Сады луны (перевод И. Иванова) - Стивен Эриксон

Рядом, скрестив руки, стоял Раллик Ном. На нем была маска катлинского тигра, до мелочей похожая на изображение бога Трейка. Он подпирал стену, лениво оглядывая собравшихся. И только Муриллио знал, чем обусловлена эта небрежная поза. Раллик берег силы. Муриллио вновь стали одолевать сомнения: хватит ли их у друга для поединка с Турбаном Орром?

Ассасин вдруг оторвался от стены. Его взгляд застыл на входных дверях.

Мурилло вытянул шею, пытаясь увидеть то, что видел более рослый Ном. Так и есть! Ястреб.

— Вот и Турбан Орр пожаловал. А кто это с ним?

— Симталь не узнал? — огрызнулся Раллик. — С ними Барук и еще какой-то верзила, нацепивший маску дракона. Гляди-ка, с мечом пришел.

— Барук? — беспокойно рассмеялся Муриллио. — Будем надеяться, он меня не узнает. Не брать же его в секунданты!

— Мне все равно, — ответил Раллик. — Барук нас не остановит.

— Возможно, ты прав, — сказал Муриллио и едва не выронил бокал. — Взгляни-ка туда! Клобук его накрой! Его же несет прямо на них!

Проводив новых гостей до середины зала, госпожа Симталь и Турбан Орр оставили их. Кое-кто из собравшихся, узнавая Барука, почтительно кивал алхимику, однако его и тистеандия окружала незримая граница. Большинство гостей столпились возле винтовой лестницы, на которой стояла госпожа Симталь. Всем не терпелось узнать, что за гость прибыл вместе с Баруком.

Только один человек отважился приблизиться к Баруку и его спутнику. Человек этот был невысокого роста, толстый. Его выцветший красный сюртук не сходился на животе. На лице красовалась маска розовощекого невинного младенца, рот которого успел перепачкаться в креме и прочих сластях. В пухлых ручках толстяк держал по пирожному. Он достаточно ловко уворачивался от чужих локтей и иных живых препятствий, всякий раз бормоча извинения.

Рейк тоже заметил толстяка.

— Похоже, он хочет поздороваться с вами. Вы знаете, кто это?

Барук усмехнулся.

— Еще бы не знать. Этот человек работает на меня. А я, можно сказать, работал на него. Вы имеете возможность лицезреть знаменитого Угря — искуснейшего и непревзойденного да-руджистанского шпиона.

— Вы шутите?

— Ни в коем случае.

Наконец, тяжело пыхтя, Крюпп добрался до них.

— Господин Барук! — прошептал толстяк. — Какая неожиданная встреча.

Розовощекое младенческое личико повернулось к Баруку.

— У вас замечательная маска, господин. Просто бесподобная. Меня зовут Крюпп. Крюпп Первый.

Он поднес ко рту пирожное и откусил изрядный кусок.

— Познакомься, Крюпп. Господин Аномандер Рейк.

Крюпп радостно затряс головой, успевая при этом работать челюстями.

— Ах, господин Рейк, вы, должно быть, привыкли к своему высокому росту и не считаете его чем-то выдающимся. А Крюпп всегда завидовал тем, кто может свысока смотреть на всех остальных.

— Здесь есть свои опасности, Крюпп, — ответил ему Рейк. — Можно привыкнуть считать всех, кто ниже тебя ростом, мелюзгой, недостойной внимания. А это ведет к высокомерию.

— Крюппу приятно слышать столь изящный каламбур. Но вряд ли вы станете спорить, что жизнь драконов протекает не только на недосягаемой для людей высоте, но еще и недоступна нашему пониманию. Крюпп лишь с большим трудом способен представить это чувство полета, высокие ветры и необозримые дали, открывающиеся глазам дракона. Наверное, люди кажутся дракону кем-то вроде кроликов, испуганно разбегающихся при виде накрывшей их тени.

— Мой дорогой Крюпп, — вздохнул Барук, — это всего лишь маска.

— Такова ирония судьбы, — провозгласил Крюпп, воздевая перепачканную кремом руку. — Мы привыкаем сомневаться в очевидном, поддаемся нелепым подозрениям и делаем поспешные и неверные выводы. Однако можно ли считать Крюппа обманутым? Способен ли угорь плавать? Эти якобы мутные воды — родная стихия Крюппа, и его глаза широко распахнуты от удивления.

Отряхнув с губ липкие крошки, Крюпп поклонился Баруку и Рейку, приготовившись их покинуть.

— Крюпп полагает, что необходимо навестить кухню и еще раз проверить все, что громоздится там на столах, — бормотал он, вновь проталкиваясь сквозь толпу гостей.

— И в самом деле, угорь, — произнес удивленный Рейк. — Неплохой урок он нам преподал, правда?

— Согласен, — нехотя признался Барук. — Но после его урока меня потянуло что-нибудь выпить. Прошу прощения, я ненадолго вас покину. Что вам принести, Рейк?

Турбан Орр разглядывал переполненный гостями зал. Ему хотелось по-настоящему отдохнуть и развеяться, но желаемое состояние так и не наступало. Минувшая неделя была для него не просто утомительной. Она измотала сановника. Он до сих пор ожидал от гильдии подтверждения, что Ко л ль теперь мертв по-настоящему. Обычно ассасины легко справлялись с подобными поручениями. Ударить ножом беспробудного пьяницу — что может быть проще?

Его охота на шпиона, просочившегося в ряды Городского совета, тоже зашла в тупик, однако Орр не сомневался: такой человек существует. Все его действия в Совете (особенно после убийства Лима) постоянно натыкались на продуманные и ловко расставленные препятствия. Шпион действовал нагло и очень умело, не давая сановнику повода уличить кого-либо. Но провозглашение нейтралитета Даруджистана основательно застопорилось.

К этому выводу Орр пришел не далее как утром. И решил действовать. Сейчас один из его наиболее преданных и опытных посланцев ехал среди Гадробийских холмов (и вероятно, промок до нитки, попав в сильную грозу), держа путь на восток. В Крепыш. Турбан Орр не сомневался: малазанская армия либо уже выступила в поход на Даруджистан либо сделает это в самые ближайшие дни. Город практически не имеет оборонительных сооружений, а регулярная армия лишь называется таковой. Кое-кто уповает на союз с хозяином базальтовой крепости. Напрасные упования: во время осады Крепыша Дитя Луны едва не сбили. Какие основания думать, что на этот раз тистеан-диям повезет больше? Главное, сделать все, чтобы после занятия Даруджистана силами империи его собственное положение не стало хуже. Нет, он должен подняться еще выше. Малазанцы непременно вознаградят его за союзничество.

Глаза сановника равнодушно скользнули по караульному, стоящему сбоку от лестницы. Чем-то он показался Орру знакомым. Нет, не лицом. Скорее позой, в какой он стоял. Разворотом плеч. Не этот ли караульный нес вахту возле Зала Величия? Орр поморщился, отгоняя нелепую мысль. Туда направляли только караульных гвардии, а этот был в форме простого солдата.

Взгляд сановника скользнул дальше, и в это время он краешком глаза успел заметить, как солдат поправил шлем. Орра прошибла дрожь. Цитадель Деспота! Вот где он видел этого человека! Сколько же лет караульный был свидетелем его ночных встреч с союзниками, доверенными лицами и исполнителями поручений? Вот он — шпион, которого Орр безуспешно искал в других местах.