Театр теней: Фантастические рассказы - Клиффорд Саймак

Я нашел его в баре. Я хожу туда много лет,— рассказал он человеку, которому поручили с ним разобраться.—Я нашел портфель в кабинке и даже видел человека, который оставил его там. Позже я пытался найти того мужчину, но мне это не удалось.

А откуда вы знаете, что портфель принадлежит ему?

Мне так показалось. Я зашел в кабинку сразу после его ухода. Там было довольно темно, и прошло какое-то время, прежде чем я заметил эту вещь. Понимаете, каждый день я сижу в одной и той же кабинке. Как только Джо меня видит, он приносит мой обычный заказ и…

Итак, вы видели, что этот человек вышел из кабинки, которую держат для вас?

Да, верно.

Потом вы заметили портфель?

Да, сэр.

И вы пытались найти этого человека, поскольку решили, что портфель принадлежит ему?

Именно так я и сделал.

Но к тому времени, как вы начали разыскивать его, он уже исчез.

Да, так оно и было.

Тогда скажите, почему вы принесли портфель сюда? Почему вы не оставили его у владельца бара, чтобы тот мужчина, вернувшись, мог забрать потерянную вещь?

Я и хотел так поступить, сэр. Но я пропустил одну рюмочку, потом вторую, и меня все время интересовало, что находится в этом портфеле. Поэтому в конце концов я заглянул в него и…

И то, что вы увидели, заставило вас принести его к нам.

Да. Я увидел…

Не надо рассказывать мне, что вы там увидели. Назовите вашу фамилию и адрес. Я попрошу вас никому не рассказывать об этом. Вы должны понять: мы очень благодарны вам за вашу бдительность, но нам бы хотелось надеяться на ваше молчание.

Буду нем, как рыба,— заверил его мелкий чиновник, раздуваясь от важности.

Из ФБР позвонили доктору Амброзу Эмберли — смитсоновскому эксперту по палеонтологии[7].

Доктор, у нас появился материал, и нам бы хотелось, чтобы вы на него взглянули. Несколько любительских фильмов.

С огромным удовольствием. Приеду к вам, как только освобожусь. В конце недели вас устроит?

Это срочно, доктор. Такой чертовщины вы еще не видели — огромные лохматые слоны, тигры с клыками до самой шеи и бобр величиной с медведя.

Какая-то фальшивка,— с отвращением произнес Эмберли.— Скорее всего хитроумная аппаратура или ракурс композиции.

Мы сначала так и думали, но потом оказалось, что дело не в ракурсе и не в аппаратуре. Это настоящие съемки с натуры.

Немедленно еду к вам,— сказал палеонтолог и повесил трубку.

Ехидная газетная заметка в нахальном и самодовольном разделе светской хроники начиналась с заголовка:

«В Пентагоне у всех глаза навыкате. Еще одна тайна, взволновавшая военную верхушку».

Президент Уэсли Адаме и министр иностранных дел Джон Купер угрюмо сидели под деревом в столице Мастодонии и ждали возвращения посла по чрезвычайным поручениям.

Я предупреждал тебя, Уэс, мы затеяли безумное дело,— сказал Купер, который под разными псевдонимами руководил министерствами торговли и финансов, а также вооруженными силами страны.— Что, если Чак не вернется? Они могут бросить его за решетку, да и мало ли что может случиться с временным модулем и вертолетом. Нам надо было лететь всем вместе.

Нет, мы должны были остаться,— ответил Адаме,— Не тебе рассказывать, что произойдет с лагерем и припасами, если нас не окажется поблизости и никто не будет их охранять.

Пока нас беспокоит только этот старый мастодонт. Но если он объявится снова, я возьму черпак на длинной ручке и вмажу ему прямо по грудине.

Он — не единственная проблема,— возразил президент,— , и ты это знаешь. Мы не можем уйти и бросить страну, которую

создали сами. Нам надо удержать наши владения. Мы водрузили здесь наш флаг и заявили свои права, но этого недостаточно. Нам придется доказывать факт наличия поселения, как того требуют старые законы о присвоении земельных участков.

Да, без поселения нам не обойтись,— проворчал министр Купер,— особенно если с временным модулем или вертолетом что-нибудь случится.

Как ты думаешь, они сделают это, Джонни?

Кто «они»?

Соединенные Штаты. Ты думаешь, они признают нас?

Если они узнают, кто мы такие, то, конечно, нет.

Вот этого я и боюсь.

Но Чак их уговорит. Он даже кота уговорит вылезти из шкуры.

Иногда мне кажется, что мы действуем неверно. Я согласен, у Чака дальновидные планы, и лучшего тут не придумаешь. Но, может быть, нам лучше просто цапнуть хорошую наживку и убраться домой. Мы могли бы брать с охотничьих партий по десять тысяч за человека или заключить с кинокомпанией договор об аренде.

Если нас признают суверенным государством, мы все это сделаем, но тогда у нас будут законные основания и полное прикрытие,— ответил Купер,— После подписания совместного договора о ненападении нас никто не посмеет обидеть, потому что мы всегда сможем пожаловаться Дядюшке Сэму.

Все, что ты говоришь, верно,— согласился Адаме,— но возникает множество проблем. Не так просто поехать в Вашингтон и добиться признания. Они потребуют сведений и о нас самих, и о численности населения. Представь себе их реакцию, если Чак сообщит, что нас всего трое.

Купер покачал головой.

Он так не скажет, Уэс. Он увернется от вопросов или заморочит им голову какими-нибудь дипломатическими отговорками. И потом, как мы можем быть уверены, что нас только трое? Вспомни, нам достался целый континент.

Ты прекрасно знаешь, Джонни, что в этот период в Северной Америке людей не существовало. Любой ученый подтвердит, что первые миграции из Азии начались тридцать тысяч лет назад. Поэтому, кроме нас, здесь никого нет.

Тогда нам надо действовать по-другому,— задумчиво произнес Купер,— Если мы впишем в декларацию весь мир, а не один континент, наша популяция будет весьма представительной.

Это не выдержит никакой критики. Даже сейчас мы требуем большего, чем позволяют прецеденты. Прежние первопроходцы предъявляли права на водоразделы. Они находили реку и заявляли претензии на все ручьи и орошаемые земли в округе. Они не пытались присвоить себе целый континент.

Эти парни никогда не знали размеров своих приобретений,— ответил Купер,— А мы знаем. Взгляд из будущего дает нам преимущество.

Он прислонился к дереву и залюбовался страной, которая раскинулась перед ним. Какой простор, подумал он, рассматривая холмистые кряжи, покрытые обширными лугами и небольшими рощами. Чуть ниже, на добрые десять миль тянулась долина реки, поросшая лесом. И везде, куда ни посмотри, паслись стада мастодонтов, гигантских бизонов и диких лошадей, и лишь изредка, то тут, то там, на глаза попадались представители менее стадной фауны.