Вальтер Скотт. Собрание сочинений в двадцати томах. Том 19 - Вальтер Скотт

1818

Прощай, королева! Не ты ль вечерамиВ седые дубравы манила меня,Где в полном безмолвье я слушал часами,Как шепчутся кроны, листвою звеня?Прощай! Унеси эти скорбные звуки,Лиши меня арфы своей золотой!Любовник, изведавший горечь разлуки,Поймет эту боль расставанья с тобой.

В часы, когда горе мне сердце сжималоИ бременем тяжким ложилось на грудь,Слабеющий дух ты одна врачевала,Сулила мне торный и радостный путь.А ныне стремнина годов чередоюУносит друзей в непроглядную ночь,И стынет душа, словно птица зимою,И ты ей, о муза, бессильна помочь.

Твоим наставленьям прилежно внимая,О рыцаре мертвом я песни слагал.Как тщетно невеста его молодаяК холодным губам подносила фиал!Не так ли ты тщетно даришь вдохновеньеБеззвучным устам, на которых — печать?Певец твой устал от мирского волненья.Прощай! Он свиданья не станет искать.

1822

Островитянка! Со скалыТы видишь в бурных водах челн?Зачем, взлетая на валы,Он борется с напором волн?То клонится от ветра он,То исчезает за волной,То парус в пену погружен…Здесь, дева, ищет он покой!

Островитянка! В бурной мглеНад морем чайка чуть видна.Сквозь тучи грозные к скалеЛетит бестрепетно она.Но что ее туда влечет,Где вал безумствует морской,Где вспененный прибой ревет?..О дева, в нем — ее покой!

Я, бесприютный, словно челн,Стремлюсь к тебе в ненастноймгле,Стремлюсь к тебе сквозь пенуволн,Как чайка к ледяной скале.Ты скал суровых холодней,Бездушней глубины морской…В любви иль гибели своей,О дева, я найду покой!

1822

Идем мы с войны,Из дальней страны,Былые рабы барабана;Прощайте навек,Поход и набег,Победы, сраженья и раны.

Кто болен, кто хром…Но в руки возьмемРаботу забытую, братцы.Тот был дураком,Кто бросил свой дом,Чтоб с доном Испанцем подраться.

За дело, жнецы,И вы, кузнецы,Работайте, сил не жалея.Ткачи будут ткать,И станут опятьДетишек учить грамотеи.

1830

Закат окрасил гладь озерИ горные хребты,В лесу смолкает птичий хор —Что ж, Ленард, медлишь ты?Те, кто трудиться встал с зарей,Домой приходят вновь:Их всех вечернею поройЖдут отдых и любовь.

На башне леди, глядя вдаль,Возлюбленного ждет:Когда ж его доспехов стальСреди кустов блеснет?И поселянка у межиЖдет друга своего,Следя, когда мелькнет во ржиЗнакомый плед его.

Вот к уткам селезень плывет —Он был один весь день;Вот, встретив лань у тихих вод,С ней в лес спешит олень.Все те, кто днем разлучены,С приходом темнотыДруг с другом встретиться должны…Что ж, Ленард, медлишь ты?

1830

Мы с детства сроднились с тревожнойтрубою,Предвестницей игр и предвестницей боя.Все вражьи угрозы достойны презренья,Пока мы друзья на пиру и в сраженье.

Сосед и в работе и в битве поможет,Сосед за тебя свою голову сложит,И если зовут нас волынка и знамя,Красотки соседки прощаются с нами.

Так выпьем за братство до самой могилы,И пусть приумножит оно наши силы,И дерзость британца достойна презренья,Пока мы друзья на пиру и в сраженье.

1830

Тверда рука, и зорок глаз,И приз за меткость — мой:Ведь я недаром в этот часВсем сердцем был с тобой.

Когда друзья мои в винеЗабот топили рой,Я знал: ты помнишь обо мне,Я сердцем был с тобой.

Сегодня приз завоевалЯ для тебя одной.Прийти к тебе я опоздал,Но сердцем был с тобой.

1830

Как бы ветры ни гудели,Ввысь орел летит со скал.Как бы волны ни ревели,Чайка режет пенный вал.Что нам бешенство воды,Если мы душой тверды?

Пусть беда соединитсяС нищетою и тоской —Все отступит и склонитсяПеред волею людской.Нет ни страха, ни беды,Если мы душой тверды.

Ты лиши меня отрады,Отними сиянье дня,Дай мне все мученья адаИ в темницу брось меня —Но вольны мы и горды,Если мы душой тверды.

1830

Когда друзья сойдутся в круг,И заблестят глаза подруг,И все заботы наши вдругУтонут в пенной чаше,И пунш кипит, и сварен грог,И настает для шуток срок, —Тогда, играя, как поток,Кипит веселье наше.Эй, пей!Кипит веселье наше.

Когда охрип от песен хор,А робость смело лезет в спор,И старость не болтает вздор,И красота сдается,И к нам в окно стучит рассвет, —Тогда пора бы взять свой плед,Да распроститься силы нет,Пока веселье льется.Эй, пей,Пока веселье льется!

1830