За Веру, Царя и Отечество - Валерий Шамбаров

На Северном фронте уже не Куропаткин, а немцы ему устраивали артналеты и демонстрации атак, чтобы русские не снимали войска к Брусилову. А Эверт 15.6 нанес удар, но еще не главный, а призванный отвлечь врага — у Барановичей, на участке 4-й армии ген. А.Ф. Рагозы. И для демонстрации результаты оказались неплохими, захватили 2 линии окопов, несколько высот, кое-где проникли и в 3-ю линию. Но атаковал лишь один Гренадерский корпус, и дальнейшего развития не последовало, вырвавшиеся вперед части даже пришлось оттягивать назад. Однако этот бой заставил Эверта еще больше заколебаться и… переиграть планы. Разведка и опрос пленных подтверждали, что у Молодечно и Сморгони враг собрал огромные силы. И главком доложил в Ставку, что штурм не получится. Войска готовы, и если прикажут, он начнет, но уверен в поражении. Иное дело, если перенести удар к Барановичам, где можно добиться прорыва. Но на это потребуется 12–16 дней. И Алексеев не настаивал. Да и на чем настаивать? Но том, чтобы слепо ломануться на мощные укрепления и захлебнуться кровью? Теоретически предложение Эверта было логично. Да вот только производить эти маневры следовало гораздо раньше, не ожидая полного сосредоточения на прежнем участке и крайних сроков. Да в общем-то, и Алексееву следовало бы не деликатничать, а гораздо раньше вмешаться в подготовку Западного фронта.

Ставка разработала новую директиву. Вильнюсское направление менялось на Барановичское, а 3-й армии предписывалось нанести удар на Пинск. Из состава Западного фронта 2 корпуса передавались Брусилову. Но и направление удара 8-й армии опять корректировалось. Не на юго-запад, а на северо-запад, снова на Ковель. По сходящимся направлениям с войсками Эверта, нацеленными на Барановичи и Брест. Что тоже теоретически было логично — при удаче получался не лобовой, а фланговый удар в обход мощных укреплений у Вильно, что заставило бы противника очистить Белоруссию и часть Литвы. Но ведь и сами по себе эти изменения вносили разлад и дезорганизацию. Брусилов протестовал против оттяжки сроков. Сообщал о перебросках против него крупных сил и заявил, что из-за угрозы флангам вынужден будет остановить наступление. Но оно остановилось и без его приказов. Немцы и австрийцы стягивали против Юго-Западного фронта новые и новые дивизии. И главная группировка под командованием Линзингена сосредотачивалась как раз против глубоко вклинившейся 8-й армии, ей решили устроить «Танненберг». У Каледина было 12 дивизий, враг собрал 12,5. На правом фланге — группа ген. Руше, в Ковеле выгружался 10-й корпус, а на растянувшемся левом выдвигались 6 дивизий Марвица и 25 тяжелых батарей. И 16.6 на 8-ю и 11-ю армии обрушился контрудар — концентрически, с разных направлений. Об ожесточенности сражения свидетельствуют, например, бои у Киселина, где столкнулись знаменитая германская Стальная дивизия и Железная стрелковая. Немцы 4 дня засыпали стрелков снарядами, шли в атаки, а их раз за разом отражали. После чего на их позициях появился плакат: "Ваше русское железо не хуже нашей германской стали, а все же мы вас разобьем!" Русский ответ был короче: "А ну, попробуйте!" И немцы попробовали. Их дивизия предприняла 42 атаки. И оказалась совершенно обескровленной, ее пришлось вывести на переформирование. Но и Железная стрелковая понесла огромные потери — в некоторых полках осталось в строю по 300 — 400 чел.

19.6 в помощь 8-й попыталась наступать 3-я армия Леша, провела артподготовку, однако залили дожди, поднялась вода в Припяти, смыла мосты, и операция сорвалась. Тем не менее, она сыграла определенную роль, отвлекая противника. Но Линзинген продолжал атаковать. Наиболее опасная ситуация сложилась у Сахарова — Марвиц решил вбить клин между 11-й и 8-й армиями, и на р. Стырь у дер. Гумнище бросил 28-ю германскую и 29-ю австрийскую дивизии на позиции ополченской 126-й. Фронт был прорван на участке 5 км, русскую дивизию разрезали пополам. И Сахаров дал приказ об отходе своего правого фланга. Но тогда открывался левый фланг 8-й армии, она тоже должна была отходить, и Брусилов приказ отменил. Наоборот, приказал наступать и вырвать у врага инициативу. Единственным резервом Сахарова были два драгунских полка, Архангелогородский и 4-й Заамурский. Их он и послал в контратаку. Они ринулись в конном строю, врубились в ряды наступавших немцев, ошеломили и погнали назад. Поддержали кавалерию несколько рот Прагского полка, случайно оказавшихся рядом, пошли в штыки и отбили пленных, взятых перед этим противником. К контрнаступлению постепенно подключились 105-я и полки расчлененной 126-й дивизии. И враг начал откатываться настолько поспешно, что взорвал мосты через Стырь, оставив часть своих войск на русском берегу, на уничтожение.

Стоит отметить, что Брусилов не поддался соблазну снимать на угрожаемый участок войска с других направлений. И пока на его правом фланге, под Луцком, отражались контрудары, на левом 9-я армия продолжала наступать. Части ее 11-го и Сводного корпусов вышли к г. Черновицы. Австрийцы называли его "вторым Верденом", превратив в крепость. Тут был сплошной железобетон долговременных сооружений, джунгли проволочных заграждений с пропущенным током, масса артиллерии вплоть до 305-мм. У Лечицкого во всей армии было лишь 47 тяжелых орудий, остальные легкие. Но его более слабая артиллерия одержала верх над австрийской путем умелого управления — был применен метод последовательного сосредоточения огня. Орудия сектор за сектором подавляли оборону противника, а пехота последовательно занимала обработанные участки. 17.6 мощные предмостные укрепления на левом берегу Прута были взяты. Город мог обороняться еще долго, но австрийцы были сломлены морально, к тому же части 9-й армии обходили их севернее. И в Черновицах началась паника. Взорвав мосты через Прут, гарнизон стал поджигать и взрывать склады, эшелоны на станции, тяжелые батареи. Форсировав Прут на подручных средствах, в город ворвалась рота капитана Самарцева из Новоузенского полка, не встречая уже особого сопротивления. Но основную часть войск река задержала на сутки, поэтому пленных и трофеев было немного — враг бежал. 18.6 Черновицы были заняты. И оказался взломанным весь южный фланг австрийского фронта. Преследуя противника и громя части, брошенные для организации новых рубежей обороны, 9-я армия хлынула, занимая Буковину. 12-й корпус, продвинувшись далеко на запад, взял г. Куты. 3-й кавалерийский корпус, проскочив еще дальше, занял г. Кимполунг (ныне в Румынии). А 41-й корпус 30.6 захватил Коломыю, выходя к Карпатам.

Тем временем у Луцка германские атаки окончательно выдохлись, так ничего и не добившись, и обе стороны вели перегруппировку. С 25.6 Брусилову была подчинена 3-я армия, и он стал готовить новый удар — на Ковель. А немцы сосредотачивали силы для нового флангового контрудара, с севера, от ст. Маневичи. Но русские их опередили. 3.7 началось общее наступление Западного и Юго-Западного фронтов. 4-я армия Рагозы силами трех корпусов повела атаки на Барановичи, остальные армии Эверта предпринимали демонстрации. В первый день части 4-й армии взяли 2 линии окопов, 3 тыс. пленных. Противник считал положение угрожающим, начал вывозить из Барановичей все ценное. Но ситуация была уже иной, чем в июне. Германские войска успели усилить тут оборону, а обнаружив концентрацию войск, тоже подбросили дополнительные контингенты. К тому же Эверт действовал по шаблону, по старым переводным наставлениям, и прорыв опять осуществлялся на одном узком участке в 8 км, что мешало по простреливаемому коридору подводить свежие войска для наращивания усилий. На таком пространстве трудно было маневрировать, выбирать более оптимальные направления. Контратаками и пулеметами немцы наступление остановили. На Северном фронте и у оз. Нарочь в ходе демонстрационных атак русские войска тоже сумели захватить передовые позиции противника — без дальнейшего развития. А на других участках немцы сами предприняли артобстрелы, химические удары и атаки, чтобы отвлечь русских. Эверт 4.7 провел повторную артподготовку у Барановичей, а 7.7 — третью, за каждой из которых следовали попытки штурма, но успеха это не принесло. 10.7 он доложил в Ставку, что потери достигли 80 тыс. и запросил, продолжать ли атаки или прекратить их. Верховное Главнокомандование распорядилось прекратить. Теперь главным признавался Юго-Западный фронт, куда решено было перебросить стратегический резерв гвардию и другие соединения.

Фронт Брусилова начал наступление 4.7. 3-я армия, входившая теперь в его состав, встретила ожесточенное сопротивление той самой Маневичской группировки, которая стягивалась для флангового удара. Но теперь этой группировке пришлось разворачиваться на восток против удара Леша, а армия Каледина навалилась на нее с юга, с Луцкого выступа, и фронт был прорван. Русские войска взяли г. Галузию, Маневичи, Городок и вышли в нижнем течении на р. Стоход, захватив кое-где плацдармы на левом берегу. Из-за этого немцам пришлось отступать и севернее, в Полесье. Но полностью преодолеть Стоход на плечах врага не удалось. Подтягивая свежие войска, прибывающие по железной дороге в Ковель, противник создавал тут сильную оборону. И Брусилов остановил атаки для новой перегруппировки и подготовки артиллерийского удара. Людендорф писал: "Русская атака в излучине Стыри, восточне Луцка, имела полный успех. Австро-венгерские позиции были прорваны в нескольких местах, германские части, которые шли на помощь, также оказались здесь в тяжелом положении, и 7.7 ген. фон Линзинген был принужден отвести свое левое крыло за Стоход. Туда же пришлось отвести с участка южнее Припяти правое крыло фронта генерал-фельдмаршала принца Леопольда Баварского, где была расположена часть армейской группы Гронау. Это был один из наисильнейших натисков на Восточном фронте. Надежды на то, что австро-венгерские войска удержат неукрепленную линию Стохода, было мало… Несмотря на то, что русские атаки в любой момент могли возобновиться, мы продолжали выискивать отдельные полки, чтобы поддержать левое крыло фронта Линзингена северо-восточнее и восточнее Ковеля".