Ворон. Подлинная история лорда Северуса Тобиаса Снейп-Принц - Алексей Иванов

Подождав пока мое кольцо стукнется о дно кубка, я проделал ту же операцию с кольцом Лили и поднес кубок к губам. Вино было вполне приятным на вкус, кровь в нем совсем не чувствовалась.

— Теперь ты. Пей до дна, — выпив половину содержимого, я вновь протянул кубок Лили и с усмешкой добавил: — Смотри только кольца не проглоти.

Она несмело улыбнулась, взяла кубок и выпила остатки вина. Затем я достал из кубка кольцо и надел ей на безымянный палец левой руки. Ей же протянул правую руку. Лили удивилась, но ничего не сказала, а просто украсила уже мой безымянный палец обручальным кольцом. Объяснение моим действиям было простое, на левой руке я уже носил перстень-печатку рода.

— Это все? — она с интересом любовалась своим обручальным кольцом.

— Теперь невеста должна поцеловать жениха, — сказал я, стараясь сохранить серьезность.

Лили слегка смутилась. Ее щеки заметно порозовели. Но все же она нерешительно наклонилась ко мне. Ее теплые губы неумело скользнули по моим.

— Вообще-то остаточно было просто подержаться за руки, — усмехнулся я, сжимая девушку в объятиях. — Но этот способ мне нравится больше.

— Северус Тобиас Снейп! Ты… Ты… — от возмущения у нее перехватило дыхание.

— Мерзкий, — подсказал я.

— Мерзкий, — послушно повторила она, а потом продолжила: — коварный, наглый, гадкий слизеринец!

Выпалив это она внезапно прильнула ко мне, положив голову на мое плечо. Некоторое время мы просто стояли сжав друг друга в объятиях. Не знаю почему, но у меня в голове раз за разом крутились строчки из еще одного бессмертного творения этого чертового равенкловца Шекспира:

Кто женщину вот этак обольщал?Кто женщиной овладевал вот этак?Она моя, — хоть скоро мне наскучит,Ха!Нет, каково! Пред ней явился я,Убийца мужа и убийца свекра;Текли потоком ненависть из сердца,Из уст проклятья, слезы из очей, —И тут, в гробу, кровавая улика;Против меня — бог, совесть, этот труп,Со мною — ни ходатая, ни друга,Один лишь дьявол разве да притворство;И вопреки всему — она моя![18]

Глава 41

Старая-новая история

Врагов можно уважать и даже любить. Главное чтобы это были чужие враги.

— Как вы могли?! О чем вы только думали?! Сбежать из Хогвартса и это в учебный день! Это просто немыслимо! Вы хоть представляете, что вы натворили?

Макгонагалл распалилась не на шутку и распекала нас так и этак уже добрые десять минут. Мы с Лили сохраняли приличествующий разносу скорбно-смущенно-виноватый вид. Хотя сомневаюсь, чтобы Лили действительно раскаивалась в побеге. Про меня и вовсе говорить не стоит. Мне с трудом удавалось сдерживать то и дело наползающую довольную ухмылку.

— Ну, Минерва, это уж слишком, — поспешил охладить пыл декана гриффиндора Дамблдор. — Вспомни себя в их годы. Думаю, мистер Снейп и мисс Эванс все поняли и жалеют о содеянном. Снятия балов и недельной отработки с них будет достаточно.

— Трехнедельной, включая все выходные! Не меньше! — вскинулась Макгонагалл, отступать она не желала.

— Хорошо — трехнедельной, — покладисто согласился Дамблдор. — Профессор Слагхорн, вы согласны?

— Да, этого будет достаточно, — задумчиво кивнул тот в ответ.

— Вот и замечательно, — расцвел в благодушной улыбке Дамблдор. — И так, с факультетов Гриффиндор и слизерин снимается по сотне балов, а мистер Снейп и мисс Эванс на три недели переходят в подчинение мистера Флитча. Покидать замок им запрещено. В случае нарушения последует немедленное отчисление. Мистер Снейп вас это особенно касается, — пригрозил мне он, затем хитро улыбнулся и добавил: — Также позвольте поздравить вас с заключением помолвки. Ах, молодость, молодость. Можете идти.

Последнее замечание мне не очень понравилось. Причину побега мы скрывать не стали. Но, по-моему, Дамблдор и так ее знал до нашего признания. Слишком уж довольный вид был у директора. Причем довольство было не наигранно. За столько лет близкого знакомства я научился замечать такие нюансы как никто другой. Хм, а не он ли слил Рите Скитер очередную сенсацию? Да и кто кроме него мог это сделать? Скитер мастер по раскапыванию чужого грязного белья, но ее внезапно вспыхнувший интерес к Лили явно не случаен. Гринграссу раскрывать тайну Обретенной без надобности — мы с ним уже договорились. Остальные представители древних родов тоже вряд ли бы стали делиться подобными новостями, а попытались бы использовать эти знания в собственных интересах. А чтобы конкуренты под ногами не мешались, они ничего не должны знать. Значит и вправду Дамблдор. Больше просто некому. Неужели меня назначили на роль отца для Избранного? Спору нет — должность почетная. Вот только моя выживаемость не предусмотрена. Или предусмотрена? Да, тут есть над чем поломать голову.

Башню директора мы покинули в приподнятом настроении. Ожидаемый разнос вышел не столь уж и страшным. Шли мы молча, каждый думал о своем. И видимо мы слишком сильно погрузились в собственные мысли. Иначе как объяснить, что ни я, ни Лили не заметили мародеров, пока те не оказались прямо перед нами. Предводительствовал естественно Поттер. Был он какой-то всклокоченный с диким, непонимающим взглядом.

— Лили, где ты была весь день? — сразу начал Рогоносец, перегородив дорогу. Меня он старательно игнорировал, даже не смотрел, хотя я стоял рядом с девушкой.

— Это не твое дело Джеймс. Дай нам пройти! — Лили попыталась обойти Поттера, но тот схватил ее за руку.

— Подожди… — тут Джеймс осекся. Его взгляд остановился на обручальном кольце, что поблескивало на пальце девушки. Пару мгновений он молчал не в силах поверить собственным глазам. А затем его лицо резко покраснело от прилившей крови.

— Ты… с ним, — почти прошипел он, яростно сверкая глазами. — Грязнокровка! Подстилка слизеринская!

Я не успел ничего сделать.

— Ступефай! — палочка в руках Лили появилась словно из ниоткуда. Джеймс отправился в полет. Судя по его продолжительности сил в заклинание Лили не пожалела. Надо запомнить на будущее и постараться ее не злить.

Блохастый и Клыкастый попытались было выхватить свои волшебные палочки. Но тело Джеймса не успело еще познать все прелести земного притяжения, как кончик палочки Лили уже смотрел в лицо Блэку. Я же взял на прицел Люпина. Оборотень оказался довольно расторопен и даже вскинул свою палочку для удара. Надо отдать ему должное — бить он собирался по мне.