Кривич - Александр Забусов

Бой завершен! Может и ушел кто живым, бросив коня и растворившись в неразберихе в высокой траве луговины, кто знает? Искать не будешь. Знать повезло бедолаге, донесет скорбную весть о гибели родичей до родного стойбища, но ему можно только посочувствовать. Выжить, при таких обстоятельствах, хуже, чем умереть.

Сельские барбосы подняли свой хай еще издали, каким-то седьмым чувством почуяв приближение к родной околице сотни воинов, ходившей в поход. Центральная улица Лиховского по причине вечернего времени наполнилась народом. Встречали своих семейных. Все ли вернулись? Почему так скоро, ведь прошло всего три дня, как уезжали? Призывные крики женщин слышались то тут, то там:

— Туробой! Туробоюшка, живой!

— Петро! Петра мово не видали?

— Да вон он, там позади!

— Лель! Где ты, бесова душа?

— Мамка, вон наш татка!

— Да, живы. Все живы!

Сбавив ход своего коня почти до шага, Хист подал команду:

— Сотне разойтись по домам! Десятку Могуты, сопровождать до усадьбы! Табун примите, лошадей обиходьте!

По узкой, хорошо протоптанной дороге повел десяток и найденышей к боярской усадьбе на разбор к боярышне. Что скажет хозяйка? Хист скосил глаза на ехавшего бок обок с ним молодого парня, пришлые называли его Удалом. Непроизвольно вырвалось из уст: «О-хо-хо!». Он, сотник, стар и не в пример глупому молодняку, понимал, что к чему. Молодую боярышню можно было смело отнести к современным ведьмам. Она не портит скот, не вызывает бурь, даже не наводит сглаз. Но она привыкла манипулировать людьми. И это удается ей дьявольски хорошо. Она попросту сводила с ума того, на кого положила свой глаз. Остальные для Велизары — пустое место, челядь, те, кто беспрекословно должен исполнять все прихоти хозяйки. А, пойдешь в чем-то против ее воли, разыграется маленькая или большая житейская трагедия, сам в петлю полезешь или утопишься. Мужчины выборочно теряют потенцию, разрушаются семьи. Из-за ведьмы, обычные люди ведут себя порой необыкновенным образом. Что оно будет, наверняка сами боги не ведают еще!

— Ты, это, Удал, с боярышней нашей осторожней будь, — не громко высказал сотник.

— В смысле?

— А, понимай, как хочешь. Большего сказать нечего.

В ворота усадьбы заводили лошадей в поводу, и все это уже когда золотой диск солнца заходил за кроны деревьев и сумерки чуть тронули внутренние постройки боярского комплекса. Подворье заполнилось челядью, бросившейся с расспросами к воям. На теремном крыльце появилась и сама хозяйка Лиховского, краса ненаглядная с томной улыбкой на лице. Перевела взгляд с сотника на лицо молодого человека вставшего рядом с ним, лишь слегка мазнула вниманием по другим незнакомцам. Кланяясь в пояс боярышне, прибывшие залюбовались нею.

— С чем пожаловал, Хист? — спросила приятным грудным голосом.

— Да вот, матушка, — повел ладонью в сторону незнакомцев старый сотник. — У печенегов беглых отбили. Пять десятков копченых в землю уложили, табун лошадей привели, оружие взяли, и все на твоей земле случилось.

— Кто сами будете, людины? — обращалась больше к молодому парню, чем к остальным, при всем притом заметила на запястьях железо рабских браслетов, одеяние, не свойственное славянам.

Ответ дал вышедший из-за спины молодого более зрелый муж.

— Хвощем меня кличут, в полоцкой рати князя служу пятидесятником. В зиму случилось на реке Немиге ратиться с дружинами новгородскими, мы все там в полон попали, везли нас на продажу в страны заморские, да на купецкий караван напали поганые. Нам повезло, живы остались, да в побег ушли. Твои вои, матушка-боярыня нас от неминучей смерти спасли, за то благодарность тебе великая.

— Значит, в челядины попали?

— Было такое дело.

— Ну, что ж, теперь вы люди вольные. Вон и оружие у вас не отобрали.

Взгляд быстрых глаз выстрелил в сотника.

— Время ныне позднее. Белояр, — вызвала из толпы дворовых кого-то. — Кандалы с рук гостей снять, в баню сводить и накормить.

— Слушаюсь, матушка!

— Исполнять. А с тобой Хист, разговор у нас будет. Идем в терем.

При виде молодого челядина, в груди Велизары взыграли завихрения, в голову пришли грешные мысли и заскоки. Конечно ничего искреннего, искренность, как и невинность, она потеряла давно… Она просто обожала разыгрывать для себя и окружающих нескончаемый интеллектуальный фарс, ради успеха которого не щадила даже саму себя. На первый взгляд, это глубоко эгоистичное и самовлюбленное существо, но если взглянуть глубже, можно разглядеть — молодая боярышня любит не столько себя, сколько эффектный образ себя в глазах окружающих. Кого ей стыдиться, она здесь высшая инстанция. Велизара не упустит случая покрасоваться. Ничего открытого, ничего искреннего. Хороший спектакль. Добро и зло, тьма и свет причудливо переплетены в душе каждого человека; в каждой душе, если поискать, можно найти свое представительство дьявола.

Их всех развели по разным местам. Вымытые, сытые, после дневных треволнений сон накрыл сознание в одно мгновенье. Он, тоже растянувшись на лавке вовсю ширь, прикрыл глаза, но заснуть не успел. Скрипнула входная дверь и в лунном свете проявилась она, такая красивая и желанная. Он не помнил своих женщин до нее, память отключила этот момент, как и многое другое.

— Ждал? — ручейком прожурчал тихий голос девушки.

— Даже думать, не смел.

— А я, увидев тебя, решила, что ты теперь мой, и будешь моим всегда.

— Не торопись Велизара, чьим-то сейчас я быть не могу. Мне нужно попасть в Харьковское городище.

— К чему слова? Обними меня, там видно будет.

Он обнял ее. Подсознание взорвалось. Секс, дикий необузданный секс! Именно этого ей недоставало с другими мужчинами, прошедшими через ее постель. Он довел ее до оргазма. Не просто довел — взорвал оргазмом саму душу, довел ее тело сладострастной пыткой на безжалостной дыбе любовного ложа, до невероятного, никогда ранее непознанного наслаждения. Она рвалась, стонала, кричала, но еще сильнее хотела его ласк, сладкой боли и твердости в его действиях.

Он не расслаблялся, помнил предупреждение старого сотника, уже догадался, что в его объятья попала избалованная сучка, вертевшая всеми и вся, считавшая, что все в этом мире принадлежит ей, и только для нее встает солнце, а на ночное небо восходит луна. Своим сознанием она в порыве страсти слилась своим информационным полем с его отсутствующей памятью, ничего не смогла вычерпать из пустоты, но вот он смог заглянуть в темную пропасть и интуитивно почувствовать дьявольское место. Это невозможно перепутать или не понять, находясь в одной постели с…