Что-то кроме магии - Akana again

Северус вспомнил побитого гриффиндорцами отпрыска двух благороднейших семейств, зареванного и жалкого, но предпочел промолчать.

Подарок настораживал не только стоимостью. Зная характер Люциуса, этого любителя блеска и общих восторгов, от него скорее можно было бы ожидать торжественного приема в поместье, метел, увитых лентами с гербами Слизерина и Малфоев, вспышек колдокамер прессы... Если бы речь шла исключительно о желании облагодетельствовать факультет.

Подчеркнутая приватность встречи и ясно обозначенное условие делали презент очень похожим на взятку. Такие деньги — и только ради того, чтобы Драко взяли в ловцы? Слишком расточительно даже для Малфоя.

— Кстати, что нового в школе? — как бы между прочим поинтересовался тот. — Что сталось с тем учителишкой? Ну, помнишь...

— Наш общий знакомый его покинул, и где находится сейчас, неизвестно, — многозначительно понизил голос Снейп. — Ты ведь об этом хотел спросить?

Малфой кивнул.

— Надеюсь, в школе отныне наступят тишина и покой... Надолго ли?

Северус бросил быстрый взгляд на собеседника: что-то знает или, наоборот, пытается выведать?

— Хогвартс настолько древний замок, что странное и непонятное для него — в порядке вещей, — пояснил Люциус. — И если некие... из ряда вон выходящие явления — впрочем, никак не вредящие славному Дому Слизерина, — если подобные явления станут происходить, то декану совершенно не обязательно в них вмешиваться.

Вот она, истинная цена семи «Нимбусов-2001» и будущих слизеринских побед в квиддиче.

— То, что не касается славного Дома Слизерина, не касается и его главы, — с расстановкой проговорил Снейп. — Хогвартс не только древний замок, но и очень большой. Невозможно уследить за всем, что в нем происходит.

— Не сомневался, что мы поймем друг друга, — Малфой поднял бокал. — За умных людей, которые всегда сумеют договориться.

Тонкие хрустальные стенки согласно зазвенели, соприкасаясь.

Итак, он затеял какую-то свою игру, размышлял Северус, медленными глотками растягивая винное удовольствие. Родному факультету гарантируется неприкосновенность, что не может не радовать, но есть одно «но». Наглое «но» со шрамом и зелеными глазами, которое не входит в зону слизеринской безопасности. Ох, Люциус, не зря ты явился на встречу, обвешанный амулетами от ментальной магии! Перстень, булавка в галстуке, наверняка что-то еще — то, что во время беседы кутает тебя в упругий незримый кокон, отталкивающий любую попытку легилименции.

Что ж, не можем проникнуть в чужой мозг, заставим работать свой. Целится ли Малфой в Поттера? Едва ли. Они всегда свободно обсуждали планы Повелителя в отношении мальчишки, к тому же Люциус ничего не знает про обещание, данное Дамблдору. С чего бы тогда напускать туману с метлами и неясными намеками на «некие явления»? Нет, тут что-то другое, и Поттера оно не касается. Попробуем дернуть за последнюю ниточку...

— Говорят, ты, как последний магл, подрался со старшим Уизли?

— Он первым бросился на меня! — обиженно вскинулся Малфой, становясь в этот момент очень похожим на собственного сына. — Маглофил поганый! Из-за него пришлось... — он вовремя прикусил язык и закончил уже спокойно-зловещим тоном: — Ничего, мы с ним еще сочтемся. И с другими маглолюбцами тоже.

* * *

Новые метлы доставили в среду. Неразговорчивый курьер компании «Скоростные мётлы Нимбус» сунул декану на подпись фирменный бланк и испарился. Ни прессы, ни лент с гербами, даже сопроводительного письма нет. Ни дать ни взять — дар доброго гения, пожелавшего остаться неизвестным.

Драко без малейшей радости отнесся к известию о своем назначении ловцом, но при виде сверкающих лаком новехоньких метел сразу согласился и побежал к Флинту хвастаться щедростью отца и узнавать расписание тренировок.

Тихо пролетевший сентябрь сменился октябрем, не принесшим с собой ничего, кроме затяжных дождей. Поттер, кажется, охладел к ночным вылазкам, и Хогвартс мирно спал до самого утра.

Как будто отдыхал перед наступлением обещанных Малфоем «явлений».

Глава 66. «Фантазии странные и оскорбительные»

Труднее всего было привыкнуть к шрамам. Сивилла старалась изо всех сил, но пальцы, помнившие густые волнистые пряди, невольно вздрагивали, касаясь грубых рубцов и шершавой холодной кожи на темени и затылке. Квиринус чувствовал ее испуг, сам спускал ее руки на шею и плечи, уверяя, что так ему намного приятней. Но она понимала, что говорится это ради ее спокойствия. Не зря ведь мягкий сумрак, который оба любили в постели, сменился полной темнотой именно по настоянию Квиринуса.

Трелони стала напиваться чаще прежнего и однажды ввалилась к нему в Лютный с пустой бутылкой хереса, злющая и полуодетая, страшно смутив Мариуса, и заявила, что уже давно взрослая девочка и любить своего мужчину собирается со всеми его заплатками и лысинами, причем прямо здесь и прямо сейчас. И не смей тушить лампы! Квиринус едва успел утащить ее в свою комнату, а деликатный Блэк поспешил отправиться на прогулку, потому что Сивилла не сочла нужным наложить чары тишины.

К счастью, в последующие разы уже не забывала о них, щадя нервы старика.

Кровать зверски скрипела, и они устраивались на полу, постелив широкий тюфяк. Больше ничего не требовалось...

Потом Сивилла утыкалась ему в подмышку и тихо лежала, прижавшись всем телом. Он укрывал их обоих пледом, и время останавливалось, только незаметно темнел прямоугольник окна.

— Райни, давай бросим все и рванем к маглам, а?

Он ничего не ответил. Сивилла приподнялась на локте и продолжила, как ей казалось, очень убедительно:

— Мы там запросто устроимся: я гадательный салон открою, видела такие в Лондоне, а тебя любой музей с руками оторвет!

— Может быть, — улыбнулся Квиринус, укладывая энтузиастку обратно, — я и сам об этом думал, любимая. Но пока нельзя. Не могу уйти, пока не выполнил своего обещания. Сперва надо закончить историю Хогвартса и опубликовать ее. Хотя бы попытаться.

— Ты не уверен, что получится?

— Я покушаюсь на непогрешимость министерских историков, а им это вряд ли понравится. Но все равно попробую. Эх, будет драка!

— Одержимец... — Сивилла потянулась к его губам. — И за что только люблю такого?

* * *