча? Я верю, что это сможет немного увеличить их способности. Если им будет от этого польза, Секта небесного меча определенно наградит тебя. Тогда ты сможешь просить, чего захочешь. Иногда деньги — самое дешевое, что у нас есть.

— Хмм, не могу сказать, детка, что твои догадки почти сравнялись с моими способностями видеть пользу, — Цин Шуй развернул голову и протянул руку, желая постучать Вэньжэнь У-Шуан по голове. Но увидев, что ее красивые волосы убраны, он понял, что не стоит этого делать, и вместо этого неловко улыбнулся.

Вэньжэнь У-Шуан развеселилась из-за комических действий Цин Шуй. Ей нравилось смотреть на смущенного Цин Шуй.

— Цин Шуй, здесь все пять фруктов змеи золотых колец. Я возьму один себе и еще один оставлю своей сестре. Что же касается остальных трех, ты можешь отдать их тете, а также матери твоей дочери, — сказав это, Вэньжэнь У-Шуан ярко улыбнулась и посмотрела на Цин Шуй.

Цин Шуй смотрел на коварную Вэньжэнь У-Шуан. Редко можно было увидеть ее такой. Умная и зрелая женщина становится еще более привлекательна, когда ведет себя так мило.

— Ты думаешь отдать Золотую гранулу Сяньтянь своей сестре? — Цин Шуй припомнил взгляд, полный надежды, который был у Вэньжэнь У-Шуан, когда она говорила о Золотой грануле Сяньтянь. Она предназначалась не для нее, поэтому он догадался, что она хочет отдать ее своей сестре.

— Да, она мне ближе вех. Когда наших родителей больше не было рядом, несмотря на ее юный возраст, она заботилась обо мне и защищала меня три года. Ни разу она не подумала о том, чтобы бросить меня. Теперь, когда я достигла Сяньтянь, я надеюсь, что и моя сестра сможет жить долго, рядом со мной!

— Доверься и оставь это мне, — серьезно сказал Цин Шуй.

— Ммм, я верю тебе! — она нежно улыбнулась Цин Шуй. Ее улыбка была такой теплой и спокойной!

— Я сохраню это сердце для того, чтобы использовать в будущем в алхимических целях. Я надеюсь, что ты не против!

— Эти вещи все — твои, нет нужды обсуждать это со мной. Ты говорил, что я слишком вежлива. А ты сам? — сердито ответила Вэньжэнь У-Шуан. Ее милые губки, немного надутые, были подобны лепесткам цветов. Их небольшой изгиб придавал им захватывающую дух красоту.

Они ехали днем, а отдыхали ночью. Наконец, полмесяца спустя, они вернулись в Город Сотни Миль!

Услышав, что Цин Шуй вернулся, Минъюэ Гэлоу встала на пороге, ожидая его. От нее исходила какая-то праведная красота и чистота матери. Она держала на руках свою маленькую девочку.

— Папа! — малютка вырвалась из рук и побежала навстречу Цин Шуй.

Глава 137. Семья, согревающая сердце

— Папа!

Цин Шуй посмотрел на прелестную подпрыгивающую малютку и заключил ее в объятия. У-Шуан с нежностью улыбалась.

— Ладно, загляни ко мне, когда будешь свободен. Больше не буду отвлекать тебя, — У-Шуан со смехом легонько похлопала по щечке маленькой девочки и ушла.

— Ты вернулся! — только теперь сказала Минъюэ.

Цин Шуй смотрел на Минъюэ Гэлоу, которую он не видел полмесяца. Святость ее материнской любви очень привлекала его. По сравнению с тем, когда он уезжал, ее улыбка стала еще шире и была полна теплоты. Каждое движение, которое она совершала, было способно загипнотизировать. Более того, она была невероятно дружелюбна и легко сходилась с людьми.

— Сестра Минъюэ, ты привыкла здесь? — Цин Шуй весело вел их троих по направлению к медицинской лавке рода Цин.

— Да, все люди здесь такие милые ко мне и к моей дочке. Благодарю тебя, если бы не ты, моя дочь…

— Минъюэ, Юйчан уже относится ко мне, как к отцу. Я уже говорил, что нам с ней суждено было встретиться. Когда я лечу ее, я даже более счастлив, чем ты, так что не беспокойся на этот счет.

Цин Шуй в волнении прямо назвал ее Минъюэ. Он не хотел, чтобы Минъюэ почувствовала себя подавленной от того, что с ней обращаются, как со слугой.

Минъюэ Гэлоу почувствовала, как на ее сердце потеплело от слов Цин Шуй. Неизвестно, когда это началось, но Цин Шуй был уже глубоко запечатлен в ее сердце.

Самым важным было то, что сейчас Цин Шуй поддерживал ее. Можно было сказать, будто сами небеса поддерживают ее. Она чувствовала, что если бы не было Цин Шуй, то небеса бы рухнули.

— Вы всегда можете считать это место своим домом. Люди, которые живут здесь, — ваши родные. Ты согласна, Юйчан? — засмеялся Цин Шуй, медленно провозгласив каждое слово своей дочке. Хоть его голос не звучал громко, он гремел в сердце Минъюэ подобно грому, и слезы невольно побежали по ее щекам.

— Папа, дом, ха-ха!

Цин Шуй поцеловал щечки маленькой девочки и пошел вместе с Минъюэ в медицинскую лавку.

Был обед, поэтому здесь была только Юань Ин. Остальные были заняты своими делами; даже Цин Цзы со своей женой кое-что делали по дому.

Недавно род Цин, во время отсутствия Цин Шуй, начал небольшой торговый бизнес, производя импорт и экспорт товаров. Главными товарами были мех чудовищ, каменный уголь и особые товары. Цин Цзы и его жена тоже помогали в этом новом деле. Они уже все спланировали и хотели начать это уже давно. Единственным, что останавливало их, была нехватка денег. Перед тем, как отправится в Долину золотого кольца, он дал им около 30 000 серебряных монет в качестве их начального капитала.

— Цин Шуй, та девушка, с которой ты был, — твоя невеста? Она так красива, и вы очень мило смотритесь вместе! — радостно заметила Минъюэ, пока они шли.

Глядя на то, как счастлива была Минъюэ болтать с ним о его «невесте», Цин Шуй молча бранил того болвана, который бросил Минъюэ. Такие мужчины не знаю, как лелеять женщин. Как он смог позволить такой хорошей женщине, как Минъюэ, страдать?

— Она очень красивая, как и сестра Минъюэ, но она не моя невеста. Я никому не нужен. А ты не хочешь меня, сестра Минъюэ? — улыбнулся Цин Шуй.

— Ай! Нет-нет. Эта сестра уже стала цветком, который потерял свой цвет. Как я могу быть достойна быть с тобой? Самое большое желание сестры — видеть, что ты счастлив.

— Не говори так, ты очень чистая и праведная. Он оставил тебя, потому что был слеп. Будь больше уверена в себе. Ты ничуть не проигрываешь остальным, и даже красивее многих из них, — Цин Шуй взял ее за руку, желая приободрить ее.

— Благодарю тебя, Цин Шуй! — Минъюэ вспыхнула, от чего у Цин Шуй перехватило дыхание — так она была красива.