"Один из..." - "100 миллиардов солнц". Компиляция. Книги 1-6 (СИ) - Петров Олег Георгиевич

Он знает, что Павел не только биолог и хирург в его экипаже, но и курирует проект от лица «соответствующих органов». Органы эти, может, и хотели бы оставить Илью в неведении, но Павел сам сказал об этом своему командиру еще до старта, чем заслужил редкое уважение. С таким «гэбистом», в случае чего, как за каменной стеной. Но маленький корабельный сейф, а значит, все документы, отчеты и пистолет находятся в распоряжении командира. Правда, у Павла тоже есть ключ, в чем он сам и признался. И пообещал, что лазить в сейф не собирается, если ничего не случится…

А вот с американцами не очень понятно. Есть ли у них свой «куратор»? Наверняка есть, не дети же в дорогу собирали. Но кто это может быть? И какие у него инструкции? Шпионить тут, вроде бы, не за кем, техника общая, ничего секретного нет. Тогда почему такой интерес «органов» с обеих сторон?

Илье очень не нравится то, что приходится учитывать фактор интереса спецслужб тогда, когда предстоит, фактически, общая борьба за выживание. И наверняка, его пистолет на Марсе не единственный, и очень не хочется в этом убеждаться. Но и забывать про это нельзя. Если подумать, то есть лишь два вопроса, которые могут заинтересовать товарищей и господ из «органов».

Первое, чтобы ни одна сторона не смогла попытаться в одностороннем порядке застолбить за собой какой-то приоритет. На что угодно, от территории до водяных пластов или месторождений полезных ископаемых.

И второе, чтобы ни одна сторона не смогла присвоить или скрыть факт находки чего-то важного. Чего именно, без разницы. Хоть марсианских микробов, хоть костей местного динозавра, хоть брошенной инопланетной базы.

Ничего, кроме этих двух пунктов, не имеет смысла с точки зрения госбезопасности. Пригляд за командирами вполне укладывается в эту же концепцию, но и это, если подумать, маразм. И по-прежнему неясно, кто же «курирует» экспедицию с американской стороны? Павел, возможно, знает ответ, но лезть с расспросами не хочется. Впрочем, у Ильи есть свои догадки на этот счет.

Дэйв закончил осматривать дальние каюты, вернулся к Илье и втиснулся, сев на узкую койку рядом с ним. Огляделся по сторонам, откинул легкий столик.

- Ничего, - довольно сказал он. – Жить можно.

А вот и момент, который нужно использовать.

- Даже лучше, чем ты думаешь, - ответил Илья, полез в карман и достал свою драгоценную стограммовую флягу с двумя крошечными стаканчиками. Судя по большим глазам американца, такого он не ожидал. Илья спокойно набулькал драгоценной жидкости «на два пальца» и торжественно поднял свой стаканчик.

- Обычно в новый дом запускают кошку, на удачу, - начал он. – Но в этот раз, за неимением на Марсе кошек, запустили нас. Давай за то, чтоб в этом доме была удача.

Как говорил бессмертный персонаж, за это нельзя не выпить! И вот уже коньяк с энтузиазмом проглочен, а Илья убрал флягу с глаз долой. Он почти уверен, что именно Дэйв и есть тот самый куратор. Он даже по возрасту старше всех.

Но что это знание дает, в принципе? Пока ничего, но доверие, до какой-то степени, требует укрепления, пусть даже таким контрабандным способом.

Окрыленный Дэйв, как чувствуется, не прочь и себе застолбить каюту, но пока слишком рано. Еще предстоит дождаться посадки оставшихся двух кораблей, на которых доставят новые модули и несколько тонн припасов. Только тогда здесь смогут разместиться все шестнадцать первопроходцев.

Август 2059 года, 150 километров от Ростова

Первой мыслью оказалось недовольство. Кто-то разрыл его уютную могилку и теперь копается в его костях. Но через несколько мгновений и глотков свежего воздуха, весь этот бред стал улетучиваться. Вдруг, стало намного светлее. Кажется, кто-то перевернул его на спину. И не кто-то, а вот эта самая тень, прекрасно заметная на фоне яркого августовского неба.

Чувство такое, словно он долго лежал, не дыша, и кислород в мозгу поистратился. Виски горят и пульсируют, трудно сконцентрироваться и думать о чем-то важном. Тень превратилась в женский силуэт, или это только кажется? Черное на белом не распознается, и мысль уплывает куда-то…

Иван Родин попытался встряхнуться и дышать глубже. Помогло. Пошевелиться он смог едва-едва, и глаза сами собой закрываются, словно от нестерпимо яркого света.

Импланты отреагировали на вызов, но уж очень вяло. И это не удивительно, учитывая то, что почти все вторичные контуры погибли, и надо их срочно регенерировать. К счастью, все полезные данные, спрятанные глубоко в недрах базового комплекта, сохранились. Все-таки, чем же его таким атаковали? Вражеский удар явно не сумел пробить несколько последних барьеров, хотя, если бы это продолжалось еще пару минут… Нет, пока что лучше не думать об этом!

С некоторым усилием воли Иван снова открыл глаза, хоть далось ему это с трудом. Расплывающийся темный женский силуэт стал обретать резкость и, следовательно, индивидуальность. О, на это можно смотреть бесконечно! Безумно красивое зрелище, этот чудесный силуэт! Как он соскучился по Альбине! Вот она пытается усадить его, что-то говорит, но звука почему-то нет, а в ушах по-прежнему звенит. Контузия? Наверное, но как же он рад видеть Альбину! Она беспокоится, а ее сильные руки держат его за плечи. Так хочется потянуться ей навстречу, но пока не получается…

Еще несколько глубоких вдохов, и голова еще немного прояснилась, и тогда Иван стал замечать какие-то странные несоответствия в силуэте хлопочущей над ним барышни. Альбина, вообще-то, чуть пошире в бедрах, совсем немного, но он-то знает! И волосы у Альбины, между прочим, немного короче! А у этой до самого пояса! И прикосновения, конечно, приятные, но какие-то незнакомые…

Он попытался сесть, но ослабленный организм решил еще немного поваляться, и Иван, выскользнув из объятий, снова опрокинулся на спину. Тенькнул наконец-то запустившийся «демон» регенерации, которому еще минуту назад не хватало ресурсов, и Иван почти сразу почувствовал облегчение. Он даже снова прикрыл глаза, чтобы просмотреть пару отчетов, не отвлекаясь на яркий свет…

Он не сразу сообразил, как нехорошо его поведение смотрится со стороны. Регенерация пробила пелену звона в ушах, и он, наконец, услышал голос. Кажется, она умоляет его не умирать. Нет, она приказывает ему не умирать! Что-то соленое вдруг капнуло на его лицо, когда она снова попыталась приподнять его безвольный организм с перепаханной земли. Иван снова открыл глаза.

- Я не умираю, Лина, - Он впервые назвал ее по имени. – Регенерация работает, просто слабость еще не прошла. Пошевелиться не могу.

Хвала «демону», который начал его чинить с головы. Со зрения и слуха, если точнее. Теперь он видит уже не темный силуэт, а вполне узнаваемый образ. Но это означает, что…

- Где Альбина? – он попытался резко подняться в сидячее положение, забыв про боль, но тут же снова мешком сполз на землю. Лина поспешно поддержала его за плечи, но при этом не слишком усердствуя. Она понимает, что ему сейчас лучше полежать.

- Ее забрали, - опустив мокрые глаза, ответила она. – Я побоялась стрелять.

И не пошла за ними? Не хочется ее в чем-то обвинять, но сделала ли она все возможное? Он попытался все это сказать вслух, но в горле вдруг перехватило, а слова так и не вырвались наружу. Но Лина словно бы поняла его порыв без всяких слов.

- Их осталось четверо, - еле заметно всхлипнув, объяснила она. – И несколько… зондов. Мне с ними было не справиться. И они держались рядом, все вместе… пока не скрылись.

- Может, стоило проследить за ними? – чуть настойчивей пробормотал Иван. – А не меня откачивать?

Лина резко подняла взгляд и рявкнула:

- Ты лежал как мертвый! Издалека я подумала, что… Что все!

Говорит сквозь слезы и вся дрожит. Старый дурак, подумал про себя Иван. Тебя эта девочка спасла, беспокоилась о тебе, рисковала ради тебя, под пули лезла! Затащила сюда, в тот самый овражек, один из склонов которого он лично нашпиговал сталью. Но как она здесь оказалась? Хотя, сейчас не до допросов…