Тайная стража России. Очерки истории отечественных органов госбезопасности. Книга 6 - Коллектив авторов

Летом 1936 г. высшее партийно-государственное руководство СССР приняло решение о всесторонней поддержке испанских республиканцев, включая поставки новейшей военной техники и направление в Испанию военных и чекистских советников. До конца 1936 г. в спецкомандировки на Пиренейский полуостров из Москвы через Париж были направлены опытнейшие разведчики А. М. Орлов (Л. Л. Фельдбин), Н. И. Эйтингон, Н. М. Белкин, Я. Я. Витолин, Н. С. Фридгут. Наряду с содействием их прифронтовой и зафронтовой работе, парижская резидентура ИНО уже в первые месяцы войны в Испании организовала нелегальные закупки и поставки испанским республиканцам новейшей французской военной техники – в том числе 12 самолетов-истребителей Dewoitine D371 и D510, 30 противотанковых орудий Hotchkiss, большое количество специальных оптических приборов и средств химзащиты.

Важным направлением работы легальной парижской резидентуры в разгар войны в Испании стало содействие сотрудникам посольства СССР во Франции во главе с В. Потемкином и сменившим его в 1937 г. Я. Сурицем (оба они благополучно пережили период репрессий) в проведении крупных международных мероприятий антифашистской и просоветской направленности с широкоформатным участием представителей СССР. Прежде всего, это была Всемирная выставка в Париже в мае – ноябре 1937 г., а также состоявшийся в июле 1937 г. в республиканской Испании и в Париже 2-й международный конгресс писателей в защиту культуры. Наряду с этим, советские разведчики в Париже внесли свой вклад в состоявшееся в апреле 1937 г. возвращение в СССР бывшего военного атташе Российской империи во Франции графа А. А. Игнатьева, получившего в Москве звание генерал-майора РККА, и в отъезд на Родину в мае 1937 г. знаменитого русского писателя А. И. Куприна.

И все же двумя главными направлениями работы парижской резидентуры в 1936–1938 гг. были борьба с представлявшими растущую угрозу безопасности СССР международным троцкизмом и антисоветской военно-политической политэмиграцией. Уже в августе 1936 г., буквально через несколько недель после своего приезда во Францию, Косенко, имевший тогда псевдоним «Финн», получил от помощника советской разведки «Тюльпана» ряд важных документов, включая переписку переезжавшего из Норвегии в Мексику Л. Д. Троцкого и его сына Л. Л. Седова, возглавлявшего с конца 1935 г. оргкомитет IV (троцкистского) Интернационала в Париже.

Сведения, полученные от «Тюльпана», позволили спецгруппе специально прибывших в Париж советских разведчиков-нелегалов в ночь с 6 на 7 ноября 1936 г. изъять 80 кг документов из личного архива Троцкого, хранившихся в парижском отделении Института социальной истории на улице Мишле. А в августе 1937 г., когда Лев Седов выехал на юг Франции для встреч со своими испанскими партнерами, он доверил «Тюльпану» доступ к своему текущему архиву для ведения неотложной переписки с руководством западных троцкистов и их партнеров. Разумеется, хранившиеся там сведения тут же стали известны в Москве.

В добытых документах была найдена переписка о состоянии подпольной работы троцкистов в Советском Союзе и на Западе, списки и адреса лиц, которые намечались для привлечения к сотрудничеству с аппаратом Троцкого, инструкции функционерам в других странах, планы мероприятий, записи бесед и др. Утрата архивов нанесла большой удар троцкистскому движению. Отдельные материалы были опубликованы в советской и зарубежной прессе. Все это сыграло большую роль в компрометации троцкизма, подрыве авторитета его руководителей, отходе от него значительной части сторонников.

Буквально через несколько дней после добычи «архива Льва Седова» легальный резидент в Париже старший майор госбезопасности С. М. Глинский был срочно вызван в Центр «для награждения орденом Красного Знамени и получения новых особо важных заданий», однако по прибытии в Москву Глинский, реально награжденный в январе 1937 г. орденом Красного Знамени за участие в испанских событиях, был арестован 4 сентября 1937 г. как «польский шпион». В декабре 1937 г. он был расстрелян во внесудебном «особом порядке» по личному распоряжению Сталина – и посмертно реабилитирован в 1956 г.

После отъезда и ареста Глинского легальным резидентом ИНО в Париже с сентября 1937 г. был назначен 35-летний Г. Н. Косенко, получивший в декабре 1936 г. спецзвание капитан госбезопасности, равное армейскому полковнику. Именно Георгий Николаевич вместе с прибывшим во Францию замначальника советской разведки майором госбезопасности С. М. Шпигельглазом («Дуглас») организовал захват и вывоз из Парижа в Москву тогдашнего руководителя крупнейшего антисоветского Российского общевоинского союза 70-летнего царского генерал-лейтенанта Е. К. Миллера. На момент его нейтрализации сотни добровольцев РОВС воевали в Испании против республиканцев на стороне генерала Франко – и налаживали контакты с местными советниками из гитлеровской Германии. Угроза превращения РОВС под руководством Миллера в кадровый резерв спецслужб Гитлера против СССР заставила советскую разведку пойти на его устранение – с тем, чтобы преемником Миллера во главе РОВС стал давний помощник ИНО генерал-майор Н. В. Скоблин («Фермер»).

Следует отметить, что по своему официальному статусу и состоянию здоровья «вице-консул посольства СССР во Франции Георгий Кислов» имел полное право в день захвата Миллера дежурить в тогдашнем помещении резидентуры в здании посольства на улице Риволи. Однако, имея после гибели отца и сестры вечный счет к убившим их белогвардейцам, резидент «Финн» 22 сентября 1937 г. вместе с нелегалами В. С. Гражулем («Белецкий») и М. В. Григорьевым («Александров») лично пошел на захват шефа РОВС в квартире, где по инициативе генерала Скоблина Миллер должен был встретиться «с представителями Рейха военными дипломатами Штроманом и Вернером». В тот же день Миллер был доставлен в порт Гавр на борт советского теплохода «Мария Ульянова», а через неделю высажен под конвоем в Ленинграде. Более полутора лет он находился во внутренней тюрьме на Лубянке, где дал подробные показания о работе РОВС против СССР. А в мае 1939 г. по приговору Военной коллегии Верховного Суда генерал Е. К. Миллер был расстрелян как непримиримый враг советской власти и главный виновник массовых репрессий в захваченном белогвардейцами и британскими интервентами в 1919 г. Архангельске.

Единственным сбоем в операции по похищению Миллера стал невольный провал помощника советской разведки Н. В. Скоблина. Кадровый военный разведчик Миллер, который еще до Первой мировой войны был военным атташе в Брюсселе и Риме, оставил подчиненным из РОВС записку о своей предстоящей встрече с «немецкими дипломатами, рекомендованными генералом Скоблиным». После исчезновения Миллера Скоблин был вызван в штаб-квартиру Союза для дачи объяснений. Генералу пришлось срочно покинуть в Париж. Косенко организовал его выезд в столицу испанских республиканцев Барселону, где через несколько месяцев Скоблин погиб при бомбежке города авиацией франкистов. Как бы там ни было, после захвата Миллера новым руководителем РОВС стал компромиссный и всячески избегавший политических игр генерал А. П. Архангельский, что обусловило практические неучастие Союза в событиях Второй мировой