Империя господина Коровкина - Макс Гришин

не появлялась. На вопрос о том, где же она могла быть, секретарь ответил, что они не располагают такой информацией, а один из сотрудников компании, по его утверждениям хорошо лично знавший Диану Александровну, на условиях полнейшей анонимности сообщил, что ее отсутствие без предупреждения по несколько недель и раньше было нормой, так как Диана Александровна имела большую склонность к длительным заграничным «командировкам», особенно в теплые страны. На операционной деятельности компании, по его словам, это отсутствие никак не сказывалось, так как Диана Александровна никогда не принимала особого участия в деятельности компании, а осуществляла лишь формальные обязанности, а именно поставить по доверенности от отца тут или там подпись. Мобильный же телефон Диана Александровны был выключен, и когда следователи приехали на ее квартиру на Крестовском острове, швейцар сообщил, что по этому адресу она не появлялась очень давно.

Аналогичная ситуация случилась и с семьей Михаила Коровкина. Большой дом на первой линии залива в поселке Лисий Нос пустовал, мобильные телефоны всех членов семи были выключены. Следователи приезжали несколько раз, но дома никого так и не застали. Соседи говорили, что давно никого не видели и что, видимо, куда-то съехали и что слава богу, ибо без них стало как-то поспокойнее.

Такой быстрый отъезд для правоохранителей был зеленым флагом, которым вдруг по чьему-то повелению сверху махнули у них прямо перед носом. Всех членов семьи принялись активно искать. Материальное положение семьи было хорошо известно, поэтому действовать надо было быстро, так как с такими деньгами и с такими связами скрыться от российского правосудия было очень легко, если, конечно, они уже этого не сделали. Но таможня и пограничная служба на вопрос какого-то СМИ уверили, что подозреваемые из страны не уезжали и если бы попытались уехать, то, несомненно, были бы задержаны. Оставался вопрос – где они?

Следователи начали выискивать все адреса, принадлежавшие семье олигарха. В основном это были дорогие загородные дома и квартиры в Санкт-Петербурге и Ленинградской области. Все они пустовали. Все они имели вид объектов, на которых уже продолжительное время никто не появлялся. Но среди всех этих объектов класса «лакшери» был один, который стоял особняком. То был участок земли в Карелии, вернее целый остров, который Александр Коровкин оформил в свою собственность еще в конце девяностых. На запрос какого-то журналиста о том, как в собственность мог быть оформлен объект с природоохранной зоной и водоохранной зоной, представить Росреестра заметил, что в начале прошлого века этот остров и дом на нем принадлежали какому-то купцу, но после революции остров был национализирован и как он оказался в собственности нового лица сказать он затруднялся, но, вероятно, имела место какая-то ошибка при государственной регистрации недвижимого имущества и что сейчас они обстоятельства этого вопроса проверяют и, несомненно, ошибку исправят, если такая действительно была допущена.

Но и визит на остров не принес ничего нового в деле исчезновения олигарха и всей его семьи. Следователи обнаружили там лишь остатки старого сгоревшего дома. На острове были следы недавнего пребывания, но по банкам из-под тушенки местного мясоперерабатывающего завода и пустым бутылкам из под дешевой водки (явно не банкетный набор семьи Коровкиных), были сделаны выводы о том, что большей частью посетителями острова были рыбаки, охотники, туристы или просто те, кто любил накатить беленькой на природе, одним словом все те, кто мало интересовались вопросами принадлежности территории тем или иным частным лицам и которые, судя по количеству пустой тары, вполне возможно и были виновниками случившегося здесь относительно недавно сильного пожара. Следователи вернулись в город на следующий день ни с чем, ну или почти ни с чем. Лишь на обратном пути, заехав за сигаретами в какой-то небольшой магазинчик, который находился прямо в чьем-то частном доме, они узнали от продавщицы, что местные этот остров побаивались и старались обходить, вернее оплывать его стороной, так как «дурной он был какой-то и нездоровый». На вопрос же что именно в нем было дурного и нездорового, продавщица, немолодая полная женщина, лишь пожала плечами и сказала, что многие, особенно по ночам, слышали оттуда вопли и стоны и что якобы однажды, несколько лет назад, один из местных, рыбак по кличке «Пузо», выпив лишку, вместо дома по ошибке приплыл на этот остров и вместо своего сарая, где частенько ночевал подвыпившим, так как Маруся, его жена, любила драть его пьяного за волосы, залез там в какой-то старый заброшенный дом и видел там якобы такое, что две недели после возращения спал с крестом в руке и пил не просыхая, а на третью умер, так и не отойдя полностью от увиденного.

– И что же он такого видел? – спросил у нее лейтенант Карпов, как-то нервно посмотрев на своего напарника.

– Дьявола, говорил, видел! Самого! – продавщица перекрестилась и проговорила это совершенно убежденным голосом, будто речь шла не о самом властелине подземного царства, а о какой-нибудь свиной тушенке, которая пылилась на полке, видимо еще с тех времен, когда «Пузо» был жив и здоров.

– И почему дьявол поселился именно там? – этот вопрос задал ей уже капитан Алиев.

– Ясно почему, там ведь кладбище было старое карельское. Да, говорят, закопали его потом и прямо на костях дом барский построили. Вот душеньки-то успокоиться и не могут!

От этих её слов лейтенант Карпов как-то неуверенно перемялся с ноги на ногу, а его старший коллега капитан Алиев почесал искусанную комарами небритую щеку и нехотя проговорил: «пачку Беломора и туалетную бумагу».

Спустя несколько недель о местоположении беглого олигарха по-прежнему не было никакой информации и большинство следователей начало склоняться к тому, что Александр Коровкин, убив из-за какого-то конфликта интересов Петра Афанасьева и подполковника Шабаева, все-таки покинул со всей своей семьей Россию и живет где-то за границей. О точном его местоположении ничего не было известно, но человек с такими деньгами, а, следовательно, и возможностями, мог с легкостью осесть в любой стране мира под любым вымышленным именем и до конца своих дней жить в достатке и спокойствии. Дело такой важности, естественно, оставлять просто так не хотели и даже подготовлен был запрос в Интерпол, который, однако, отправить не успели, так как в деле расследования вдруг произошли самые неожиданные и кардинальные изменения.

20.

Одним поздним вечером, лейтенант ДПС Данила Федорович Кобыльчук, на трассе М10, где-то в районе Любани, для проверки документов остановил автомобиль марки Мерседес. Автомобилем управляла молодая женщина. Что-то в этой девушке показалось лейтенанту странным с первого взгляда. Девушка эта