Звено цепи - Маргарита Гуминенко

— Я в курсе, — перебил Ланской, чтобы Ольгин не начал пересказывать всё заново. — Вы полагаете, что охранник не ошибся и Мегавой покинул здание после того, как мимо проходной прошли срочно вызванные дежурные офицеры?

— Показания охранника совпадают с записью камеры в арке, — ответил Ольгин. — Это уже два факта, которые совпадают друг с другом. Конечно, при условии, что охранник сам не замешан в убийстве и не насочинял всё это. Но тогда он должен был что-то сделать с камерой наблюдения, которая никаким боком к нему не относится и пульт от которой находится совсем в другом месте. Я проверял, этот парень близко не приближался, не заходил и не общался с людьми из соседнего здания.

Ланской кивнул и задумался. Хоть он и не любил Ольгина, дело для него стояло на первом месте и не признать рациональное зерно в выводах Славы он не мог.

— Хорошо, я подключу свои связи и постараюсь, чтобы прослушка была установлена уже сегодня, — пообещал он. — Что ещё?..

…Минут через десять Слава вышел. И мысленно выдохнул. Мимо него в приёмную прошёл помощник Ланского, покосился на Ольгина, но тот выпрямился и пошёл по коридору, в сторону лестницы. Сосредоточиться на деле у него не получалось, он больше думал о своём докладе полковнику. Слава уже привык, что время от времени приходится пересказывать одно и то же, с сохранением всех деталей и подробностей. Он думал, что если вдруг такое случится и начальник аналитического отдела, замещающий сейчас полковника Баринцева, потребует отчёта, придётся разложить все свои подсчёты и схемы, составленные по всем правилам фототаблицы и видеоматериалы — и по ним, как по нотам, отыграть возложенную на него партию от и до. Но разговор получился неожиданно коротким.

"Зато продуктивным!" — сказал себе Слава, и тут вспомнил, что не рассказал Ланскому о своём соображении насчёт камеры наблюдения в коридоре Архива. Слава был уверен, что она не зря давала сбой и наверняка кто-то нашёл способ подать на пульт наблюдения заранее отснятую картинку. Если так — то по мелким деталям вроде разницы освещения это можно определить. Наверняка аналитический отдел, сообща с экспертами, смогут распознать подделку, если удастся заполучить в свои руки запись, а ещё лучше — вместе с камерой. Ольгину это не удалось: упёрлись парни из военной прокуратуры. Но уж Ланской-то сможет найти к ним подход!

Слава уже дошёл до выхода на лестницу, но круто повернул обратно и совсем несолидно для лейтенанта ФСБ помчался бегом. Толстая ковровая дорожка заглушила его шаги. Перед самой дверью в приёмную Ланского он остановился, одёрнул куртку и взялся за ручку…

Помощник Ланского, капитан Раков, стоял спиной ко входу и в чём-то сосредоточено копошился. Ольгин кашлянул. Раков подпрыгнул, в полёте повернувшись в его сторону. Предмет в своих руках он опустил вниз, под защиту края стола. Если бы не эта его реакция, Слава не обратил бы внимание на его манипуляции.

— А что это ты тут делаешь? — спросил Ольгин, склоняя голову набок, как любопытный школьник.

— А ты что делаешь? — резко переспросил Раков, выпрямляясь и расслабляя лицо.

— Да мне бы к полковнику, — придуриваясь, пропел Ольгин и мягко двинулся к столу Ракова.

Тот спешно сунул в карман то, что держал в опущенной руке, и шагнул ему навстречу.

— Полковник занят!

— Чем это? — У Славы зашевелилось нехорошее предчувствие. Странная параллель с расследованием Астафеева вдруг пришла ему в голову.

— Сергей Сергеевич разговаривает по телефону, — строго произнёс Раков, поднимая руку, чтобы остановить надвигающегося на него Ольгина.

— Правда!? — обрадовался тот. — А пойдём проверим!

Неожиданно облапив капитана Ракова одной рукой, Ольгин рывком потянул его с собой к двери и ввалился в кабинет Ланского, прежде чем Раков смог оказать достойное сопротивление.

— Это что такое?!! — рявкнул Ланской, воззрившись на них из-за своего стола. В руке его действительно был телефон. — Вы что себе позволяете?!

— Товарищ полковник! Он на меня напал… — начал было Раков, но Слава не дал ему закончить, воспользовавшись заминкой и толкнув в спину, чем вынудил сделать несколько шагов по направлению к грозно взирающему на них Ланскому.

— Расстреляйте меня, если я не прав! — заявил Ольгин и ткнул пальцем в сторону Ракова. — Но он подслушивал или записывал ваш разговор! И спрятал в правый карман что-то вроде плеера!

— Вы в своём уме, лейтенант?! — грозно начал Ланской, поднимаясь из-за стола.

Раков попятился, чем стимулировал собственного шефа на неожиданное действие: Ланской ринулся к нему, схватил за руку и моментально уложил носом в столешницу.

— Посмотрите, что у него в кармане, — приказал Ланской Ольгину. — Быстро!

Слава моментом очутился рядом и принялся выдирать из кармана Ракова предмет, который тот спрятал. К сожалению, Сергей Сергеевич вывернул собственному помощнику левую руку, а правую Раков успел сунуть в тот самый карман, в который теперь пытался прорваться Ольгин.

— Не дёргайтесь, пациент… — прошипел Слава ему в ухо, сражаясь с его пальцами. — На то вы и Раков, чтобы ставить вас… раком… Вот так!

Он победоносно завладел предметом и отступил на шаг, протянув свою добычу Ланскому. Тот отпустил подчинённого и резким движением забрал плеер из рук Славы. Глянув на прибор, Ланской помрачнел и уставился на Ракова таким взглядом, словно прямо сейчас собрался осуществлять предложение Ольгина насчёт "поставить раком".

— Надень на него наручники, — распорядился полковник и отошёл к торцу стола. Отобранный в неравной борьбе прибор он нёс в опущенной руке. Ольгин решил, что слово начальника закон и вытащил из заднего кармана "браслеты".

— Покажи ручки, — приказал он Ракову.

— Товарищ полковник! — взмолился тот и хотел проскочить мимо Славы, но был вторично положен носом в стол. Ольгин, обладая недюжинной силой и ловкостью, уже освоился с приёмом: "застегни врага на четыре счёта". Раков не учёл быстроты противника, или думал о другом.

— Я не виноват! Сергей Сергеевич! Это не то, что вы подумали…

Ничего глупее этой фразы человечество не придумало, но иного в голову Ракова не пришло. Ланской посмотрел на скованного помощника и кивнул на стул.

— Посади его туда. Ну?! Рассказывай!..

Через полчаса Слава отвёл Ракова на гауптвахту, вместе с предписанием Ланского: "посадить капитана под арест до личного распоряжения начальства". Вернувшись назад, Слава застал Ланского в кабинете, у окна. Не оборачиваясь, СС сказал:

— Я надеюсь на твою скромность и… снисходительность. Подполковнику Сокольскому передай, что он может не искать "крота" в своём отделе. Только с глазу на глаз! Расскажешь про того полицейского, который интересовался делом Соловьёва и получал информацию от Ракова. Прочие подробности я