Фантастика 2025-129 - Денис Старый

клеток — это сказки. Почти что сказки. Возможно, когда-нибудь его и создадут, но не сейчас.

А мне, чтобы начать лечить онкологию, нужен не клеточный и даже не молекулярный анализ. Нужно перепрыгнуть через голову и выдать ещё более высокий уровень. Подозреваю, что для такого потребуется «генетический анализ». Только существует ли он на самом деле? Откуда мне знать? Когда я умер, мне было уже за пятьдесят. А я так и не достиг его.

Никто не достиг! Я был лучшим лекарем в мире. И моя сила была пределом.

Но, кто знает? Может, в этом мире я смогу достигнуть большего? Спасти ещё больше людей?

— Кацураги-сан? — позвал меня пациент. — Вы меня слушаете?

— Да, простите, — кивнул я. — Задумался о ваших анализах.

Это происходит всё чаще. Я углубляюсь в размышления до тех пор, пока кто-то со стороны меня из них не достанет. Раньше я не понимал, почему так происходит. Но теперь, благодаря «психоанализу» мне ясно видно, что причиной тому является диссоциативное расстройство личности. Кацураги Тендо остаётся на приёме, а я лекарь пытается обдумать огромный пласт новой информации. Надо бы начать от этого уходить. А то пациенты подумают, что я их не слушаю.

— С чего вы взяли, что у вас онкология? — спросил я Ацухито Макиши.

— Ну… У меня выделяется какая-то белая жидкость из… Из сосков, — с трудом выдавил из себя мужчина. — Как молоко у женщин, понимаете?

— Не спешите, — помотал головой я. — Онкология — это не такой частый диагноз, чтобы выставлять его каждому пациенту. Позвольте мне для начала осмотреть вас.

— Такеда-сан сказал, что с высокой долей вероятности у меня может быть злокачественное новообразование, — заявил пациент. — Дело в том, что я ходил на магнитно-резонансную томографию…

— Прошу вас, не спешите, — перебил его я. — Если у вас действительно есть онкология — я скажу. И объясню, как действовать дальше. Пока что вам не стоит даже думать об этом.

— Хорошо, понял, Кацураги-сан, — кивнул Ацухито.

По результатам анализов у Ацухито Макиши был сильно повышено уровень пролактина. А это гормон, который отвечает за лактацию — выделение молока у женщин. У них же он играет большую роль в регуляции цикла и подготовке к родам. Но у мужчины его значимость стремится к нулю.

Я активировал «анализ» и осмотрел груди Ацухито. И в этом нет ничего удивительного, ведь у мужчин молочные железы тоже есть. Кого-то это удивляет, но у мужчин и матка имеется! Вернее — маточка. Очень маленькая полость в мочеиспускательном канале рядом с простатой. Именно она является сильно редуцированной маткой.

То есть, при других хромосомах из неё бы развился один из главных женских органов. Для многих людей это не понятно. Пациенты часто думают, что органы разных полов совсем разные. Но тот же клитор у женщин является аналогом головки полового члена мужчин. И это не какие-то замысловатые предположения! Чистая наука.

Мы идентичны по природе, просто развиваемся по-разному из-за действия других гормонов. Другими словами, все мы — люди.

Но если говорить Ацухито Макиши, симптомы, которые его беспокоят, тревожат и меня. Молочные железы у мужчин атрофируются. Превращаются в набор полумёртвых клеток. Так с чего же вдруг там взялось молоко?

Я перевёл взгляд на его голову, чтобы рассмотреть мой излюбленный орган.

Гипоталамус — часть мозга, которая является центром всей эндокринной системы. Именно там выделяется пролактин.

Чёрт… В итоге все оказались правы. И Ацухито, и Такеда Дзюнпей, и, к счастью, я в том числе. Опухоль была. Но она была доброкачественной.

И это была опухоль гипоталамуса.

— Кацураги-сан! — позвала меня Сакамото Рин. — Мне срочно нужно отойти, вызывают вниз. Позволите?

Я молча кивнул. Медсестра убежала, а я продолжил свой осмотр.

Да, «клеточный анализ» показывает, что одна из областей гипоталамуса превратилась в доброкачественную опухоль. Раковых клеток там нет — и это очень хорошо.

Но есть и плохая новость — опухоль всё равно придётся удалять хирургическим путём. Вероятнее всего, стандартным доступом — через нос.

— Ацухито-сан, я изучил ваше МРТ и гормональный профиль, — произнёс я. — Могу вас успокоить — рака нет.

Хотя раком вообще нельзя называть образования в области мозга. Рак — это опухоль эпителия. Условно, того же рака мозга вообще не существует и быть не может.

— Это радует, Кацураги-сан! — воскликнул он. — Но почему же я тогда… Почему у меня груди текут так, будто я вот-вот начну кормить младенца?

— К сожалению, опухоль есть, однако она доброкачественная. Дело в том, что доброкачественные опухоли быстро увеличиваются в объёме. И начинают давить на окружающие органы.

— Операция? — коротко спросил мужчина.

— Да, Ацухито-сан, операция, — подтвердил я. — Крепитесь. Это совсем не так страшно, как рак. В сравнении с такими больными, у вас сущая мелочь, слышите меня?

Я заметил, что мужчина чуть ли не начал плакать, поэтому мне пришлось быстро объяснить ему, что на деле всё не так страшно.

— Хорошо, Кацураги-сан, — всхлипнул он. — Я вам верю. Операции я боюсь меньше, чем смерти.

И как назло, в этот момент зазвонил мой телефон. Я хотел проигнорировать звонок, но увидел там надпись «Сакамото Рин». Кабинет медсестра покинула очень встревоженной. Лучше ответить на её вызов.

— Простите, Ацухито-сан, одну минуту, — попросил я и взял трубку. — Да, Сакамото-сан. Что у вас?

— Кацураги-сан, я в шоке… Вам нужно спуститься в кабинет неотложной помощи!

Так и думал…

— Что там? Насколько срочная ситуация? — поинтересовался я.

— Кацураги-сан… Тут у мужчины прямая кишка… выпала. Вся.

Глава 6

Вот это я понимаю — начало дня! За один час ко мне успел прийти мужчина с доброкачественной опухолью гипоталамуса, и тут же возник второй с пролапсом прямой кишки. Может быть, Сакамото Рин ошиблась и на самом деле там самая обычная грыжа? Хотя, это вряд ли. Выпадение прямой кишки трудно с чем-то спутать.

— Ацухито-сан, — обратился я к пациенту. — Меня внизу ждёт экстренный больной. Чтобы вы меня не ждали, предлагаю пройти к неврологу и эндокринологу. Пусть они изучат ваши снимки с магнитно-резонансной томографии головного мозга. Если коллеги подтвердят мой диагноз, то мы с вами в ближайшее время начнём подготовку к операции. Идёт?

— Хорошо, Кацураги-сан, — кивнул он. — Хотя… Так ли нужна мне эта операция?