Непростой Путь Про-Героя. Том 1. Том 2 - Александр Русак

зрелом размышлении — все еще нет. Не стоит. Не смогу доказать свою непричастность, меня начнут подозревать, мне не поверят про послезнание, мне не поверят про реинкарнацию, ведь есть способы определять чужие причуды — и у меня нет видения будущего.

У любых думающих людей возникнут вопросы о том, можно ли мне доверять и откуда я узнал о нападении, на которые мне абсолютно нечего будет ответить. Кроме полной правды, из-за которой меня, вполне вероятно, посадят в дурку. Соврать — тоже не вариант. Им даже не нужно прогонять меня через полиграф — существуют и такие причуды, которые позволяют определять, врет ли человек. Вон, секретарша Капитана Селебрити такая, например. Факт.

А самое главное и самое худшее — это то, что если я, каким-то образом, сумею остаться в строю, но дать знать заранее Незу, Всемогущему, Айзаве и остальным о грядущем террористическом акте… то, учитывая наличие крота, личность которого мне неизвестна, есть большой шанс, что злодеям ничего не помешает отменить операцию — и затем нанести удар в другой раз.

Когда к этому не будет готов никто.

Ни герои. Ни школьники. Ни я сам.

В итоге Зона была не просто моим шансом изменить что-то — она оставалась, в буквальном смысле, единственным шансом что-то кардинально изменить, потому что даты и хронология любых других ключевых событий мне банально не были известны. Что-то я не знал, что-то забыл, о чем-то в аниме вообще не говорили.

Только бы я сдюжил. Только бы я…

Черт, я по кругу одни и те же сомнения гоняю.

Кажется, это груз, который мне придется нести на своих плечах в любом случае.

… все сказанное никак не отменяет того, что я говнюк, а не герой.

Я невидящим взглядом буравил столешницу.

Нет.

Хватит.

Мне надоело.

Отныне, с этого момента, я перестаю сомневаться в каждом, блин, собственном шаге.

Я — рациональный человек, я взвешивал каждый свой шаг, оценивал каждое действие, я не могу ошибаться… или, во всяком случае, сделал все возможное, чтобы не ошибаться.

Когда я сделал такое заявление, пообещал сам себе это — стало легче.

Я впервые обратил внимание на тарелку, на которой заблудилась одинокая креветка.

Занес вилку

… «тварь я дрожащая или право имею?»

Я мрачно ухмыльнулся, стиснув зубы, и с силой наколол креветку на вилку. И съел.

Второе. Ты — второе, Нирен.

А первую ты только что съел.

Осталось только не закончить как персонаж, которому принадлежало это высказывание.

* * *

Минута слабости действительно заняла минуту, а потому я еще успел поучаствовать в разговоре про разные геройские агентства и даже, внутренне, посмеяться с того, то не сильно-то отличаюсь от Мидории, которому вправляю мозги. Такой же человек — местами неуверенный в себе, местами сомневающийся.

Впрочем, подслушанного разговора Всемогущего с Исцеляющей было достаточно, чтобы понять: сомневается даже он. Он, кого по праву можно назвать квинтэссенцией всего лучшего, что есть в людях! Возможно, это просто неизбежная часть жизни.

Во всяком случае до тех пор, пока ты остаешься человеком.

Довести цепочку мыслей до конца не позволила ударившая по ушам сирена. Электронный женский голос безэмоционально объявил:

«Произошло нарушение периметра третьего уровня. Всем студентам покинуть здание в срочном порядке».

Начал нарастать гам и шум.

Юи резко повернулась к Мавате, с которой сразу же слетела сонливость. Девушка выглядела по-прежнему спокойной, но сосредоточенной и уверенной.

— Что значит «нарушение третьего уровня»?

— Это означает, что кто-то проник на территорию школы. Такого не происходило ни разу за два года, — она поднялась из-за стола. — Мне нужно найти мой класс, вы тоже поторопитесь!

Я кивнул на прощание и прикрыл глаза на секунду.

Такое было в сериале? Не важно. Что делать? Первым делом оценить угрозу.

Рядом с нами было окно. Я открыл глаза, приподнялся и, не обращая внимания на паникующих школьников, бегущих кто куда, посмотрел наружу.

Толпа придурков с камерами и микрофонами вывалила на террасу перед главным входом, обступив Айзаву и Мика.

Пресса. Просто пресса.

Может ли кто-то из них представлять опасность?

Может.

Но даже если и так, их сдержат герои. Это как бы их работа, причем среди них — Сотриголова. Если он не остановит кого-то, то мы — тем более.

Я перевел взгляд на окружающих. Крики, вопли, толкучка, беготня.

Могут ли они представлять опасность сами для себя?

Безусловно.

Здание было построено логично, путей отхода было много, коридоры были широкими, имелись пожарные выходы. Если бы в кафетерии было достаточно героев и преподавателей, они бы распределили учеников по ним равномерно, тут даже окна можно было открыть, но вот беда — взрослых не было, а бестолковые недоучки пытались набиться всего в два основных прохода. Я уже видел, что будет через пару минут — давка.

Причем не просто давка, а давка среди неорганизованной толпы подростков с преимущественно боевыми суперспособностями.

Ну такое себе.

Я бросил взгляд на Изуку. Готов он взять на себя ответственность и прекратить этот бедлам? Нет, судя по всему, правильно оценить ситуацию не успел.

А другие меня не интересуют.

Ну, Рим не за один день строился.

— СТОЯТЬ! — рявкнул я во всю глотку на пытающихся убежать окружающих, слегка притопнув ногой. С потолка посыпалась пыль, стекла задребезжали. — Ребята, посмотрите в окно! Это просто журналюги внутрь прорвались! Успокойтесь все!

С десяток человек расслабилась, но та же Яоурозу была настроена спорить и, видимо, подчиняясь стадному инстинкту, бежать набиваться в коридор.

— Как ты можешь быть в этом уверен? Сигнал об опасности не был бы запущен, если бы опасности не было!

— Резонно, я не могу быть в этом уверен. Однако ты действительно считаешь, что давка, — я ткнул пальцем в сторону ближайшего выхода, откуда уже начали раздаваться натуральные вопли боли, — не представляет более непосредственной опасности?

Эффектная брюнетка в замешательстве посмотрела туда же, снова впав в прострацию. С ней такое часто бывает. Может… ну нет. Не хватало мне еще одной ученицы.

— Яоурозу, ты можешь мне сделать громкоговоритель? Рупорный? Как можно быстрее?

Девушка, получив четкое указание, кивнула и расстегнула блузку на животе.

Чувствую себя продюсером.

— Нирен, может быть тебе сделать кафедру? — обратилась ко мне вернувшаяся Мавата, которую я не заметил. Тихая она. Но хорошая. Оазис спокойствия в этом беспределе. — Я могу поднять тебя в воздух на облаке…

* * *

Короче говоря, вот так, без всяких фантастических подробностей, мы справились с этой атакой охочих до