Светлая сторона Луны (трилогия) - Сергей Дорош

— Я понимаю, — произнес Лин-Ке-Тор.

Теперь все взоры обратились к некроманту. Орсо отошел в сторону.

— Еще один инструмент, — небрежно бросил Хансер.

— Я — высший иерарх Некромантского домена, — гордо поднял голову тот. — Я не могу быть инструментом.

— Эту чушь тебе вбили в голову твои наставники из Воинства Небесного. — Хансер рассмеялся. — Возможно, они даже говорили тебе, что ты когда-нибудь достигнешь бессмертия, как и они. Так вот, тебе врали. Ты никогда не задумывался, почему твои учителя сами не поднимают мертвых? Они ведь знают процесс гораздо лучше, чем любой из вас. Я объясню почему. Для того чтобы дотянуться до той самой части души любого человека, которая жаждет бессмертия и очень боится смерти, нужно иметь такую же часть в себе. Только понимая, что есть вещи гораздо важнее вечной жизни, мы можем стать бессмертны. Бессмертие получают, когда понимают, что оно не нужно. Вы сделали первый шаг, и вам никогда не будет дано сделать второй. Вами просто пользуются.

— Это неправда!

— Разве? — Хансер приподнял бровь. — А ты загляни в себя. Разве ты не поступал бы так же на их месте? На вершине власти слишком мало места, а для вас власть и сила — все.

— Вы призываете мертвецов себе на службу, упиваетесь властью над ушедшими, — заговорил Орсо. — Но вы не видите, что тем самым вас отгородили от настоящей власти и силы.

— Но ведь и Бьярни призвал вас! Значит…

— Это ничего не значит, — перебил его Лин-Ке-Тор. — Потому что мы живы. Мы все пожертвовали своей жизнью ради того, что считали важнее нее. И потому мы можем вернуться. Это — наше бессмертие.

— Да, мы не можем убить живого, — произнес Хансер в тон ему. — Да, нас держит во плоти лишь вера позвавшего, да, нас можно убить. Но мы — живем. Не наши оболочки, а наши души, оставшиеся в этом мире. Мы всегда рядом с нашими братьями, надо лишь позвать.

— Но есть вещи, которые каждый должен сделать сам, — сказал Лин-Ке-Тор. — Бьярни, брось топор!

Некромант принял боевую стойку. Его посох вдруг оброс рядами лезвий, страшных даже на вид.

— Топор не поможет тебе, викинг, — мягко проговорил Орсо. — Брось его. Это будет правильно. Вот.

С глухим звуком оружие упало на землю. За ним последовал щит. Бьярни сжал кулаки. Живущие после смерти отошли в сторону, оставляя его наедине с врагом.

Мы странное поколение. Моя мать, Иллюминат, Агий получили свои сверхчеловеческие способности, когда им не хватало того, что они знали и умели для исполнения чего-то очень важного для них. Точно так же не хватало и нам, и мы терпели провалы, лишь после них обретая просветление. Я не смог спасти отца, Бьярни не смог сам победить некроманта.

Их стычка оказалась скоротечной. Одновременно два высших прыгнули вперед. Оба были адептами Марса, оба сделали то, что называлось «первый шаг», поднявшись над остальными высшими. Бьярни сумел сократить дистанцию и взять шею некроманта в могучий захват. Миг длилась борьба, окончившаяся хрустом позвонков. Бьярни сделал шаг назад. Некромант упал на каменистую почву предгорий. Викинг коснулся своего бока. Он все-таки напоролся на оружие противника и сейчас смотрел на развороченную плоть, сломанные ребра. Рана, убившая бы любого высшего, затягивалась на глазах. А в голове Бьярни царила какая-то неестественная ясность, и при этом — мешанина образов, мыслей, озарений. Если бы он видел свои глаза, то узнал бы Свет в них.

— Один Проводник справился бы быстрее и лучше, — проворчал Орсо и, чуть подумав, добавил: — Вот.

— Зато у иллюминатов наконец-то появился Вершитель, — заметил Лин-Ке-Тор.

— А умение создавать наши копии навсегда уйдет в небытие, — подвел итог Хансер.

Кстати, я забыл об этом написать, но тело моего отца после боя найдено не было. После рассказа Бьярни у меня возникло желание найти и раскопать могилу, в которую положили тело Орсо вместе с его страшными когтями, но я почему-то был уверен, что и там ничего не обнаружу.

Здесь это называлось утром. А я вот разницу с ночью еле улавливал. Ярчайший свет указывал место, где некроманты разбили шатер для переговоров. Пустошь перед замком, костры моего лагеря, огни на стенах. На душе пустота и безразличие. Кажется, не мне сегодня предстоит провернуть величайшую авантюру со времени появления высших на Луне. Знал, что очень скоро эти чувства сменятся предельной собранностью, готовностью реагировать на любой поворот событий. А сейчас я просто смотрел издалека на шатер, и что-то меня в нем настораживало. Но мне было лень оформить свои чувства в четкие образы.

— Маловат для более чем сорока человек. — Хирото подошел неслышно. И именно его слова выразили то, что беспокоило меня.

— Может быть, нам со стороны так кажется? — попробовал возразить я.

— Мои люди донесли, — ответил он. — В этот шатер сорок человек не поместится.

— Тогда весь наш план летит ко всем чертям.

— Не знаю, что и сказать, — пробормотал старый дзенин.

— Будем решать на месте, — отрезал я. — Если скажу, что мы уходим, значит, никаких действий не начинать. Если же останемся, значит, первоначальные задачи в силе.

— Я понял, — кивнул он.

— Где там Магнус? Сколько можно его ждать?

— Прощается с Аквой. — Старик усмехнулся. — Многие стойкие сердца падали перед женскими чарами. Задумайся об этом, юный Миракл. Может быть, не твой подручный держит эту женщину на крючке, а она его?

— Ты что-то знаешь, что мне неизвестно? — Я нахмурился.

— Пока нет, пока нет, — произнес дзенин, поглаживая свою жидкую бороденку. — Не будет ли поздно, когда я узнаю? Ее люди неплохи, и неплохи весьма.

— Не о том думаешь, Хирото-сан. — Тема мне не нравилась, и я решил ее сменить.

— А о деле нашем мне думать уже поздно. Все передумано, осталось сделать.

Подошел Магнус. Я неодобрительно посмотрел на него, хотя, если разобраться, причин для недовольства у меня не было. Слова Хирото засели в мозгу. А что, если действительно на самом деле перевербовали Магнуса?

— Все в порядке, Миракл, — весело улыбнулся он. — Люди Аквы прикроют нас, сколько смогут. В случае чего, помогут отступить.

— Не увлекался бы ты ею, — проворчал я. — Как бы помощь ее боком не вышла.

Он лишь отмахнулся от моих слов.

Непривычно было без тяжести оружия на поясе. Правая рука все время нащупывала ставший таким родным топор и встречала пустоту. Хирото шагал спокойно, опираясь на свою бамбуковую палку, которая даже лучшему убийце Плутона не могла бы показаться оружием. Весь лагерь провожал нас. Кто смотрел нам вслед с непониманием, кто кричал вслед пожелания удачи, а кто делал вид, что ему все равно, при этом тайком бросая взгляды в наши спины. Но нервное напряжение охватило всех. Никому не хотелось второй атаки восставших мертвецов. Плутонцы все еще верили в меня. Верили, что, раз я прибыл сам и сам взял дело в свои руки, все пройдет успешно. Эх, мне бы их веру.